Авторы: Henri Obscur ¹, Max Gael Martin ²

¹ Экосистема Глобальных Универсалистов, МКГУ Cosmopolis (2025-2026):

https://t.me/cosmopolis_eurasia

² Автор, ответственный за переписку (Corresponding author): cosmopolis_eurasia@proton.me

Версия 0.2 от 22.06.26

Аннотация

Глобальное Универсальное Мировоззрение (ГУМ) представляет собой мультидисциплинарную, междисциплинарную и трансдисциплинарную [1] систему взглядов, возникающую как ответ на глобальные кризисы. В статье рассматриваются три уровня определения ГУМ — краткое, расширенное и дополненное — с опорой на синергию науки и философии. Раскрываются его эволюционно-психологические, этические, культурные и институциональные основания. Обосновывается необходимость ГУМ как нового мировоззрения в условиях мирового общества риска [2], экологических и социальных вызовов XXI века. Изложение сознательно сочетает строгий академический анализ с открытой, эссеистической интонацией там, где речь заходит о практических следствиях ГУМ — это разделение регистров отражает двойную природу ГУМ как исследовательской программы и как живого мировоззренческого проекта сообщества.

Ключевые слова

глобальное универсальное мировоззрение, универсализм, универсальные ценности, биодетерминизм, кооперация и конкуренция, космополитизм, идентичность, философия, наука, синергия науки и философии, эволюционная биология, мультидисциплинарность, междисциплинарность, трансдисциплинарность, метаэтика, синергетика

Global Universal Worldview (GUW): Three Levels of Definition, Structure, and Objectives

Authors: Henri Obscur ¹, Max Gael Martin ²*

¹ Ecosystem of Global Universalists, ICGU Cosmopolis (2025-2026): https://t.me/cosmopolis_eurasia

²* Corresponding author: cosmopolis_eurasia@proton.me

(Version 0.3, June 22, 2026)

Abstract

The Global Universal Worldview (GUW) is a multidisciplinary, interdisciplinary, and transdisciplinary [1] system of views emerging as a response to global crises. The article examines three levels of defining the GUW — brief, extended, and supplemented — drawing on the synergy of science and philosophy. It explores its evolutionary-psychological, ethical, cultural, and institutional foundations. The necessity of the GUW as a new worldview in the context of the global risk society [2] and the environmental and social challenges of the 21st century is substantiated. The exposition deliberately integrates strict academic analysis with an open, essayistic intonation wherever it addresses the practical consequences of the GUW. This separation of registers mirrors the dual nature of the GUW as both a research program and a living, community-driven worldview project.

Keywords

Global universal worldview, universalism, universal values, biodeterminism, cooperation and competition, cosmopolitanism, identity, philosophy, science, synergy of science and philosophy, evolutionary biology, multidisciplinarity, interdisciplinarity, transdisciplinarity, metaethics, synergetics.

Часть I. Три уровня определения ГУМ

1. Краткое определение ГУМ

ГУМ (Глобальное универсальное мировоззрение) — это динамичная мультидисциплинарная, междисциплинарная и трансдисциплинарная [1] система взглядов, в которой само познание (апеллирующее к синергии[1] философии, науки и философии истории) становится мировоззрением. В отличие от Современного космополитического мировоззрения (СКМ) [2], выступающего лишь базовой описательной оптикой, ГУМ является когнитивно-адаптационной надстройкой, жизненно необходимой для выживания в условиях общества риска. ГУМ объединяет понимание биологической природы человека (биодетерминизм) [3] с универсальными гуманистическими ценностями, экологической этикой и исторической ответственностью (институты, верхумы [4], социально-культурное, общественно-практическая деятельность). Признавая естественный дуализм кооперации и конкуренции, ГУМ постулирует: в сверхсложном мире методы познания не должны враждовать — они должны дополнять друг друга ради выработки совместных решений.

Возникшее как ответ на современный кризис идентичности, разрушение глобального сотрудничества и доверия, данное мировоззрение основывается на идее равного уважения ко всем людям независимо от их этноса, расы, национальности или культуры, а также стремлении к миру и защите окружающей среды. Для реализации своих целей ГУМ требует активного внедрения через низовые инициативы [5] [6] самоорганизации и самообразования, классическое образование, правоприменение и институциональный диалог, продвигая междисциплинарные исследования, разумность и адаптивное познание с помощью синергии науки и философии вместо догм и конфронтации [7] [8]. Глобальное универсальное мировоззрение не противоречит Всеобщей декларации прав человека (ВДПЧ) [9] и не поддерживает насилие.

2. Расширенное определение ГУМ

ГУМ опирается на эволюционные и социокультурные основы человека. Биология показывает, что мы — социальный вид, выживающий в группах: группы с внутренней кооперацией (сотрудничеством) лучше конкурировали с другими группами. Именно такой «кооперативно-конкурентный» [10] [11] дуализм породил схему «свой — чужой», групповую идентичность, и «инаковость» (позже национальную, как современную итерацию данного явления) для выживания (раскрыто подробно в разделе 2.1 «Парадигма Борьбы» ниже). Однако в эпоху транснационального общества риска (или если очень сжато глобализации) отдельные «нации» уже могут решать большие проблемы самостоятельно.

ГУМ учит признавать нашу взаимозависимость: мы сталкиваемся с общими рисками (климатическими, эпидемическими, экономическими и проч.) и не сможем их преодолеть национальными методами. Но это тоже только часть проблем. Представление о полной самодостаточности отдельного государства в современном мире является устаревшим и не соответствует действительности. Эскалация глобальных угроз, неравномерное распределение ресурсов и наличие общих глобальных вызовов делают все страны взаимозависимыми [8] [2].

Для адекватного осмысления столь сложной и взаимосвязанной реальности ГУМ применяет в своих исследованиях не только междисциплинарные изыскания (интеграцию методов на стыке наук). В его арсенал органично входят мультидисциплинарные подходы (параллельный, всесторонний анализ проблемы с разных ракурсов) и, что наиболее важно, трансдисциплинарность. Последняя выступает как синергетическая практика, стирающая жёсткие границы между академическими дисциплинами и объединяющая научное, философское и внеакадемическое знание ради практического решения глобальных вызовов (Wicked problem). На расширенном уровне ГУМ определяется как синтез эволюционных и социокультурных основ человека. Раскрытие этого мировоззрения происходит через шесть ключевых аспектов, доказывающих объективную взаимозависимость стран [8]:

·         Эволюционно-психологический аспект: Наука, в данном случае эволюционная биология, подчёркивает способность людей не только к сотрудничеству (как внутри групп, так и между группами), но и к групповому (и межгрупповому) соперничеству. ГУМ учитывает, что «кооперация невозможна без конкуренции» — своего рода эволюционной системы сдержек и противовесов [10]. ГУМ стремится перевести этот естественный дуализм из «Парадигмы Борьбы» в глобальную союзную логику, расширяя круг эмпатии — от семьи, племени до всего человечества как экосистемы.

·         Социокультурный аспект: История и эволюционная биология показывает постоянное проявление «латентной космополитизации» [2] — культурное перемешивание через войны, миграции, колонизацию. Но современное космополитическое мировоззрение подразумевает под собой осознанную космополитизацию: признание себя гражданином мира в глобальной взаимосвязанности, уважение к многообразию культур, понимания формирования этого разнообразия и следование ВДПЧ. ГУМ поощряет не просто толерантность, а диалог культур и взаимное обогащение, развивая чувство сопричастности к общечеловеческому наследию (науке, искусству, знаниям всех народов). Такой подход преодолевает узость локальных особенностей, сохраняя их ценность и одновременно вписывая их в единый глобальный контекст.

Также следует добавить, что достичь такого консенсуса в реальности невероятно сложно, так как разные культуры по-разному понимают «свободу».

