Donate
Избранное

Брайн Мартин «Игривый анархист» (2017)

Эгалите02/11/23 11:571.9K🔥

Игра может служит источником вдохновения для анархистов. Однако нужно быть осторожным и помнить, что не всякая игра несёт в себе освободительный потенциал.

Анархистская теория часто воспринимается как нечто крайне серьёзное. Она затрагивает такие весьма «невесёлые» аспекты социальной жизни, как репрессивность государства, эксплуататорская сущность капитализма или негативные явления множества других видов господства, которые далеко не являются чем-то забавным и увлекательным. Анархистская практика тоже кажется очень серьёзной, поскольку подразумевает противостояние с различными авторитарными силами, угнетающими ежедневно тысячи людей. В синдикализме же центральное место занимает и вовсе такая, как многие считают, противоположная игре сфера деятельности, как работа, где трудящимся отнюдь «не до развлечений».

Однако в философии анархизма есть место в том числе и для игры. Самоуправляемое общество — это общество, в котором желания могут воплощаться и удовлетворяться коллективно. Без кнута начальства люди могут действовать более спонтанно, а игры — стать частью повседневной жизни, наполненной радостью.

Хотя игра может и должна быть частью анархистского общества, её последствия не всегда очевидны. Моя цель заключается в том, чтобы рассмотреть несколько областей, в которых задействована игра (детские игрушки, спорт, видеоигры, музыка, активизм, экономика и сама жизнь) и сделать несколько выводов касательно роли игры в самоуправляемом анархистском обществе. Другими словами, я попытаюсь выяснить, стоит ли нам пытаться быть игривыми анархистами и, если да, то что конкретно это значит? В завершение я изложу несколько возможных принципов игрового анархизма.

Содержание
  • Детские игрушки
  • Спортивные игры
  • Видеоигры
  • Музыка
  • Протест и игра
  • Игра и продуктивность
  • Жизнь как игра
  • Выводы

Детские игрушки

Маленькие дети могут весело проводить время, особенно когда они играются вместе, пользуясь небольшим количеством реквизита или обходясь совсем без него. Они также могут играть с воображаемыми персонажами или игрушками, или использовать такие предметы, как мячи и коробки для многочасовых игр.

Игровую деятельность детей можно рассматривать как проявление естественных человеческих способностей, даже как образец свободы. И хотя сама детская игра является невинной в том смысле, что не выражает сознательно каких-то политических устремлений, она всегда определяется окружающей её культурой.

Формы игры неизбежно опираются на культуру. Дети, играющие с воображаемыми персонажами, находятся под влиянием конкретных окружающих их людей и образов. Если они смотрят телевизор или играют в видеоигры, то их воображение формируется под влиянием того, что они видят и слышат, будь это мультики про Винни-Пуха или фильмы про Гарри Поттера. Детская игра может быть в некотором смысле спонтанной, но эта спонтанность разворачивается в рамках тех идей и образов, которые создаются окружающей культурой, включая также такие источники культурного влияния, как семьи этих детей, их сверстники и средства массовой информации.

Помимо визуальной культуры, есть и множество материальных предметов, которые тоже отражают окружающую нас культуру. Безусловно, многие предметы природы, как ветки, фрукты, камни или деревья, можно использовать в качестве средств игры, что в целом является безобидной практикой. Однако в реальности большинство детей пользуются игрушками, созданными существующей промышленностью. Различные виды игрушек — от мячей до строительных блоков — отражают человеческую культуру на общем уровне. Кроме таких простых игрушек, есть и более сложные. Самый известный пример — кукла Барби, которая одновременно очень популярна и широко критикуется за то, что модель куклы построена на стереотипах о женственности [2]. Барби, по крайней мере в своём первоначальном воплощении, является белокожей и очень худой блондинкой, обладающей крайне нереалистичными стандартами красоты. Для мальчиков выпускают различные маскулинизированные куклы, такие как G.I. Joe («солдат Джо»), а также различные игрушечные пистолеты и прочие военные игрушки. Как верно отмечают феминистки, большое количество игрушек моделируются в соответствии с доминирующими гендерными представлениями и стереотипами.

