This is the third and the last publication in our zine’s series of texts, created during the fourth edition of TEL:L — a laboratory of multilingual writing and writing in one’s (partially) forgotten native language, initiated by Tatar poet and writer Dinara Rasuleva in collaboration with Maria Sotskaya.

The lab brought together people reclaiming their native languages and those exploring multilingual writing through experiences of migration and cultural change.

You can read our collective text here and continue with:

Part 1 | Part 2

Аня Михеева

Auswanderung test

in dialog with Einbürgerung / Leben in Deutschland test

Дарья Ма

* * *

i see red

i say רעד

רעד

רעד

נ 

und was nun?  

ест 

ест 

ест

всё никак не наестся 

всё никак не напьётся

не набьется никак

спазм в кулак

на алтарь

жарь

пока жертвенный агнец не убежал

всё никак не наездится

דו מוזט ליב האָבן דײַנע שונאים

איך קען נישט

גאָרנישט

горнишная в решете

на гречишной воде

чрезвычайна

muszę się

что ещё?

jest 

jest 

jest

jest czas dlatego żeby spać

dlaczego nie śpisz?

* * *

трением терпким тепло

вяжет вяжет 

ещё стежок

гу 

    се 

        ни 

            ца

проедает вслепую 

купает кудрявые уши 

в пряном 

пьяная 

ограняет лист на три

смарагд 

рубиновый рубикон

в руки

меня охраняет 

стежок

накидная 

сладость ползёт 

пузырями глотая

ветви и корни в плечах

теплом в ненасытных глотках

это лето

облезлый забор

и жемчужная нить на пушинках

сжим гортани

гранёная розетка

тает

ложечка в тёплой воде

я натку из крапивы рубашек

с кислинкой у основания языка

на пергаменте плотная память

pop! art

повтори

pop! поплыл по воде

достаю изо рта.

заполняю глаза до предела

в эту белую ночь

в этот темный ноябрь

разжую ткань

разложу нить

                       на соцветия

вяжет         вот же

w różach

           ryż

распоясался

          выжимаю жирафий пух

                     обнимаю 

nie mają

je

Аня Соболь/Ann Sable

Несквик

Хелен купила пачку Несквика в октябре, когда оставалась у меня на неделю, превратившуюся в три. Желтый пластиковый пакетик, мультяшный заяц, в чьем имени я не уверена, и “Nutri-Score B” в углу.

Она вдумчиво выпила чашку тогда, прежде чем объявить, что раньше он был лучше. "Раньше" было несуществующим общим, ее корнуэльским детством и моим московским, которое — при этом легковесном допущении, вдруг врастало одно в другое. В моем детстве Несквик был в желтых пластиковых коробках, состоящих из округлых углов. В ее детстве, он был лучше на вкус. Мутант нашего детства раскрашен в ностальгические цвета.

.

Two non-existent people, characters of an unfinished novel, are entering the store, Перекресток-ли or the Пятерочка or even Рамстор, the date is wonky, it might be 2010s but could be so much earlier so even Рамстор would be okay. These people are supposed to talk in Russian, but I fucked up the dialogue badly, it happens in English in my head, so it comes out clunky and weird; but it goes something like that, one glances at another and says:

"Ах, чувак, не забудь, нам нужно купить какао для [NON-EXISTENT IRRELEVANT CHARACTER],

and the other one, the different one, the shorter person, non-binary, probably, their face is very round, I can imagine their hair well, and the warmth of their body and the way they squint, because they need glasses badly, and this person sighs, and says

"Блин, только не это"

because, you see the character can see the history of all the objects, did I mention that it is a fantasy novel? A superhero one.

And they gotta save the world, actually, but instead they go to the aisle, where teas and coffee and cacao are, and they check package by package, and the kind warm character, squints and shakes their head, because, you know nothing is ethically produced under capitalism because like they keep seeing bad stuff and the other one keeps getting mad, and

— Слушай, а все напитки получаются за счет рабского труда или это тупо наше везение? — один из них вертит в руках желтую пластиковую упаковку.

 — История предметов – тяжелый дар для страны победившего капитализма. Хорошо еще, что я не вижу будущего.

— Я зато отлично вижу будущее, в котором мы никогда больше не ходим вместе в магазин.

the relevant words are all said and both characters can safely disappear again, ассоциации себя исчерпали, и они оба могут вернуться в то ничто, откуда они прибыли. 