·         Психологический аспект: Люди склонны видеть «чужих» через фильтр страхов и стереотипов, что порождает конфликты. ГУМ предлагает целенаправленно развивать навыки глобального сознания: расширять эмпатию к незнакомым культурам, управлять чувством «инаковости» и учиться сотрудничать с непохожими. Образование и воспитание в духе глобального гражданина, воспитанного в рамках ценностей ГУМ — от детских взаимодействий с средой и дошкольных межкультурных проектов — помогут интуитивно усвоить ценности взаимосвязанности, и выполнять успешный импринтинг [12].

·         Этический аспект (Двойная ответственность и универсалии): в основе ГУМ лежат общечеловеческие ценности (жизнь, свобода, справедливость, равенство). ГУМ рассматривает их не как абстрактные идеи, а как реальные ориентиры для практики, вытекающие из фундаментального биологического сходства людей. Этическая модель ГУМ предполагает двойную ответственность: локальную (перед своим непосредственным культурным сообществом) и глобальную (перед всем человечеством и биосферой в целом). Эти универсальные ценности выступают производными единой объективной цели — гармоничного сосуществования людей и их взаимодействия с природой.

·         Философский аспект: ГУМ — не догма, а динамичный консенсус идей. Это обобщённое мировоззрение, соединяющее научное, философское знание о человеке и обществе с общечеловеческими идеалами. Оно не опирается на предустановленный «высший смысл» мироздания (как Логоса в стоицизме) [13] [14], а на понимание того, что мир сложен и ценности контекстны. В отличие от жёстких идеологий, ГУМ требует живого понимания: оно распространяется словно симбиоз — не навязывается сверху, а «импринтируется» через образование и практику. Этот подход расширяет границы восприятия без жёсткого «усвояемого» каркаса, даёт возможность человеку самому переживать и осмысливать связь с другими людьми, культурами и природой.

Универсалистский подход ГУМ опирается на концепцию имманентности: человек — не внешний наблюдатель, а неотъемлемая часть мира; он преодолевает дихотомию субъекта и объекта, являясь активным со-творцом реальности. Важнейшим практическим измерением этой философии является отношение к времени. ГУМ подразумевает жизнь в истории [15] — осознание исторической обусловленности своего существования и ответственности перед будущим. При этом особую ценность обретает свободное время — пространство для подлинной самореализации и смыслопроизводства (в противовес восприятию досуга лишь как инструмента социализации или отдыха для нового труда).

·         Экологический аспект (Преодоление антропоцентризма): осознание роли человека в биосфере. Экоцентрический подход ГУМ признаёт природу не просто ресурсом для удовлетворения человеческих нужд, но объектом, обладающим самостоятельной ценностью. Это позволяет преодолеть наивный антропоцентризм и осознать тотальную взаимозависимость всех живых существ и их сред обитания.

Все эти элементы вместе образуют комплексное мировоззрение, отвечающее на возникающие кризисы. ГУМ стремится гармонично соединить конкуренцию и кооперацию. Важно подчеркнуть, что ГУМ не стремится к утопическому искоренению человеческой соревновательности. Опираясь на эволюционную биологию и социологию, ГУМ признаёт: полное подавление или искусственное снижение конкуренции неминуемо ведёт к системной стагнации, деградации и потере мотивации. Поэтому задача состоит не в том, чтобы уничтожить природную конкуренцию, а в том, чтобы сублимировать её через механизмы своеобразной «геймификации». ГУМ предлагает перевести деструктивное соперничество (войны за ресурсы, ксенофобию, хищническую эксплуатацию) в конструктивные и игровые форматы — научные, космические, технологические, эстетические и спортивные «гонки». Таким образом, ГУМ позволяет сохранить мощнейший эволюционный драйв к прогрессу и развитию, но направляет его энергию через этические универсалии на решение глобальных задач.

ГУМ показывает, что различия между людьми (национальные, культурные, религиозные и т. д.) не должны расходиться с нашим общечеловеческим единством, ведь они только составляют и дополняют его. Удовлетворяя естественную потребность человека в группе, ГУМ добавляет «глобальное измерение», побуждая смотреть за границы «национального» и участвовать в сотворчестве цивилизации. В результате возникает мировоззрение-синтез: оно базируется на биологических и социально-психологических фактах (человек — и зверь, и мыслитель), на научно обоснованной этике и на философии сознания, учитывающей расширенные круги эмпатии и осознания взаимосвязанности.

2.1 Парадигма Борьбы

Парадигма Борьбы — это мировоззренческая, (естественно-бытовая) моральная установка «возведенная в норму», при которой люди воспринимают борьбу как основу существования и единственный путь развития. Из-за непонимания собственной сложной природы человечество веками воспроизводит цикл насилия по принципу «око за око». Ошибка этой парадигмы заключается в фиксации лишь на одной крайности поведенческого спектра «конкуренции и соперничества» — конкуренции, в то время как наша биология в равной степени опирается на «альтруизм, кооперацию и взаимовыручку».

2.1.1 Биологические предпосылки и механизм «свой-чужой»

Биологические детерминанты человеческого поведения (дихотомия «кооперация — конкуренция») фундаментальны. В биологической эволюции это две взаимосвязанные стороны одного адаптивного процесса, позволившего нашим предкам выживать.

Парадигма Борьбы опирается на жесткий эволюционный механизм распознавания «свой-чужой», который активируется в условиях ограниченных ресурсов [4]. Поскольку биологическая эволюция идет на порядки медленнее социального развития, этот древний инстинкт не поспевает за вызовами времени. Люди часто не замечают культурной диффузии, ошибочно считая свои группы абсолютно независимыми и «отличными» от других [10] [16] [17].

В современном взаимосвязанном мире этот архаичный механизм превращается в главное препятствие для глобальной кооперации, а разделение на «своих» и «чужих» романтизируется и возводится обществом в ранг морального императива.

2.1.2 Слепота к альтернативам

Люди не осознают, что выход из вечного цикла насилия есть — прекратить насилие над «иными». Но осознать иной выход мысли только исключительно из Парадигмы Борьбы сложно, и порой даже невозможно. Вместо этого многие продолжают жить данной борьбой и считают, что только борьба — основа всего и только через борьбу мы полноценно развиваемся. Да, животная природа такова, это часть основы, которая тянется за нами — биодетерминизм. Но сама «борьба» это лишь одна из полярностей такого проявления природы человека, проявления этого биодетерминизма-спектра. Подчеркнём, что биологическая склонность к конкуренции не тождественна её социальным формам, однако в условиях стресса и дефицита архаичные паттерны способны брать верх над культурными регуляторами.

Например, враждебность к чужакам и войны с иноплеменниками были неотъемлемой частью нашей эволюционной истории — и даже необходимым условием развития основ нашей морали, склонности к кооперации и альтруизму. Но то, что исторически наш альтруизм был направлен только на «своих», а к чужакам наши предки испытывали отвращение и вражду, не означает, что это тот образец нравственности, которому мы должны подражать сегодня. Эволюционная этика объясняет, но не оправдывает наши врожденные склонности. К счастью, эволюция дала человеку еще и разум, и поэтому мы можем и должны подняться над своими биологическими корнями и пересмотреть устаревшие этические рамки, которые эволюция навязала нашим предкам (напомним здесь же: неискоренимым является именно базовый биологический вектор, а не конкретные поведенческие/социальные формы его выражения — см. развёрнуто в 2.1.5). То, что целесообразно для распространения генов у охотников каменного века, не годится для мыслящего цивилизованного существа. Эволюционная этика предупреждает нас о том, что в нас сидит врожденная склонность делить людей на своих и чужих, и к чужим испытывать отвращение и неприязнь. Мы, как разумные существа, должны это понять и преодолеть [4].