Другая проблема некоторого числа игрушек заключается в том, что, будучи довольно детальными и сложно разработанными, они могут ограничивать воображение ребёнка. Мяч намного меньше сковывает воображение и ограничивает возможности игры с ним, чем игрушечный линкор. Некоторые игрушки специально делаются так, чтобы их можно было использовать только определённым образом — назначение и узкий набор вариаций взаимодействия с игрушкой заложены в саму её модель.

Гендеризация игрушек, возможно, связана с капитализмом: вероятность увеличить прибыль выше, если продавать разные игрушки мальчикам и девочкам — конкретным гендерным группам, или если продавать детально и сложно продуманные игрушки, которые можно весьма эффективно продавать благодаря броской рекламе, но которые ограничивают детей в способах игры с ними [3]. Производить простые и крепко сделанные игрушки без излишней детализации или чётко проработанных вариаций взаимодействия дешевле, и они не требуют ежегодной замены.

Легче указать на проблемы, связанные с производством игрушек, чем определить те виды игрушек, которые лучше всего подходят для самоуправляемого общества. Стоит ли использовать строительные блоки, или они ограничивают творческо-преобразовательное мышление? Следует ли отказаться от игрушечного оружия, и если да, то чем его заменить? Кто должен принимать решения о том, какие игрушки будут производиться? Все эти вопросы требуют ответов…

Спортивные игры

Дети часто играют в так называемые «спортивные игры». Существуют как индивидуальные виды спорта (плавание, теннис), так и групповые (футбол, баскетбол). Дети могут играть в них с энтузиазмом, получая удовольствие от использования своего тела и взаимодействия с другими людьми.

Бегом дети могут заниматься спонтанно, когда они, например, просто гоняются друг за другом и дурачатся. Они могут увлекаться бегом и на более серьёзном уровне, участвуя в соревнованиях. Ребёнку может нравиться бегать, что открывает возможность замотивировать его заниматься им с помощью более систематических тренировок.

Командные виды спорта могут быть более или менее спонтанными. Дети должны усвоить правила, наблюдая за игрой детей постарше, или, как это обычно происходит, запоминая инструкции, когда, например, родитель помогает ребёнку научиться бить по футбольному мячу и управлять им. Для игры в футбол не требуется много снаряжения. Для некоторых других видов спорта требуется большее количество инвентаря, например, ракетки и корты для тенниса или клубы и поля для гольфа. В этом случае участие в соревнованиях может зависеть от доступности инфраструктуры и снаряжения.

Параллельно с развлекательной стороной спорта существует и более серьёзная, связанная с соревнованиями, лигами, систематическими тренировками и профессиональной карьерой. В соревновательном спорте получение удовольствия может уступать желанию добиться славы, победы и заработать денег. Тем не менее даже для профессиональных спортсменов любовь к игре часто остаётся важным фактором, хотя бы потому, что мотивацию труднее поддерживать, если занятие спортом воспринимается только как рутина и работа.

Преобразование детской игры в организованную деятельность и профессиональный спорт не является автоматическим или равномерным процессом. Как показывает популярность любительских марафонов, взрослые могут участвовать в них в основном ради удовольствия, включая удовлетворение от улучшения физической формы и развития навыков, не особо переживая за победу («ведь главное участие»). Однако противоположность любительскому спорту — профессиональный спорт — находит гораздо большую поддержку и интерес среди людей. В новостных репортажах основное внимание уделяется элитным спортсменам, чемпионам и, конечно же, большим деньгами, которые делаются в бизнесе профессионального спорта. Некоторые ведущие спортсмены становятся знаменитостями и примерами для подражания, в то время как любительским спортом интересуются только те, кто в нём участвует.

