2017: ХИМИЧЕСКАЯ СВАДЬБА ПРОИСХОДИТ РАЗ В ЖИЗНИ

злой солнечный круг не живет вечно и

и тело хаосмоса состоит из узлов

кабала время ничтожит беспечно

этой ночью; этой ночью взрывы кустов

плетут замороченную ткань облаков

…в которую смотришь тысячу раз

и тысячу раз

возвращает взгляд небо

по пряди гусеницы слепо

виляешь по кустам

разомкнутая осень, страсть к сцепленному

к реальному хочешь попробовать страсти

и человеку поколебленному

огонь разлагает воздух на части

из моего рта; из моего рта воздух

украдкой вселяется в грудь

там он погибнет,

достаточно просто моргнуть

с тобою ляжем на ткань

разомкнутого неба и веток

что состоит

из темпоральных клеток,

каждая грань их

прошла мимо события

что скрутило названия

оставило нас без укрытия

сделало нас без имени, не присвоенными

цель любого события -

сдвоить

наши неорганические тела без органов

давай остановимся на этой

пучковатой,

землянистой мысли

момент растраты клеток ткани

медицински отдает в гортани

и металлических легких жжение

из силуминного сердца — прощение,

высокая листва производит пение

процедура повторяется сотни часов

потом событие просится на засов

в нейронный шкаф

остается перекодировать

лучше сказать

забаррикадировать воспоминания,

и резонансные колебания

буднично заснуть на ткани

словить Мнемозины взгляд в сарае

нарвать в четверг герани

умереть по пути в трамвае

забавное понятие времени

которое мы не хотим,

среди этих дачных флоксов слоем

под нашим контролем

понятие времени улетучилось, а в гнезде

яйцо разбилось, из него

так трогательно вышло существо

это детёныш пустоты

запрятанный в шкафу на даче

Чирикает он по ребячьи

а в городе линейные дороги до луны

прочерченны копиркой тесноты

с улыбкой отражает Мнемозина реле

темным солнцем

на склизком стекле

_________________

2024: Droit de glaive

Предательские соцветия

Взрываются в катлаванеее

На тысячи нет миллионы нет миллиарды

Оторванных ногтей

Как объяснить всему миру

Что такое путь в ЛЕНИНГРАДСКУЮ ОБЛАСТЬ?