2.1.3 Неосознанность природы

Люди продолжают воспроизводить цикл насилия во многом из-за непонимания такой биологической «природы». Отвечать насилием соразмерным «иному» насилию это практически данность, с которой приходится работать. Чтобы разорвать этот цикл, необходимо осознать «Парадигму Борьбы» как объективный историко-биологический процесс взаимодействия кооперации и конкуренции. Для деконструкции этого заблуждения недостаточно лишь поверхностной логики — требуется глубокая интеграция данных эволюционной биологии.

2.1.4 Проблема оправдания насилия

Важно подчеркнуть, что признание биодетерминистских корней человеческого поведения (склонности к делению на «своих» и «чужих») не является для ГУМ оправданием насилия или этологическим фатализмом (тем более идеологически). Вслед за современной биологией поведения [18] и метаэтикой [19], ГУМ рассматривает Парадигму Борьбы не как «исключительно истинную суть», а как устаревший механизм в ее этической адаптации. Возведение агрессивной конкуренции в ранг единственной нормы является прямым нарушением принципа Юма и одновременно содержит натуралистическую ошибку в трактовке блага (naturalistic fallacy)[2].

Гильотина Юма (Hume, 1739) [20] — это запрет на логический (дедуктивный) переход от дескриптивных премисс к нормативному выводу. Натуралистическая ошибка (G.E. Moore, Principia Ethica, 1903) [21] — это конкретно ошибка определения понятия «добро» через какое-либо природное свойство (например, через эволюционную приспособленность). Возведение конкурентного поведения в норму нарушает оба принципа разными механизмами: оно совершает недопустимый логический скачок от факта к долженствованию (Юм) и одновременно неявно определяет «благо» как «то, что закрепила эволюция» (Мур).

В условиях общества риска гипер-конкурентные и эгоистичные группы (руководствующиеся логикой исключения) объективно проигрывают в долгосрочной перспективе, так как не способны справляться с транснациональными системными угрозами. Саморазрушение таких структур происходит через несколько механизмов:

·         Прямое причинение вреда — чрезмерная агрессивность может физически навредить представителям своей группы или других видов (групп).

·         Неэффективное использование ресурсов — сосредоточение на конкуренции, перетекающей в ущерб эффективности.

·         Дестабилизация популяций — создание демографических проблем.

·         Ускорение конкурентного исключения — более быстрое вытеснение в условиях ограниченных ресурсов. (Принцип конкурентного исключения, или закон Гаузе) [22] — экологический закон, согласно которому два вида, конкурирующие за одинаковые ресурсы в единой экосистеме, не могут длительно сосуществовать. В конечном счёте один из них обязательно вытеснит другой, если их потребности в ресурсах совпадают.

Перенос экологического закона, сформулированного для конкурирующих видов, на группы внутри одного биологического вида (человека) — содержательный шаг, требующий собственного моста между уровнями. Этим мостом служит механизм культурно-группового отбора [23], а не прямая аналогия с межвидовой конкуренцией за экологическую нишу.

Только в данном случае мы рассматриваем не какие-то абстрактные виды, а группы человеческого вида (опираясь на механизмы культурно-группового отбора). Стоит отметить, что «трагедия общин» на самом деле не такая уж и трагедия. Трагедия общих ресурсов не является фатальной неизбежностью. Хотя эгоизм и представляет серьезную угрозу, существуют как исторические примеры успешного самоуправления, так и современные инструменты (например, из области теории игр)[3], которые могут помочь человечеству изменить ситуацию и найти путь к устойчивому будущему [17] [22] [24] [25].

2.1.5 Современные проявления

Парадигма Борьбы, таким образом представляет собой «порочный Уроборос», который необходимо осознать и преодолеть в рамках формирования ГУМ. Для природы нет ни «венца творения», ни «цели», мы просто адаптивные организмы [26].

Биологические детерминанты человеческого поведения, выражающиеся в описанной дихотомии, являются фундаментальными и принципиально неискоренимыми. (уточнение, см. сразу ниже) С позиций диалектики, именно это единство и борьба противоположностей выступают важнейшим механизмом эволюционного и социально-исторического развития.

Биологическая природа задает лишь базовый вектор, в то время как формы его поведенческого проявления поддаются существенной трансформации под воздействием социокультурной среды и общественно-практической деятельности.

Таким образом, целью социального проектирования должно быть не утопическое подавление человеческой природы, а минимизация физического насилия как крайней, деструктивной формы конкуренции — посредством оптимизации распределения материальных благ и перенаправления соперничества в конструктивные русла. В основе этого подхода лежит реалистичное понимание иерархии человеческих потребностей: в условиях критического дефицита ресурсов регулятивная функция морали, идеологии и права критически ослабевает, уступая место базовым императивам выживания.

3. Дополненное определение ГУМ

3.1 Происхождение и развитие идеи

Корни концепции ГУМ лежат в идеях древних космополитов: стоики считали себя «гражданами мира», подчёркивая общую рациональность и нравственность всех людей [13] [14]. В Новое время мыслители — от Канта до современников — развивали мысль о всеобщем моральном законе и гуманных универсалиях. После мировых войн XX века эти идеи оформились в международные документы (ВДПЧ), которые указывают на приоритет общечеловеческих ценностей. В XXI веке учёные и философы («глобалисты», социологи риска) заострили внимание на том, что планетарные вызовы требуют сознательного «космополитического сознания». Социолог У. Бек описал латентную космополитизацию [2] («пассивная, бессознательная космополитизация как побочный эффект глобализации») — как исторический факт культурного обмена через завоевания, торговлю, культурную диффузию [16] — и противопоставил ей осознанный космополитизм как рефлексивное понимание взаимосвязанности. Идея ГУМ возникает как дальнейшее развитие этих традиций — оно видит в себе синтез гуманистических и междисциплинарных изысканий, призванных отвечать на новые реалии глобального общества риска. В глобальной созависимости мы все неизбежно связаны друг с другом, но по отдельности — мало жизнеспособны и как сами по себе, так и перед лицом глобальных угроз [8] [27]. ГУМ — это нормативная модель (то, как должно быть устроено такое взаимодействие), а не уже существующий глобальный институт.

3.2 Связь с классическим и современным космополитизмом

ГУМ во многом наследует космополитические идеи. Как и стоический космополитизм, оно провозглашает единство человечества; как идеи просвещения — приоритет универсального (морального) [20] долга перед частными (и биологическими, естественными) интересами; рассматривает возможности гражданского общества в современности [28]. Одновременно оно учитывает и критику старого космополитизма. В современном виде космополитизм отходит от теологических и телеологических схем [29] [30], переходя в разряд методологического космополитизма (У. Бек). Современное космополитическое мировоззрение (СКМ) отказывается от «методологического национализма» и переосмысляет концепции глобальной сопричастности людей друг к другу и миру как сложной, взаимосвязанной экосистеме[4]. Изучая мир как сеть взаимозависимостей, ГУМ поддерживает общечеловеческие ценности [31]: мы остаёмся разными, но в диалоге формулируем права человека, социальную справедливость, экологическую ответственность, уважение к разнообразию. ГУМ сводит эти влияния воедино: оно предлагает не просто мирового гражданина с туманными идеалами, а человека образованного: импринтированное в этого гражданина структурированное знание об истории человечества, его природе и вытекающих тезисах [3] [6] [10], и связанное общим ядром общечеловеческих ценностей в рамках развивающегося мировоззрения.