Проблемы, связанные с профессиональным спортом, широко известны. Престиж и деньги приводят к увлечению победой, а не самим участием в игре. Спортсмены могут подорвать своё здоровье, когда продолжают игру уже будучи травмированными или в результате повреждений во время самих игр в контактных видах спорта. Опасность представляют также азартные игры и коррупция. Но главная проблема — это сокращение числа участников. Многие дети играют в игры, но когда вырастают, то бросают их и уже не участвуют в организованных лигах. Они становятся пассивными зрителями, что поощряется компаниями, получающими прибыль от профессионального спорта.

По мере того как профессиональные спортсмены становятся всё более искусными, используя новейшие достижения науки о физических упражнениях и коучинга, большая часть населения становится менее здоровой и активной, о чём свидетельствует рост числа людей с ожирением. Когда детская игра превращается во взрослый профессиональный спорт, большинство перестаёт принимать в нём участие и заниматься полезными физическими нагрузками.

Видеоигры

Проблемы с такими игрушками, как Барби, — это одно. Совсем другое дело — проблемы с видеоиграми, которые являются главным товаром потребления среди детей и многих взрослых. Индустрия видеоигр масштабнее, чем Голливуд.

Видеоигры могут быть образовательными, но большинство развлекательны. Многие наиболее популярные игры завязаны на борьбе с врагами, сексизме и жестокости.

Для многих людей, как детей, так и взрослых, видеоигры являются одним из основных видов досуга. Они представляют собой разновидность игры, в которой можно провести много времени. Разработчики видеоигр стремятся сделать свои игры как можно более увлекательными. Идеальный тому пример Super Mario Brothers. Она проста в освоении, благодаря чему захватывает внимания игрока с первых минут, и продолжает постоянно увлекать его, так как сложности возрастают по мере роста мастерства игрока. В результате возникает состояние удовлетворения, называемое «потоком», которое появляется при выполнении задачи, требующей навыков, но не вызывающей ни скуки, ни тревоги [4]. Хорошие видеоигры обеспечивают игрока теми задачами, которые вызывают у него потоковое состояние, из-за чего некоторые игроки проводят за игрой по несколько часов в день, а некоторые настолько увлекаются, что становятся зависимыми и уже с трудом могут остановиться. Игра может быть настолько захватывающей, что игрок не замечает, как быстро пролетает время.

Существуют также онлайновые игры, в которых участвуют несколько игроков, например World of Warcraft, которые также очень увлекательны. Игра длится бесконечно, и немало игроков не пропускают ни единого игрового события. Вокруг игры образовывается сообщество единомышленников, которое служит для них альтернативной социальной жизнью, заменяющей встречи и общение с живыми людьми.

Должны ли анархисты принимать или отвергать видеоигры? Отрицательным моментом является то, что многие игры построены на насилии и женоненавистничестве. Однако можно создавать игры на основе других ценностей и идей, например, на сотрудничестве и эгалитаризме. Негативный момент также состоит в том, что большинство игр, представленных на рынке, являются частью огромной индустрии, основная цель которой — получение прибыли. Однако некоторые игры разрабатываются просто для развлечения и имеют открытый исходный код, что позволяет избежать их коммерциализации.

Кроме того, возникает вопрос о том, полезно ли для здоровья проводить так много времени, взаимодействуя с компьютерным миром. Для организма, безусловно, полезнее игры на свежем воздухе. Видеоигры могут вызвать привыкание гораздо легче, чем физические упражнения. Поведенческая зависимость — это не то же самое, что зависимость от наркотиков, но она может быть столь же пагубной [5].

Ещё одна проблема заключается в том, что, когда видеоигры становятся альтернативной реальностью, под угрозой оказывается живое и неотчуждённое общение с людьми. Если люди должны коллективно принимать решения о работе, воспитании детей, услугах и других вопросах, влияющих на их жизнь, то как в этом случае быть с видеоиграми? Проблема возникает, если навыки общения — умение разговаривать с другими людьми, обсуждать их интересы и решать совместные проблемы — атрофируются из-за постоянного времяпровождения в виртуальном цифровом пространстве. Зависимость от видеоигр может быть только началом, за которым могут последовать различные негативные социальные процессы. Виртуальная реальность сама по себе может быть очень затягивающей.