Since the 1970s, Nestlé has faced criticism for:

• forced labour
• modern slavery
• child labour
• incidents of contaminated and infested food products[Continue? <y>/<n>]

.

Мама делала какао правильно: разогревала молоко на плите, засыпала в чашку две ложки порошка с горкой. Ни слишком много, ни слишком мало. Напиток не должен быть слишком шоколадным, молоко должно смягчить его, оставить его нежно-бежевым, лиловым.

Отец заливал порошок кипятком: какао получался просто коричневым, и совершенно невкусным, будто пьешь сладкую грязь.

В Абрамцеве друзья приходили поиграть в приставку; 

Л. — (он сейчас работает в театре в Израиле и непрерывно курит траву); его кузен, М. Ш. — он в Берлине, все, что я о нем знаю, от того, что я читаю его телеграм канал; М. (хм, ее фамилия, наверняка, поменялась, Г. теперь или может все еще П.?) — тоже в Берлине, но мы совсем потеряли контакт, пусть и были сестрами почти, всего день разницы: но она — Рак, а я — Близнецы;

 и С. — С. теперь в Брне, но мы виделись в Мюнхене недавно, 

и она сказала, что провела два года лежа на диване, свернувшись креветкой, и я подумала, что про нее всегда все верили, что она станет самой успешной из нас;

Все мы собирались в нашей гостиной, которой больше не существует, к нам приходила наша собака, которая уже умерла и клала голову нам на колени, все чесали ее за ушком по очереди. Я, как старшая, готовила для всех какао в больших чашках. Мы играли в приставку, компьютер, смотрели Смешариков, все шестеро растянувшись по дивану и креслам, мы были человекообразными слаймами, занимающими все место собой или сжимающимися чтобы вместить больше народу, оставляющими после себя полчища чашек с шоколадным налетом на дне.

Теперь мы все выросли, конечно, никто из нас ни дома, конечно, и какао на вкус как сахар и будущая головная боль.

Well, isn't that fun.

.

Für 100 ml des zubereiteten Getränks mit fettarmer Milch sind es rund 303 kJ/72 kcal, 1,8 g Fett, 9,7 g Kohlenhydrate (davon 9,6 g Zucker) und 3,6 g Eiweiß.

☆ Viktoriia Şăltăr ☆

1.

чёрная коса — линия

/времени?/

спуталась в петлю

обматала шею

пиҷе

’ты движешься на цыпочках

по моей /не/памяти

след — плетётся вдоль стен

geruch растекается по

не-написанным / дневникам /

2.

покажи мне блокноты где

каждая отметка

твой крик: 

/аппа/

резкий, как лопнувший воздух

эсӗ мана астӑватӑн-и?

или — или — уже не знаешь

кто я?или была?

Schwester

3. 

снова завтра

я приду в дом,

которого нет /и был/

Кiзiнiӊ

ничего между нами —

всё между нами

Tanya ist noch in der Schule

5.

лестницы сделаны из запаха мела

он хрустит под ногами, он звонкий

на вдохе

6.

ют ҫын — в ожидании // 

трещины, из которой ты вытекала как свет

ты

показала мне как рисовать солнце:

кӱн =

два треугольника

один внутрь другого

обязательно

среди гор

там 

там должно быть

что-то 

там — почти

ничего

(но форма осталась)

эпӗ сана ӑнланмастӑп

6.

мы с тобой — два треугольника на полях

остались между словами

которых не было / которые были до нас 

7.

ты говорила: смотри — солнце

я смотрю: пустота

△ △

мы — фигуры

не сложились

но вырезаны были —

точно,

наискосок

лезвие  касается

места

где я не родилась

и

’ты не умерла

/где всё ещё светит/

микробио писатель:ниц

Аня Михеева (donotdistort): междисциплинарная художница, редакторка и исследовательница, живу в Берлине. Исследую взаимосвязи между эстетикой и политикой, пропагандой и искусством.

Дарья Ма: мультилингвальная поэтесса, перформерка, феминистка, музыкантка-любительница и мечтательница

Аня Соболь/Ann Sable: Пишу про квир и Германию, а иногда романы про супергероев. Работаю над книгой про конверсионную терапию и стэндап. тгк: “мои немецкие коммуналки”

Viktoriia Şăltăr/Виктория Çӑлтӑр: Мультидисциплинарная художница. Окончила Школу нового кино и Школу Родченко. Родилась в Чувашской Республике. Работает со скульптурными объектами, видео и текстом.