3.3 Разностно-Общее

Важным аспектом понимания латентной космополитизации является естественнонаучная и философская деконструкция человеческих групп. С позиций строгого материализма и эволюционной биологии в природе не существует никаких извечных «коренных народов», жёстко очерченных «рас» или «наций». Биологическая наука оперирует исключительно понятием непрерывно смешивающихся популяций. Этносы, расовые категории и нации — это сугубо общественные конструкты, сфера «идеального», или, «практически-общественной деятельности» выступающая продуктом исторической практики и социальной коммуникации. Тот факт, что мы, будучи единым биологическим видом, обладаем колоссальным культурным и фенотипическим разнообразием, не даёт никаких научно обоснованных оснований для иерархического деления на «лучших» и «худших» (это все является продиктованным эволюционной Парадигмой Борьбы, подробно разобранной в разделе 2.1).

ГУМ, напротив, приходит к закономерному диалектическому выводу: мы разные, но именно в этом мы все одинаковы. Для фиксации этого биологического и социального факта ГУМ вводит понятие «разностно-общего» — концепта, описывающего человеческий вид как неразрывное единство в его многообразии. В рамках концепции «разностно-общего» мы имеем полное научное, историческое и этическое право называть своей родиной всю планету Земля, с тем же основанием, с каким мы привыкли называть родиной отдельный город или страну.

3.4 От Чувства Глобальной Сопричастности к СКМ и ГУМ

Базовым концептом, предшествующим ГУМ, является космополитизм (Cosmopolitanism) — мировоззрение, в основе которого лежит идея мирового гражданства, ставящего интересы всего человечества в целом выше интересов отдельной нации или государства и рассматривающего человека как свободного жителя Земли.

Современный космополитизм (как СКМ, см. ниже) начинается не с политических деклараций, а с глубокого внутреннего переживания, которое мы определяем как Чувство Глобальной Сопричастности (ЧГС, SGI: Sense of Global Interconnectedness) [32, 33]. ЧГС — это осознание себя активным элементом человеческой цивилизации, связанным невидимыми нитями локальных и глобальных процессов с каждым человеком на планете. Это порождает чувство общей ответственности и экзистенциального («духовного») родства, преодолевающего традиционные границы. Зачастую это чувство возникает интуитивно, неосознанно, общественно-стихийно, вынужденно. Ульрих Бек описывал схожий феномен как «космополитизацию изнутри», когда общие транснациональные риски объективно формируют глобальную общность судьбы [2]. В итоге это чувство закономерно приводит к идеям гуманизма. ЧГС можно назвать «мироощущением» (первый уровень мировоззрения, см. раздел 5.1), с которого начинается современный универсализм (как СКМ, так и далее ГУМ).

На первоначальном уровне ЧГС как мироощущение кристаллизуется в Современное космополитическое мировоззрение (СКМ, MCW: Modern Cosmopolitan Worldview). СКМ — это система взглядов, согласно которой все люди принадлежат к единой глобальной общности; приоритет здесь отдаётся универсальным правам, солидарной ответственности за экологические и социальные риски и уважению культурного многообразия при стремлении к справедливому распределению благ и возможностей, «классовый анализ» после «классового анализа» [34].

Важнейший концептуальный сдвиг состоит в том, что СКМ переводит космополитизм из плоскости романтики или «недоидеологии» (уровня идеи, утопии) в плоскость объективного, описательного мировоззрения, космополитической социологии [34], и методологической применимости[5].

Отношение СКМ и ГУМ.

Если исторические корни ГУМ уходят в античный и просвещенческий универсализм, то его непосредственным концептуальным фундаментом является Современное космополитическое мировоззрение (СКМ). Однако ГУМ не останавливается на этом, а продолжает самостоятельный путь. Возникая как широкая надстройка, ГУМ инкапсулирует СКМ и начинает применять его в качестве строгой внутренней исследовательской методологии. Если СКМ задаёт оптику (видение мира без национальных шор), то ГУМ превращает эту оптику в прикладной инструмент познания и действия в условиях общества риска.

3.5 Разграничение: почему СКМ и ГУМ — это мировоззрение, а не идеология

Чтобы понять подлинную природу Современного космополитического мировоззрения (СКМ) и ГУМ, необходимо провести строгую демаркационную линию между мировоззрением и идеологией. Изначально термин «идеология», введённый Антуаном Дестютом де Траси [35], означал лишь объективную «науку об идеях». Однако исторически этот смысл деградировал. В современном понимании идеология — это политизированный инструмент («ложное сознание»), который всегда выражает частный, нормативно закрытый и порой телеологический взгляд. Идеология описывает не то, каков мир, а то, каким он должен быть по версии конкретной частной группы (частное — от слова часть), жёстко предписывая конечную цель. Она неизбежно ведёт к фрагментации, разделяя человечество на «своих» и «чужих» ради борьбы за власть, тем самым зеркально воспроизводя и эксплуатируя архаичные биодетерминистские паттерны человеческого поведения (Парадигму Борьбы).

Мировоззрение, напротив, значительно шире и глубже. Оно описывает целостную картину объективного мира и место человека в нём. Когда мы привязываемся к одной узкой идеологической программе, мы неизбежно сужаем перспективу, делая невозможным осмысление общечеловеческого единства. СКМ и ГУМ строятся не на политических лозунгах, а на философском и научном поиске универсальных смыслов в условиях реальных глобальных угроз. Как отмечал социолог Ульрих Бек, современный космополитизм — это сознание человека, открытого миру; это не отказ от локальных корней и не культурная унификация, а, напротив, способность вместить в себя всё многообразие, понимая «другого» как часть собственной судьбы.

Именно поэтому СКМ и ГУМ находятся эпистемологически «над» локальными культурами, религиями, этносами и политическими идеологиями. Они объединяют людей не по принципу конфронтации против общего врага, а на основе равноправного диалога и признания объективной действительности. Важно зафиксировать критический предохранитель: как только космополитизм застывает в одной исторической форме или становится инструментом элитарной политической борьбы — он вырождается в идеологию. А идеология всегда статична и ограничена. Истинное космополитическое мировоззрение — это оптика свободного человека эпохи глобальных рисков. Оно принципиально открыто для новых смыслов, адаптивно и направлено на солидарность во имя будущего всей планеты. Таким образом мы хотим показать, что политики используют нашу обезьянью природу («мы против них»), а СКМ и ГУМ с помощью исследований и практики пытаются этот «инстинкт» преодолеть.

Глобальное универсальное мировоззрение — это формирующееся в ходе исторического развития научно-теоретическое (мульти-меж-транс-дисциплинарное) и нравственно-практическое самосознание человечества как единого родового субъекта (как единого биологического вида, как гражданина Земли), возникающее посредством диалектической интериоризации внешних социальных антагонизмов (мы-они) во внутренние противоречия собственной отчужденной сущности (мы-мы/сами), чье становление знаменует собой преодоление идеологичности и переход от абстрактной всеобщности к конкретной, где объектом практического преобразования выступает не внешний «другой», а внутренняя несвобода и наследие «царства необходимости», что практически реализуется через культурное самопреодоление и творческий труд в подлинном свободном времени, обеспечивая окончательное совпадение сознания с бытием.

3.6 Противоречия космополитизма и преодоление догматизации

1). В свое историческое время космополитизм выступал как противопоставление партикуляризму.

Многие в такой «универсализации» видят «уравниловку», и сводят космополитизм к утопии, наравне с коммунизмом или идеями Жака Фреско.