Легко сказать, что анархисты должны поддерживать игру, но факт того, что видеоигры потенциально могут вызывать игровую зависимость, говорит о том, что эта поддержка должна быть умеренной. Увлечение видеоиграми необходимо балансировать занятием другими видами деятельности.

Музыка

Музыка для многих людей — одна из самых приятных сторон жизни. В отличие от еды и одежды, она не является необходимым условием существования. Напротив, ею принято наслаждаться ради неё самой. Большинство людей слушают музыку, например, с помощью плееров, радиоприемников или на концертных площадках. Хотя в некоторых случаях прослушивание музыки имеет практическую цель, в основном это делается просто ради удовольствия.

Музыка может использоваться для воздействия на слушателей, как в случае со звуковыми дорожками к фильмам, патриотическими песнями или фоновой музыкой, звучащей в магазинах. Музыку также можно слушать в специальных для этого местах: в церквях, на рок-концертах или симфонических концертах.

Музыкой можно также наслаждаться как исполнитель. Многие люди с удовольствием поют, даже не имея достаточной подготовки. Многие дети учатся играть на музыкальных инструментах. Музыкой можно заниматься как для удовольствия, так и на профессиональном уровне. Многие дети и подростки учатся играть на музыкальных инструментах и с удовольствием участвуют в ансамблях, оркестрах и различных коллективах. По окончании обучения в школе можно выделить три основные траектории их дальнейшего развития в музыкальном плане: первые — наиболее целеустремлённые ученики — продолжат обучение с целью стать профессиональными исполнителями или преподавателями музыки; вторые продолжат играть как любители, а третьи, составляющие большинство, прекратят играть на своих инструментах полностью.

Во многих странах мира существует небольшое, но процветающее сообщество музыкантов-любителей, которые собираются вместе, чтобы играть исключительно из любви к музыке. Такие сообщества организуются самими музыкантами или сетями музыкантов, координируемыми волонтёрами [6]. Решения о том, что играть, когда и где, обычно принимаются консенсусом. Людям не платят за то, что они играют друг с другом любительскую музыку, а значит, возможности эксплуатации и доминирования ограничены.

Профессиональное музицирование — это совсем другая история. Поскольку это оплачиваемый труд, иногда игра превращается в рутину. Кроме того, возможности получения хорошей работы ограничены, что приводит к конкуренции и иногда к унизительным условиям труда, когда к музыкантам плохо относятся те, кто их нанял.

В целом занятие музыкой приносит наибольшее удовлетворение, когда оно осуществляется добровольно и совместно и организовывается самими музыкантами. Любительская музыка является образцом самоуправляемой деятельности.

Важно отметить, что некоторые профессионалы сохраняют любовь к своему ремеслу. В любой профессии некоторые работники чувствуют, что это их призвание — что это именно то, чем они хотели бы заниматься, даже если бы им не платили. Некоторые профессиональные музыканты продолжают любить музыку на протяжении всей своей карьеры и продолжают играть после ухода с оплачиваемой работы. Это свидетельствует о возможности того, что работа может стать игрой.

Протест и игра

Митинги, шествия и забастовки часто воспринимаются как серьёзные действия, поскольку обычно направлены против какой-либо социальной проблемы, например, войны или расового насилия. Чтобы противостоять привычному мрачному восприятию протестной деятельности, стоит использовать юмористический подход.

В Сербии во время кампании против репрессивной политики президента Слободана Милошевича движение сопротивления «Отпор!» использовало юмор как ключевое средство борьбы. Один из трюков заключался в том, что на бочке нарисовали изображение Милошевича, а затем предложили людям ударить по ней палкой. После того как полиция забрала бочку, «Отпор!» объявил, что бочка была арестована. В видеоролике, похожем на рекламу стиральной машины, удаляется пятно на футболке — изображение Милошевича [7]. Когда правительство заявило, что «Отпор!», придерживающийся принципа ненасилия, является террористической организацией, молодые активисты «Отпора» высмеяли заявления правительства, стоя перед толпой и говоря: «Вот как выглядят настоящие террористы…!». В этих и других акциях «Отпор!» постоянно всячески иронизировал и насмехался над правительством [8].