И почему это русский Τάρταρος

В предательские соцветия

Где шумит ИСКЛЮЧИТЕЛЬНО ВЕТЕР

И искрятся солнцем убитые дряные листья

Убегать убегать скорее

В сонное небытие

πρϵδατϵλѢςκИϵ ςθцϐϵτИя

ϐꙀρыϐαѤτςя θτ ϐϵτρα

нα τыςячИ, нϵτ μИλλϰθνы и μИλλИαρδы

θτθρϐαννыχ нθгτϵй ИꙀθρϐαννыχ τϵλ

κακ θβъяςνИτѢ ϐςϵμу мИρυ

чτθ τακоϵ πуτѢ Нα ϐθϰнУ

И πθчϵмυ еτо ρυςςκИι Τάρταρος

Я грызу пружины в чужих глотках

Где исдохли на славу ублюдкам

На радость стеклянным глазам

Исдохли все ςθβыτИя революции

68 и 17 года и даже наша свобода 91-93 стала

Мясорубкой, зона state-sponsored creation of death

Зона living dead

Зона пермнентной антропонетической катастрофы

Пять минут ρυςςκθϰ хθхθчущϵй θгнϵннθй ςϐθβθδы,

Затем нам смеялись в лицо

Изрыганное красным хохотом

Droit de сука glaive

ϐ πρϵδατϵλѢςκϰϵ ςθцϐϵτИя

гδϵ шυмИτ ϐθꙀδυχ нαгρϵτый

и ϰςκρяτςя ςθλνцα δρяныϵ λИςτѢя

И υβϵгατѢ υβϵγατѢ ςκθρеϵ πоςλϵ

ϐ ςθнноϵ нϵβыτИϵ УπυщϵнИй

α ϐϵτϵρоκ ϐςϵ ραςκαчИϐαϵτ

чυϐςτϐ καчϵλь

надземного царства оторванных ногтей

_________________

2022 год: 24.02

24 число это время, в котором качели по всей стране начали качаться сами по себе. это тихая музыка в жанре reductionalism. это преданная любовь собственной матери — нежная память о детском садике, горящее обжигающее солнце, мертвое будущее (серость из игры диско элизиум). это сотни тысяч прикосновений, сплетений кисточек рук, которых больше нет. это шипящее, словно шум радиомолчания, проникновение друг в друга, которого больше нет. это тысячи букетов, которые стали бесполезны. это первая смерть, которая происходит в детском сердце. мы уже мертвы, потому что никакого "будущего" не существует. алпрозолам перорально, атаракс перорально, сертралин перорально, сотни таблеток бензодиазепиновой кислоты перорально, тысячи дозировок морфинопободных анальгетиков внутривенно, в вены, которые плачут, которые устали прятаться. большой бокал пойла, просроченный заграничный паспорт, сигареты повышенной легкости, надменный взгляд на пограничном контроле. надменный взгляд профессуры. гордые и испуганные взгляды повсюду. взгляды, словно ты человек второго сорта. сумерки богов. небесная кастрирующая бюрократия с синей кровью. в поэзии нет ни матери, ни отца, ни родных. в трупе русской, изъедаемой личинками мух, политической ФИЛОСОФИИ, нет ни друзей, ни политики дружбы, нет первобытного отца, нет доктора Фрейда. не хочу похвастать мыслью новенькой, но по-моему — утверждаю полный авторской спеси-  коммуна — это место, где исчезнут чиновники. ГДЕ будет много стихов и песен. Здесь стало много МЕРТВЫХ КАМНЕЙ И ЛИСТЬЕВ, КИШОК И ТРЯПОЧЕК, ВИШНИ И ПРЯДОЧЕК, деревень и руин, ФАШИЗМОВ, фашизмов и еще раз фашизмов. фашизойдных инвестиций. биржа фашизма. выбирай, куда вложить либидинальные потоки нации? куда будет литься потерянное будущее, наступающая серость, РАЗОМКНУТЫЕ НЕБЕСНЫЕ СВАДЬБЫ. новый котлован фашизойдных инвестиций в молодежь, ведь молодежь — наше будущее. в ее наушниках поют о том, что этим взорванным летом все умрут, но мосты все равно разведут. ложь. все уже умерли, это так очевидно, мосты мертвой хваткой держатся за неву. сердце разрывается, ты я она не можем спать. детки смотрят индевевшими глазами из дворов колодцев на зимнюю парочку молодых людей с баночками пива, с какими-то свертками, с чем-то странным в руках, они идут в лавру. сквозь сугробы эти двое пробираются к замерзшей речке, чтобы делать какие-то неодобряемые вещи. какие-то дурные вещи. которые не совсем даже нравятся этим двоим., но что поделать, сегодня — 24 число 02 месяца. косяк по стахановски разгорается медленным пламенем на холоде. тысячи призраков, тысячи времен входят в легкие и никогда не возвращаются.

_________________

2025: ЛЕТО

В городе снова подул ветер,

Город снова говорит сотнями

Сотнями магазинами в метро

И больницами

В больницах лежат бедные старушки

Играют в побрякушки

Во рту у них лягушки

Ведь городу недостаточно лекарств

Вот и приходится кормить лягушками старушек

В магазинах метро работают добрые и злые

Красивые и простые

Голые и смешные

Старушки старушки старушки

Город опять общается

Избежавший всепроникающего

Темного смертельного бритвенного солнца

Город голосит гимн

В радость об изобретении

Профессор Печкин изобрел аппарат

Который засасывает опавшую листву

Получается на выходе сублимат

Разнообразных городских наркотиков

Солей амфетамина, кофеина

Это в каплях дождя скапливается

Все это скапливается в облаках

_________________

2025: МНЕМОТУРИСТ

С тех пор, как я являюсь преподавателем в Отделе Удалений исследовательской станции "Мнемозина", мысли стали течь несколько странно. Я читаю курс для стажеров "Хонтологии 101". Но сегодня об искусстве. Искусство в темпоральном плане это долгожданное счастье, высшая форма наслаждения и власти над временем, наре (к/з)ания времени. Ещё счастье это когда ты понимаешь, и наоборот — когда на понимаешь. Это сугубо темпоральные понятия (понимание/непонимание). Счастье это дружба, или события дружбы, это улица Некрасова в 2 часа ночи в июне. Счастье это арки в которых играет музыка Дэвида Боуи, счастье это солнце в феврале и неизведанные станции метро, сулящие химические браки. Счастье это шекспировские залы аничкова дворца, полузаброшенные технические этажи под тесными снежными улицами. Вот что такое счастье. Гомозня капели февральских деньков, топящих непроходимые горы снегов. Все это, счастье — абсолютная власть. Лишь удаления властны над этой властью, после ее смерти наступают сумерки, призрачная пора.

Вот что ещё: если искусство кончится после 20-х годов, будет новое искусство, потом новое, потом ещё одно. Есть проблема с местами. Места и их темпоральный слепок не перекодируется просто так. К примеру: проспект Александровской фермы все еще останется кровавым бельмом на теле заскорузло красного города, зовущимся Петрополис. Становятся ли места новыми, умирают ли станции метро и заново ли рождаются? Различается ли субстанция одного и то же места и повторяется ли в будущем ее жизнь, стремится ли она отчаянно быть похожей. Мои исследования привели к выводу о том, что стремится, но обречена на провал. Это императивное, непреложное правило, вшитое в машинерию времени.

_________________

2017: ФЕНИЛЭТИЛАМИНОВЫЙ ВИРУС

Что за чудесный божественный посланник — сентябрь? Всегда теплый в начале, всегда радостный, спокойный. Отдает воспоминаниями о том, как закипает чайник на солнечной узенькой кухне, и тебя ждут. Ты такой красивый, такой молодой, невероятно крутой. Твоя крутость это безмерные потенциальности, которые атомной реакцией полураспада коллайдируют в невозможность и провалы. В тот момент ты — это ангел истории, не подозревающий о грядущем, думающий, что ты видишь будущее. На самом деле это руины того, что избежало воплощения. След, дезорганизующий темпоральность.

С каждым шагом походка все спокойнее, потому что этот асфальт привычен. Чем ближе — тем больше степеней свободы, сетчатка глаза искажается. Химическая, небесная свадьба, тысячи глаз сливаются в один. Разбавленный чай, бутерброды с финским сыром, кружки с мумий троллями. Фатальное заражение фенилэтиламиновым вирусом, сотканным из воспоминаний, случилось.

Отложенные симптомы: ностальгия, безумная ностальгия. Физически невозможно испытывать настолько интенсивную ностальгию, так долго, так свирепо. Это не объясняется ни одной теорией, кроме, должно быть, хонтологии. Разум вечно ищет лекарство, и это лекарство — призрак, темпоральный странник, Homo Sacer утраченного будущего, то, что одновременно не живое, и не неживое. Lost Futures.

_________________

2019: МАЙ

"Где-то в середине ряда девочек сияет далекая галактика, массивное скопление термоядерных реакций, химическая свадьба».