Между идеями национализма и космополитизма существует напряжение: гетерогенные культуры непохожи друг на друга, и часть людей может отвергать «общий дом» из страха утратить свою идентичность. ГУМ осознаёт эти противоречия основ «античного» космополитизма (и типично-обывательского представления об универсализме) и стремится к гармонизации различий. Его задача — не унифицировать мир в единую культуру (чего многое боятся), а связать разнообразие общими рамками справедливости и солидарности. Важно, чтобы ГУМ не превратился в догму или в частную идеологию. ГУМ опирается не только на эволюционную биологию, но и на логику, например, на диалектическое мышление, предполагающее, что истина конкретна, но контекстуальна и всегда развивается, и позже, на синергетическое. В практическом смысле это означает культуру критического мышления: поощрение скептицизма, открытости новым идеям и постоянной готовности пересматривать концепции, использование научного метода [36] (каждое положение ГУМ рассматривается как гипотеза, пригодная для теста реальностью, а не как неизменный «набор истин»). Например, первоначальные биоцентрические догмы (человек — лишь зверь, в вульгарном материализме) могут трансформироваться идеей про то, что наша биология трансформируется нашей же культурой и практикой: запреты насилия и международные права — это ограничения «инстинктов» ради высших ценностей. Таким образом, ГУМ работает с «интеграцией противоположностей» (как предлагал Гегель, первый закон диалектики): оно включает в себя и уважение к различиям, и требование отказаться от насилия, и тем самым, расширяет подход к познанию работая как с редукционизмом так и с холизмом там, где это применимо [37][38]. ГУМ включает в себя познавательный, практически-образовательный и самоорганизационный компонент. Также, в ГУМ с философской стороны, приветствуется прагматичные подходы, выходящие за рамки картезианского дуализма [39]. Это все основные различия ГУМ с современным космополитическим мировоззрением, т. е. ГУМ отличается от СКМ компонентом необходимости познания и углубленного изучения мира и взаимосвязей человека с ним.

2). Семантическая неопределённость и стереотипизация понятия «космополитизм»

Этимологически термин «космополитизм» (от греч. κόσμος — мир/вселенная и πολίτης — гражданин) несёт в себе высокий пафос универсализма [40], однако в реальном политическом и обыденном дискурсе эта конструкция сталкивается с рядом когнитивных искажений.

Во‐первых, буквальное значение — «гражданин мира» — предполагает наличие у индивида рефлексивного опыта как глобального целого (космоса), так и институциональной политической сферы, что в массовом сознании встречается крайне редко. В результате понятие приобретает абстрактно-декларативный характер, утрачивая конкретное практическое содержание.

Во‐вторых, в публичном пространстве сложился устойчивый набор стереотипных трактовок, далёких от научного осмысления. Среди них:

·         сведение космополитизма к сугубо «буржуазному» явлению, якобы обслуживающему интересы транснациональных элит (критика, восходящая к марксистской традиции, но часто упрощённая до идеологического штампа);

·         отождествление космополитизма с формальным мультигражданством или институционализированным «кочевничеством», что игнорирует его философское ядро — этическую приверженность всеобщему человеческому сообществу;

·         курьёзная, но показательная путаница с одноимённым глянцевым журналом (Cosmopolitan), что свидетельствует о девальвации термина в массовой культуре.

Такие коннотации не только искажают историческое и теоретическое значение космополитизма, но и подменяют его концептуальный анализ эмоционально окрашенными ярлыками. Это создаёт серьёзные препятствия для объективного обсуждения как в академической среде, так и в публичной политике.

3). Теоретическая несостоятельность стоического космополитизма (логос-центричная модель)

Особого критического рассмотрения заслуживает стоическая версия космополитизма, которая обосновывает единство человеческого рода через причастность всех людей к единому универсальному Логосу — разумному началу, пронизывающему космос. Данная парадигма, разработанная Хрисиппом, Сенекой и Марком Аврелием [41], оказала значительное влияние на последующие концепции (включая кантовский проект вечного мира), однако её научная состоятельность вызывает серьёзные сомнения по нескольким параметрам.

·         Во‐первых, метафизический базис стоицизма не поддаётся эмпирической проверке. Утверждение о существовании имманентного разума, тождественного для всех людей, является постулатом натурфилософии, а не научно обоснованным фактом. Современная антропология, социология и политическая наука фиксируют глубокие культурно-исторические, ценностные и институциональные различия, которые не сводятся к единой рациональной субстанции.

·         Во‐вторых, стоический космополитизм не даёт ответа на вопрос об институциональной реализации «мирового гражданства». В отличие от политических доктрин, опирающихся на договорные теории (например, контрактуализм), стоицизм остаётся на уровне этической проповеди, не предлагая механизмов разрешения конфликтов, распределения власти или защиты прав в глобальном масштабе. Классик политической мысли Карл Шмитт в этом контексте справедливо отмечал, что любая универсалистская концепция неизбежно сталкивается с проблемой различения «друга» и «врага», которую космополис-логос не в состоянии разрешить.

·         В‐третьих, попытки секуляризовать стоический логос в духе неолиберального глобализма часто приводят к обратному эффекту — универсализм оборачивается инструментом культурного империализма, где за «всеобщими» ценностями скрываются конкретные интересы экономически доминирующих акторов. Это критиковали, например, представители франкфуртской школы [42] и постколониальные теоретики (Э. Саид, Д. Чакрабарти) [43] [44], указывая на то, что абстрактный логос маскирует реальное неравенство.

Таким образом, стоический космополитизм, при всей его философской привлекательности, оказывается ненаучным в том смысле, что его ключевые положения неверифицируемы, а практические импликации либо утопичны, либо редуцируются к идеологическому оправданию существующих властных структур. Его критика необходима не для отрицания идеи единства человечества как регулятивного принципа, а для очищения концепта от метафизического пафоса и приведения его в соответствие с реалиями плюралистичного мира. ГУМ же, заменяет стоический космополитизм на исследовательскую работу в рамках СКМ как методологии и междисциплинарный научно-философский консенсус.

3.7 Концепция латентной космополитизации

ГУМ различает два уровня проявления космополитизма как грани мировоззрения: латентная грань (неосознаваемый процесс) и активная форма (осознанный, как мировоззрение-процесс). Латентная космополитизация — это исторически сложившийся эффект-предшественник глобализации и процесс культурной диффузии: культура сильных народов приносит знания и технологии другим народам (как через насилие, так и через мягкую передачу опыта), и народы, культуры, постоянно перемешиваются сами по себе (миграция, торговля и прочие процессы культурной диффузии) [16]. Это не новая тенденция, а постоянная динамика культуры (например, открытие Японии в XIX веке, индустриализация, глобальные рынки). ГУМ подчёркивает, что ключевое различие между данных граней — осознание: современное космополитическое мировоззрение (точка пересечения с ГУМ) — это активное рефлексивное понимание нашей взаимосвязанности и уважение культурного многообразия. Благодаря такому пониманию мы признаём права меньшинств и стремимся к глобальной справедливости, а не просто переживаем культурные столкновения как неизбежность истории. Латентный же космополитизм описывает биологически-историческую основу, на которой ГУМ, как результат, и продолжение современного космополитического мировоззрения выстраивает осознанную этику взаимодействия.

Исторически-хронологический порядок таков:

Латентная космополитизация — Оформление идеи космополитизма — Современное космополитическое мировоззрение (космополитизация как активный процесс).