Другие группы по всему миру использовали творческие игровые приёмы в так называемых «юмористических политических выходках» [9]. Когда протестующие настроены серьёзно и приводят рациональные аргументы в пользу своих проблем, несогласные могут выдвинуть контраргументы. Когда же протестующие используют юмор, подобное может обойти ловушку рациональности. Использование абсурда и парадокса иногда может донести истину более эффективно, чем доказательства и аргументы.

Анархистский подход к протесту внёс свой вклад в историю игрового активизма, в частности, через ситуационистов, и в современную практику глушения культуры. Юмор в протесте можно использовать стратегически, получая при этом массу удовольствия. Кроме того, шутливый активизм может быть весьма эффективен для привлечения внимания СМИ. Дополнительным преимуществом юмористического протеста является то, что, когда аудитория смеётся, самим протестующим становится приятнее. Смех заразителен, и юмористический протест может сделать борьбу активистов интереснее и ярче.

Игра и продуктивность

Игра обычно считается чем-то, чем люди занимаются после рабочего дня. Игра — лишь дополнительный и необязательный способ времяпровождения, которым люди могут насладиться тогда, когда у них появляется возможность на какое-то время не беспокоиться о собственном выживании.

Однако существует и другой взгляд на игру: игра может быть продуктивной в том смысле, что она способствует улучшению экономических показателей. Это хорошо видно на примере огромных инвестиций компаний в досуг своих работников (от спорта до различных игр), но имеется и более фундаментальная связь. По крайней мере, так утверждает Стивен Джонсон в своей увлекательной и интересной книге «Страна чудес» [10].

Джонсон утверждает, что присущее людям стремление к удовольствиям и развлечениям способствовало развитию изобретательства человечества и промышленности в большей степени, чем это принято считать среди историков. Он исследует явление повальной моды на ситец, и утверждает, что именно эта чрезмерная популярность ситца стала одним из факторов промышленной революции. Цветная одежда не имеет никакой дополнительной функциональной ценности, но она была и остаётся высоко ценимой любителями моды. Джонсон утверждает, что огромная популярность ситца внесла значительный вклад в развитие изобретений, которые сыграли решающую роль в индустриализации.

Идея ходить по магазинам только для того, чтобы посмотреть на доступные товары, была, по мнению Джонсона, важной социальной инновацией, имевшей последствия для экономического производства. Для людей, считающих поход по магазинам рутинной обязанностью и осуждающих засилье коммерции, идея шопинга как досуга может показаться отвратительной, но многие с этим не согласны, находя огромное удовольствие в обходе магазинов и покупке товаров, большинство из которых могут быть даже абсолютно бесполезными. По словам Джонсона, ситец был доступен в Северной Европе уже более ста лет и стал модным только после появления витрин, кластеризации магазинов и создания привлекательных интерьеров.

Джонсон также рассматривает роль музыки в создании инноваций. Самые ранние музыкальные инструменты датируются десятками тысяч лет, что позволяет предположить, что присущее человеку наслаждение определёнными видами звуков сыграло важную роль в культурной эволюции человечества. Джонсон рассматривает происхождение идеи программируемых машин, которая была отчасти вдохновлена музыкальной клавиатурой.

Таверны или пабы имеют долгую историю. Джонсон описывает малопризнанную функцию пабов как оазисов свободных дискуссий, разрушающих социальные границы и даже способствующих освобождению, как в случае борьбы за независимость США и движения за права гомосексуалов. Таким образом, по мнению Джонсона, паб, как социальный институт, удовлетворяющий стремлениям людей к приятному общению, имеет также и политическое значение.

