Donate

Что такое оплакиваемость

У Точки встречи есть рубрика #Словарь, в которой мы объясняем сложные термины, связанные с израильско-палестинским конфликтом, правами человека и современной политической реальностью. Сегодня поговорим о понятии “оплакиваемость”.

"Тяжелое одеяло", Шира Ирмияху
"Тяжелое одеяло", Шира Ирмияху

В течение года в Израиле отмечают несколько официальных дней памяти и траура: в честь павших военнослужащих, жертв терактов и жертв Холокоста. В эти дни звучат сирены, проходят общегосударственные церемонии, флаги приспускают, а заведения закрываются. С одной стороны, такие дни объединяют израильтян: ок, позволяют почувствовать связь поколений через общую историю. С другой стороны, всегда интересно думать — а чья именно история рассказывается в эти дни? Какие потери героизируются государственными нарративами, а какие замалчиваются?

Смерть израильтян: ки в террористической атаке — это смерть, которую государство замечает именно благодаря таким дням памяти. Но статистически террористическая атака не самая частая причина смерти израильтян: ок. В 2025 году в Израиле на дорогах погибло 455 человек. Это в 22 раза больше, чем количество израильтян: ок, погибших в террористических атаках в Израиле и Палестине в том же году, по данным израильской армии. Но в Израиле нет общенародного дня траура по погибшим в автокатастрофах, то есть эти смерти невидимы для государства. При том, что именно государственная политика в транспортной сфере — недостаточный полицейский контроль и урезание бюджетов на безопасность на дорогах — привела к тому, что в Израиле 2025 год стал самым смертоносным за 20 лет. Для сравнения, в Европе в последние десять лет наблюдается общий тренд на понижение смертей на дорогах.

Американская философка Джудит Батлер в книге Frames of War: When Is Life Grievable? (”Рамки войны: когда жизнь достойна оплакивания?”) обращается к понятию оплакиваемости. Она рассуждает, чья смерть считается достойной общественного траура и чьи жизни, напротив, не воспринимаются как достаточно “значимые”, чтобы по ним скорбели. Батлер показывает, что траур — это не только личное чувство, но и социальный механизм. Через него мы признаем ценность жизни как таковой и важность жизни конкретного погибшего. Распределение траура, или оплакиваемость, — кому сочувствуют, а кому нет — раскрывает иерархию жизней в обществе и то, какие потери оказываются невидимыми.

То, как неравномерно распределяется оплакиваемость среди житель: ниц Израиля и Палестины, хорошо заметно в выпусках новостей на популярных израильских каналах. Например, когда мы говорим про жертв 7 октября, мы узнаем их имена и лица, видим их детские фотографии, слушаем родителей, представляем, о чем они мечтали, чему радовались и на что надеялись, как их родственни: цы переживают утрату. Репортажи от 7 октября снова и снова возвращаются к одним и тем же жизням в дни годовщины и через мемориальные практики. Такое подробное и долгое освещение в СМИ уместно — эти жизни заслуживают того, чтобы по ним скорбели.

Но посмотрим, как война в Газе освещается на тех же каналах. О жертвах в Газе мы узнаем через совсем иной визуальный язык — язык статистики и “официальной информации”: цифры, графики и диаграммы. Это кадры, снятые с высоты полета дронов или через прицел военной техники. Палестин: ки на них видны только как точки в толпе или не видны вовсе. Этот визуальный режим парадоксален: Газа, с одной стороны, сверхвидима в качестве оккупированной территории, а с другой — совершенно невидима на уровне отдельных жизней, о которых мы ничего не узнаем.

Наряду с оплакиваемостью Батлер предлагает еще один термин — precariousness или уязвимость. Батлер утверждает, что уязвимость — фундаментальное условие всякой жизни, ведь все мы подвержены травмам и зависим от других людей и социальных связей для выживания. Признание общей уязвимости может стать основой для новых политических коалиций и таких изменений в институтах и медиа, которые привели бы к видимости каждой утраты. С признания общей уязвимости, фундаментальной взаимозависимости людей друг от друга начинается возможность новой этики — этики, в которой каждая жизнь признается достойной оплакивания.

Подписаться на телеграм | Подписаться на инстаграм | Задонатить Точке Встречи

cinemaclub
Comment
Share

Building solidarity beyond borders. Everybody can contribute

Syg.ma is a community-run multilingual media platform and translocal archive.
Since 2014, researchers, artists, collectives, and cultural institutions have been publishing their work here

About