3.8 Перспективы развития

Будущее ГУМ связано с образованием и социальными институтами. Мы, современные космополиты, универсалисты и гуманисты, или «глобальные универсалисты» и прочие сторонники идеи, указываем, что ГУМ возникло не из воздуха, а как ответ человеческого разума на современные вызовы (например, Холокост, экологические бедствия или ядерные угрозы). Соответственно, оно укрепляется через обучение (ЮНЕСКО называет образование основой «глобального сознания») и через последующее правоприменение в той или иной форме (введение экологических прав, права меньшинств и т. д.). Конкретные механизмы включают формирование глобального, универсального гражданского образования (либо универсального базового образования даже там, где недоступна соответствующая инфраструктура), развитие международного этического органа и сетей солидарности. В перспективе возможны разные формы глобальной интеграции: от низовых децентрализованных ячеек «холонов» [45] как элементов сетей ризомы [46], действующих как единое целое, до более формальных мировых организаций, либо принципиально иные устойчивые и адаптивные архитектуры. Во всех случаях ГУМ должна оставаться импринтируемой — то есть внедряться через воспитание и практики, а не насаждаться силой, или другой элитарной формой принуждения. Иными словами, ГУМ — это не совсем аналог «векторной вакцины» [47] когда используется «оболочка» популярной концепции с подменой содержания, а естественный симбионт: он формирует внутри человека устойчивый союз экологического, космополитического и этического сознания именно через воспитание, как через бытовое мировоззрение. Такой навык нельзя просто взять и насильно внедрить, но его можно вырастить, если правильно организовать среду. Таким образом, ГУМ — это не просто программа или «эгоистичный ген» (Докинз) [48], а мировоззрение, которое смоделировано и оформлено в междисциплинарных работах, как организация среды для «самовоспитания» человеческой природы, которая учитывает наши когнитивные ограничения и использует их во благо. ГУМ — многоуровневое по сложности и глубине, и нам не нужно ждать пока оно станет бытовым мировоззрением само по себе, даже при наличии созданного по нему курсу или программе, массовая его форма лежит в плоскости уже бытового мировоззрения — и наша задача не только написать образовательную программу, но и смоделировать и импринтировать такое мировоззрение на бытовом уровне заранее, для более естественного «встраивания». Задача стоит лишь в проявлении его (банальный космополитизм, общество риска, ЧГС), а не полное моделирование с нуля.

Таким образом, глобальное универсальное мировоззрение — это динамичная, междисциплинарная система взглядов, объединяющая научные знания о человеке и обществе с гуманистическими ценностями. Оно возникло как ответ на стремление найти новый смысл, превозмочь конфликты и обеспечить выживание человечества вместе с сохранением разнообразия и достоинства каждого. В ядре ГУМ — (а ГУМ существует пока только нормативно в том или ином виде) идея о том, что люди, будучи разными по происхождению и культуре, всё же принадлежат к одному виду, и как бы «биодетерминистично» это ни звучало, ГУМ направлено на то, что только совместными усилиями на основе целостности и равномерного распределения (массовости) знаний, благ, эмпатии и справедливости можно построить жизнеспособное будущее. Да, на пути возможны множества противоречий, но все они решаемы (см. раздел 8 «Задачи и потребности ГУМ» ниже).

3.9 Научные и философские основания

На данный момент ГУМ строится на междисциплинарной синергии знаний из эволюционной биологии, социологии, психологии, логики, этики и философии истории. При этом когнитивный аппарат ГУМ не ограничивается таким междисциплинарным синтезом: он активно задействует мультидисциплинарную широту охвата и трансдисциплинарную (синергетическую) глубину, позволяющую интегрировать теорию с живым общественным опытом. ГУМ предвосхищает популяризацию синергетического мировоззрения (мультидисциплинарного, междисциплинарного, трансдициплинарного в связке, после философского, см. раздел «Эволюция человеческого мировоззрения, как «эволюционная» предпосылка для формирования ГУМ»).

Эволюционная биология объясняет эволюцию социальных свойств человека: генетическая и меметическая динамика [48] [24] сформировали в нас механизм отдавать предпочтение «своим» и кооперироваться в группе. Но вместе с тем появились и агрессивные «инстинкты» — национализм, ксенофобия и т. п. как внешние проявления «Парадигмы Борьбы». ГУМ учитывает это «двойственное наследие», как биодетерминистские аспекты нашей «природы человека», и стремится с помощью культуры и знания трансформировать природные проявления эгоизма и альтруизма в глобальное, обобщенное мышление (не только альтруистическое или только конкурентное, а именно как синтезированное понимание).

Небольшое, но важное примечание:

Классический вульгарный биодетерминизм (расистский или евгенический) страдает историцизмом, предписывая человеку или обществу фатальную генетическую судьбу, тогда как телеологический биодетерминизм (креационистский или виталистский) предполагает движение к заранее заданной цели, однако современный эволюционный дарвинизм (теория эволюции) не является ни тем, ни другим — он лишён как предопределённого плана (у природы его нет), так и неумолимых законов истории, поскольку гены задают не жёсткий приговор, а подвижную норму реакции, спектр предрасположенностей, реализуемых лишь во взаимодействии со средой и практической деятельностью; в глобальном универсальном мировоззрении под биодетерминизмом мы подразумеваем именно теорию эволюции, в частности связку кооперации-конкуренции (Парадигма Борьбы, см. раздел 2.1) как следствие такой животной природы, и именно это называем "природой человека".

Образование в ценностях ГУМ подчёркивает развитие глобального сознания, глобальной сопричастности: дети и взрослые учатся расширять круг эмпатии, понимать «другие» народы и среды через личный опыт, а также управлять страхом перед неизвестным и чуждым. ГУМ обращается к вопросам смысла и ценностей: оно внедряет в себя понимание, что универсальные ценности (ВДПЧ) [9] не противоречат культурному многообразию, а получают новое прочтение в глобальном контексте. ГУМ, с одной стороны, требует научного подхода, с другой — представляет собой динамический открытый проект, позволяющий прикоснутся к самой Вечности, миру идей (эйдос, Платон), как человек погружённый в мир чистой мысли и вечных истин (В.Межуев о Платоне) [15] [49], и свободный от догматической абсолютности, и с правом жить в истории и свободном времени (основные концепции В. Межуева).

Как было показано в разделах 3.5 и 2.1, ГУМ принципиально отделяет себя от политических идеологий. Инструментом, гарантирующим это разделение на практике, выступает строгая демаркационная линия на основе гильотины Юма — она подробно раскрыта в следующем разделе.

3.10 Прикладная социальная инженерия: демаркация науки, философии и политики

3.10.1 Схема и принцип: Гильотина Юма

Глобальное Универсальное Мировоззрение (ГУМ) опирается на научный фундамент [36], однако сталкивается с критическим вызовом: как использовать научные факты для прогресса, не превращая саму науку в новую тоталитарную идеологию (сайентизм или социал-дарвинизм).

Решение этой проблемы лежит в строгом соблюдении принципа «Гильотины Юма» [20], который гласит, что из дескриптивных утверждений (описание того, как мир устроен — «сущее») нельзя логически вывести нормативные утверждения (как мы должны поступать — «должное»). Если наука констатирует факт: «К Земле летит астероид, который уничтожит планету», из этого чисто математически или биологически не следует ничего, кроме столкновения двух тел. Вывод «мы должны сплотиться и построить защиту» не является научным фактом. Он становится возможным только при добавлении ценностной аксиомы: «человеческая жизнь имеет безусловную ценность».

Ангажированные идеологи и политики часто совершают скрытую логическую подмену, в философии это известно как натуралистическая ошибка: они берут «сущее» (данные биологии, климатологии, экономики), тайно упаковывают в него свои частные интересы и выдают это за «научно обоснованное должное» (например, «генетика доказывает, что наша нация должна править»). Учёные же, опасаясь обвинений в предвзятости, замыкаются в строгом описании фактов, оставляя этический вакуум, который немедленно заполняется властью.

Чтобы общество двигалось по пути прогресса, не превращая науку в догму, ГУМ выстраивает архитектуру социума не через слияние этих сфер, а через их прозрачный, динамический интерфейс:

Дескриптивная автономия науки (Сущее). Наука должна быть строго очищена от телеологии (конечных целей). Её задача — давать максимально точную, верифицируемую данность реальности (например, «такой уровень выбросов приведёт к повышению температуры на X градусов»), но она не диктует мораль.

Философский транслятор (Универсальное должное). Над-идеологическое мировоззрение (ГУМ) берёт данные науки и сопоставляет их с универсальными человеческими константами (выживание вида, минимизация страданий, свобода). Эти универсалии принимаются не как «доказанный научный факт», а как осознанный, отрефлексированный динамический, коммуникативный консенсус — единственная рациональная основа для долгосрочного существования системы.