Книга Джонсона «Страна чудес» изобилует рассказами о том, как удовольствие и восторг стимулируют появление инноваций. Однако он не забывает указать, что социальные изменения, вызванные игрой, не всегда приводят к лучшему. Обратной стороной увлечения хлопчатобумажными тканями, которые были популярны из-за своих тактильных свойств, стали рабство и ужасные условия труда. Точно так же торговля пряностями, вызванная вкусовой привлекательностью перца, гвоздики, корицы и других экзотических специй, была напрямую завязана на ужасах европейского колониализма. Можно легко привести и современные примеры, например, отвратительные условия труда рабочих, производящих игрушки и электронные гаджеты. 

Жизнь как игра

Привлекательность игр заключается в том, что они воспринимаются как отдельная от суеты обычной жизни сфера. Наблюдая за футбольным матчем или играя в видеоигру, люди легко могут забыть о войне, бедности и проблемах на работе. У игры есть свои правила. Игрокам и зрителям не нужно беспокоиться о постороннем вмешательстве со стороны внешней реальности. Игра выступает как самодостаточная реальность, благодаря чему обеспечивает чувство эмоциональной безопасности. Конечно, отстранённость игры — это иллюзия, которую иногда развеивают, например, сообщения об употреблении наркотиков или сексуальных домогательствах со стороны футболистов. Но для многих игроков и зрителей это желанная иллюзия, поскольку она позволяет уйти от «реального мира».

Идею игры можно использовать также как метафору всей жизни. Каковы последствия восприятия жизни как игры? Один из вариантов ответа — стремление понять правила и лучше играть в игру жизни. Взаимодействие между людьми можно поместить в рамки игры: другие люди — это «противники», делающие «ходы», которые можно парировать более «продуманными ходами» [11]. В метафоре «жизни как игры» игра в межличностную политику является очень серьёзной — почти такой же серьёзной, как и профессиональный спорт.

Другой подход заключается в том, чтобы представить жизнь, воспринятую как игру, в качестве средства преодоления чрезмерной серьёзности. Суть в том, чтобы привнести в повседневную жизни больше игровой деятельности. Вместо того, чтобы впадать в депрессию от бремени обязательств и социальных сравнений, можно культивировать отношение радостной и весёлой отрешенности. Подобный подход уходит своими корнями во многие философские учения и религии.

Небольшому количеству счастливчиков удаётся прожить всю жизнь с весёлым настроем, находя радость в повседневных делах и стремясь сделать жизнь других людей ярче. Они, безусловно, могут быть серьёзными, когда это необходимо, но они никогда не зацикливаются на негативном. Если следовать метафоре жизни как игры, то такие люди полноценно наслаждаются игрой и не слишком беспокоятся о победе. В этом им, по-видимому, удалось сохранить спонтанную радость жизни, которая так часто наблюдается у маленьких детей.

Должен ли анархист воспринимать жизнь как игру? Продуктивно ли легкомысленное отношение к жизни, когда так много людей эксплуатируется и угнетается? Будет ли полезным воспитание в ребёнке игривости в то время, когда перед людьми стоит острая необходимость делать всё возможное, чтобы улучшить мир? Как активисты могут научиться быть открытыми к игровой непосредственности, чтобы это было одновременно полезным и вдохновляющим, а не глупым и смущающим?

Выводы

Какое значение имеет игра для построения самоуправляемого общества? Исходя из этого краткого обзора, можно сделать вывод о важности игры: игра выражает один из аспектов свободы, заключающийся в свободе творчества и проявления непосредственной радости.

Помимо этого, можно выделить несколько принципов, которые стоило бы учитывать анархисту, практикующему игру. Один из них заключается в том, что игра желательно должна быть инклюзивной, позволяя многим, если не большинству людей, принимать в ней участие, если они того пожелают. В зрительских видах спорта болельщики могут быть очень увлечены и получать огромное удовольствие от просмотра, но такое времяпровождение качественно отличается от удовлетворения посредством личного участия.