Локальное администрирование (Логистика, но не Истина). Политические режимы лишаются права объявлять свои ценности «абсолютно научными». Политика в ГУМ сводится к администрированию и поиску оптимальных логистических решений в рамках заданных универсальных ценностей.

Таким образом, Гильотина Юма в рамках ГУМ работает не как глухая стена, просто запрещающая превращать факт в мораль, а как строгий пограничный контроль между наукой, философией и политикой. Защита общества от технократического тоталитаризма кроется в прозрачности швов: каждый раз, когда кто-то утверждает «из этого факта следует, что мы обязаны делать так», он должен открыто предъявить свою этическую декларацию, а не прятаться за авторитет «чистой науки» (политик перестает быть генератором смыслов и становится институциональным проектировщиком, реализующим ценности, выработанные в публичном философско-научном диалоге, конвенции; а ученый не «идеологизирует» науку, как например, часто бывает в наше время). Только через такую прозрачность возможно сохранить свободу рефлексии и над-идеологический статус мировоззрения.

3.10.2 Опасность подмены: наука, политика и демагогия

Научный подход требует рассматривать Парадигму Борьбы исключительно как древний адаптивный механизм, способствовавший выживанию изолированных групп в условиях ограниченных ресурсов. Особую опасность он представляет тогда, когда политики и идеологи совершают логическую подмену, описанную Юмом: они берут этот архаичный биологический инстинкт (сущее) и начинают пропагандировать его как этическую норму и священную традицию (должное). И даже неважно если эта «природа» исторически «меняется». Предположим (гипотетически) что она и меняется: но должное из этой «природы» производить идеологи все равно не прекращают.

Чтобы избежать нарушения принципа Юма, политика в системе ГУМ строго отделяется от морализаторства и генерации смыслов. Если политик начнет декларировать: «Человек по природе биологически склонен и к эгоизму, и к альтруизму, следовательно, мы обязаны строить общество именно так», он узурпирует роль философа и смешивает «сущее» с «должным».

Политика (Логистика, Прикладная социальная инженерия) берёт вводные от науки и философии (см. 3.10.1) и занимается исключительно проектированием структур. Она не учит людей тому, «как правильно жить», а выстраивает институциональный дизайн: реформирует систему распределения благ, проектирует образовательные среды, оптимизирует цепочки поставок и правовые рамки таким образом, чтобы минимизировать социальный стресс.

В рамках ГУМ политика лишается права формулировать нормативные, этические догмы. Она позиционируется как прикладная социальная инженерия (администрирование логистики), функционирующая на стыке, но сохраняющая четкие демаркационные границы. Либо, политика изначально должна состоять как система акторов или алгоритмов, исходящих из междисциплинарного консенсуса, но автоматизированная и верифицирующая соблюдение конвенциональных рамок.

Повторимся, политик в рамках ГУМ — это не идеолог, постулирующий человеческую природу, а администратор-проектировщик, управленческий исполнитель (которого можно чисто гипотетически автоматизировать). Он управляет ресурсами и средой так, чтобы вероятность проявления деструктивного эгоизма математически и экономически снижалась, а вероятность кооперации — росла. Демаркационная линия сохраняется: наука описывает реальность, практическая философия (философия истории, мировоззрение) задает этический вектор, а политика молча и прагматично прокладывает между ними рельсы.

3.10.3 Разрешение парадокса самоприменения

Исторически попытки преодолеть разрыв между «сущим» и «должным» предпринимались в рамках классической философии истории (например, в системах Г.В.Ф. Гегеля или К. Маркса). Эти мыслители пытались обнаружить моральный императив внутри самих исторических фактов, наделяя ход истории имманентным смыслом, направленностью и неизбежностью (телеологией). Однако именно такой подход — вывод «высшего должного» из «исторической необходимости» — неизбежно приводил к формированию тоталитарных идеологий, где объективный факт приравнивался к моральному оправданию любых жертв во имя «прогресса».

Так бы мы могли сказать, если бы только это не было вульгарной позицией (применительно к Марксу).

Гегель и Маркс действительно пытались преодолеть разрыв между сущим и должным. Гегель через формулу «Что разумно, то действительно; и что действительно, то разумно» [50], Маркс — через перенос гегелевской диалектики на материалистическую почву и поиск «повивальной бабки»[6] нового общества внутри старого (пролетариат как могильщик буржуазии) [51].

Для Гегеля это самопознание Абсолютного Духа, для Маркса — развитие производительных сил, ведущее к коммунизму как «подлинному началу истории». Это может показаться телеологией применительно к Марксу. Особенно с точки зрения критики Поппера. Маркс, по его мнению, страдает историцизмом. Но страдал им не сам Маркс, а более поздний и устоявшийся «марксизм», особенно в ленинской интерпретации.

ГУМ, конечно, категорически отвергает историцизм и телеологию, но Маркс сложнее и гуманистичнее. У Маркса, особенно раннего, «должное» — это не просто будущий факт, а реализация родовой сущности человека, снятие отчуждения. Коммунизм у него — это «реальный гуманизм». Поздний Маркс акцентирует объективные законы, но не для того, чтобы сказать «так будет, и это хорошо», а чтобы показать: если вы хотите реализовать ваши ценности (свобода, справедливость), то ваши действия должны основываться на научном понимании реальности, а не на утопических мечтаниях. «Тоталитарная практика» — это, скорее, вульгаризация и инструментализация марксизма, а не его прямое и неизбежное следствие. Хотя, безусловно, семена этого были заложены в самой претензии на обладание истиной о ходе истории.

Также хочется сказать, что это критика не всей «классической философии истории». Например, Иммануил Кант в своей «Идее всеобщей истории во всемирно-гражданском плане» тоже говорил о цели истории (вечный мир), но как о регулятивной идее разума и «плане природы», а не как о железном законе, оправдывающем настоящие жертвы. Кант не выводил моральный императив из истории; напротив, история оценивалась им с точки зрения морального прогресса.

В ГУМ история и эволюция лишены встроенной моральной цели (если рассматривать гильотину Юма как дисциплинарный разграничитель) — они представляют собой исключительно дескриптивный процесс (Сущее). Однако отсюда не следует, что ценности должны приниматься как совершенно произвольные, «внешние» аксиомы, оторванные от реальности. Необходимо учитывать тот факт, что на роль политики нами описанной выше мы назначили чисто функциональную роль исполнительного агента или алгоритма, но основанную на данных междисциплинарного консенсуса. А это значит, что разграничения справедливы только в рамках делегирования задач по дисциплинам, но конвенция как междисциплинарное всегда порождает нечто новое. Также стоит учесть, что именно философия истории как практическая философия, тоже междисциплинарная, и условно имеет два модуса: философский и научный.

Здесь может возникнуть закономерный вопрос: не нарушает ли само предложение ГУМ гильотину Юма, если нормативные цели кладутся в основу политических решений? Ведь если бы мы попытались вывести императив прямо из научных данных о дефиците ресурсов («У нас мало ресурсов, следовательно, мы обязаны выживать»), это было бы классическим смешением сущего и должного.

Ответ заключается в том, что практическая философия в системе ГУМ не выводит должное из эмпирических фактов логически. Она опирается на более фундаментальное основание — на самоочевидный для любого живого и рефлексирующего существа факт: жизнь стремится к продолжению и избеганию страданий. Этот факт не есть «научный» в смысле внешней объективации; это экзистенциальная данность нашего бытия-в-мире. Философия истории в ГУМ не дедуцирует норму из истории, а принимает в качестве аксиомы то, что уже составляет глубинную интенциональность нашего существования. Это сознательный ценностный выбор человечества перед лицом угрозы самоуничтожения — выбор, фундированный самой реальностью жизни, но не вытекающий из неё с логической необходимостью. Таким образом, гильотина Юма не нарушается, поскольку переход от «есть» (жизнь такова, что мы стремимся быть) к «должно» (мы должны действовать во имя продолжения жизни) осуществляется не как дедуктивный скачок, а как акт ответственного самополагания разумного субъекта.