Ещё один момент, заслуживающий внимания, — это сотрудничество. Самоуправляемое общество в значительной степени функционирует на основе принципа сотрудничества, поэтому желательно, чтобы и игра была построена на том же принципе. Однако кооперативные виды спорта встречаются реже, чем соревновательные. Следовательно анархистами предстоит ещё многое сделать для развития и популяризации кооперативных видов игр [12].

В-третьих, игра должна быть не разрушительной, а созидательной. Она должна поддерживать здоровье людей, приносить им больше счастья, вводить их в потоковое состояние, способствовать созданию сообществ и обучать навыкам управления собой. Звучит довольно притязательно, но иногда хорошо продуманная игра может творить настоящие чудеса, объединяя игроков в совместной деятельности, которая улучшает здоровье, приносит им счастье и развивает навыки самоуправления.

Несмотря на то, что игра обладает многими положительными свойствами, она поднимает также ряд проблемных вопросов. Должна ли игра быть спонтанной или организованной? Спонтанная деятельность кажется более игровой, но иногда спонтанность воспроизводит разрушительные модели взаимодействия. Возможно, лучше организовать игровую деятельность, которая имеет чёткие и сознательно поставленные цели.

Игра не должна быть принудительной. Один из подходов заключается в создании возможностей как для организованной, так и для спонтанной игры. Участие в игре может приносить удовлетворение, но при этом нужно помнить об опасной возможности возникновения игровой зависимости. Как и в любой другой сфере, хорошего не должно быть слишком много.

Наконец, не стоит относиться к игре слишком серьёзно. Для игривого анархиста, стремящегося к развитию совместной и коллективной игры, расширяющей человеческие возможности, может быть в порядке вещей иногда вести себя не совсем «по анархии»: болеть за любимую спортивную команду, играть в настольную игру «Монополия» или видеоигру Grand Theft Auto, не чувствуя при этом какие-либо угрызения совести или чувство стыда и вины. Подготовка к самоуправляемому обществу желательна, но она не должна быть настолько обязательной, чтобы мешать радостно и увлекательно жить в современном обществе.

Ссылки:

1. Есть множество исследований феномена игры. Двумя новаторскими работами в этой области считаются: J. Huitzinga, Homo Ludens: A Study of the Play-element in Culture (Beacon, 1955) и Roger Caillois, Man, Play, and Games (Free Press, 1961).

2. Mary F. Rogers, Barbie Culture (Sage, 1999).

3. Sharon Beder (ed.), This Little Kiddy Went to Market: The Corporate Capture of Childhood (Pluto, 2009).

4. Mihaly Csikszentmihalyi, Flow: The Psychology of Optimal Experience (Harper & Row, 1990).

5. Adam Alter, Irresistible: Why We Can’t Stop Checking, Scrolling, Clicking and Watching (Bodley Head, 2017).

6. Примером служит «Ассоциация палат музыкантов» (ACMP — Associated Chamber Music Players), https://www.acmp.net.

7. «The Stain, ” https://www.youtube.com/watch?v=hEZYdGDkkV4.

8. Janjira Sombatpoonsiri, Humor and Nonviolent Struggle in Serbia (Syracuse University Press, 2015).

9. Majken Sørensen, Humour in Political Activism: Creative Nonviolent Resistance (Palgrave Macmillan, 2016).

10. Steven Johnson, Wonderland: How Play Made the Modern World (Riverhead, 2016).

11. Eric Berne, Games People Play (Ballantine, 1964).

12. Terry Orlick, Winning Through Cooperation: Competitive Insanity — Cooperative Alternatives. (Acropolis, 1978).

Перевод: Денис Хромый

Оригинальная публикация: https://www.bmartin.cc/pubs/17asr.html

Author

Quinchenzzo Delmoro
Comment
Share

Building solidarity beyond borders. Everybody can contribute

Syg.ma is a community-run multilingual media platform and translocal archive.
Since 2014, researchers, artists, collectives, and cultural institutions have been publishing their work here

About