Чтобы избежать недопонимания, необходимо чётко разграничить два типа переходов от «сущего» к «должному»:

А. Натуралистическая ошибка (запрещённый переход).

Когда из эмпирического факта (например, «человек эгоистичен по природе») делается нормативный вывод («следовательно, эгоизм — это морально оправданная норма»). Это нарушает гильотину Юма, потому что здесь дескриптивная посылка логически не имплицирует нормативное заключение — требуется скрытая ценностная аксиома.

Б. Экзистенциально-конститутивный переход (разрешённый, но не-дедуктивный).

Когда из факта нашего собственного бытия-в-мире (как конечных, исторических, рефлексирующих существ) мы не выводим норму, а обнаруживаем её как условие возможности самой нашей деятельности и самопонимания. Это не логический вывод (A → B), а трансцендентальное обоснование: норма не следует из факта, но факт не может быть осмыслен без уже подразумеваемой нормативности.

В философии истории это работает так:

История как дескриптивный процесс (цепь событий, каузальностей) не содержит в себе морального императива — это «сущее». Однако сам акт исторического действия (как субъектного, целеполагающего, ответственного) уже конституирован нормативностью: мы не можем действовать в истории, не полагая себя как существ, для которых имеет значение будущее, продолжение жизни, избегание страданий.

Это не «вывод» нормы из факта, а рефлексивное осознание того, что норма уже имплицитно содержится в структуре нашего практического бытия. Такой ход не нарушает гильотину Юма, потому что:

Он не утверждает, что «из факта X логически следует норма Y».

Он утверждает, что «быть субъектом истории — значит уже находиться в пространстве долженствования».

Этот подход близок к:

Кантовской регулятивной идее (вечный мир как идея разума, а не факт).

Феноменологической традиции (Хайдеггер: Dasein всегда уже есть бытие-в-мире, которое несёт в себе заботу и проект).

Теории конститутивности нормативности Кристин Корсгор (нормативность не выводится из фактов, а конституирует само агентство).

Таким образом, ГУМ не нарушает гильотину Юма, а локализует её границу: запрет действует на уровне логического вывода (дедукции), но не на уровне онтологического обоснования (экзистенциального схватывания). Философия истории в ГУМ работает именно во втором регистре — она не прорицает будущее и не выводит из прошлого мораль, а эксплицирует ту нормативность, которая уже неявно присутствует в самом акте исторического существования.

Стоит отметить, что предложенное решение не возникает в философском вакууме. Близкие по духу стратегии — обоснование нормативности через факт самой жизни, а не через её логическую дедукцию из неё, — развивались независимо в нескольких традициях. Филиппа Фут в работе Natural Goodness [52] показывает, как нормативная оценка («хорошее»/«плохое» для организма) может укореняться в самой форме жизни вида, не совершая при этом ни ошибки Юма, ни ошибки Мура — это, по сути, формальный аналог того ответа, который предлагает ГУМ. Ханс Йонас в Принципе ответственности [53] выводит этический императив прямо из факта существования жизни и угрозы её самоуничтожения («эвристика страха»), что почти буквально совпадает с ходом мысли ГУМ относительно угрозы самоуничтожения человечества. Кристин Корсгор в работе о конститутивности нормативности [54] предлагает близкую модель: нормативность не выводится из фактов, а конституирует сам статус действующего разумного субъекта. Сопоставление с этой линией не отменяет оригинальности позиции ГУМ, но укрепляет её и встраивает в существующий философский разговор, а не оставляет только нашим изолированным авторским решением.

Таким образом, философия истории как сердцевина практической философии в ГУМ становится не прорицателем, а нормативным синтезатором. Она честно признаёт: «должное» не вшито в логику истории как её запрограммированная цель (цели меняются). Но одновременно «должное» не является и произвольной фикцией — оно представляет собой наш осознанный, зрелый выбор, вырастающий из самого факта существования жизни[7], столкнувшейся с угрозой самоуничтожения. Это наш экзистенциальный проект перед лицом холодного и равнодушного «сущего». В этом проекте практическая философия формулирует ценности, наука предоставляет максимально честные данные о реальности, а политика (как институциональная логистика) выстраивает мост между нашим ценностным выбором и объективными условиями среды.

Именно эту опасность телеологического мышления иллюстрирует и эволюция классической философии истории:

Классическая философия истории в её гегельянско-марксистском изводе, стремясь преодолеть гильотину Юма путём телеологического встраивания морального императива в якобы объективный ход истории, действительно создала предпосылки для легитимации тоталитарных практик через отождествление исторической необходимости с моральным долженствованием; однако деконструкция этой парадигмы требует не отказа от исторического материализма как такового, а его радикальной десубстанциализации — перехода от поиска имманентного смысла истории к анализу истории как контингентной эволюции институциональных систем, в которых материальные условия, биологические ограничения и коллективные действия агентов порождают исторически специфичные, подверженные смене в точках бифуркации паттерны (каузальные механизмы, зависимости от пройденного пути, циклические воспроизводства структур), что переводит исследовательский фокус с пророческой телеологии на сравнительный институциональный анализ общественно-практической деятельности в конкретных средах, а этику — с апологии «прогресса» на рефлексивную ответственность за формирование открытых, способных к самокоррекции социальных институтов.

ГУМ наследует десубстанциализированному материализму, свободному от телеологии, и именно поэтому способен строить прогнозы и институциональный дизайн без моральной апологии прогресса.

3.10.4 Антропологическое основание: человек как «факто-долженствующее» существо

Предложенная выше демаркационная схема (разделы 3.10.1–3.10.3) будет казаться формальным ухищрением до тех пор, пока мы не ответим на вопрос: почему вообще возможно говорить о «должном» в контексте «сущего», не впадая в натуралистическую ошибку?

Ответ лежит не в логике высказываний, а в онтологии самого субъекта. Человеческое действие в мире всегда уже есть неразрывное единство материального и идеального, сущего и должного. Мы не просто действуем, а действуем-мысля; не просто мыслим, а мыслим-действуя. Следовательно, человек есть факто-долженствующее существо (homo facto-obligatus): его бытие-в-мире изначально пронизано долженствованием, вырастающим из самой логики предметной деятельности (целеполагание, выбор средств, учёт последствий), но никогда не сводимым к наличному положению дел.

Это означает, что гильотина Юма, будучи абсолютно справедливым запретом на дедуктивный вывод норм из фактов, не распространяется на рефлексивное обнаружение нормативности в структуре самого действия. Когда мы утверждаем: «Человек должен заботиться о будущем», мы не выводим это из биологии, и не принимаем это как внешнюю догму. Мы эксплицируем то, что уже неявно содержится в любом осмысленном поступке: полагание цели, ответственность за траекторию движения, различение лучшего и худшего исхода.

Таким образом, философия истории в ГУМ не пытается заменить науку или подменить политику. Она выполняет уникальную функцию: она делает явным то долженствование, которое уже имплицитно присутствует в самом факте нашего исторического существования. Это не нарушение гильотины Юма, а её локализация и преодоление на антропологическом уровне: запрет остаётся в силе для плоских логических конструкций, но снимается для целостного описания человека как существа, которое не может действовать, не полагая себя ответственным.

Более расширенное объяснение этих последних двух подразделов читайте в статье «Глобальное универсальное мировоззрение (ГУМ) как методология познания и действия в условиях общества риска» // МКГУ Cosmopolis, Henri Obscur, Max Gael Martin. Версия 0.1 (26.06.2026)», приложение к принципу 20 [55].

Часть II. Структура мировоззрения

4. Эволюция человеческого мировоззрения, как «эволюционная» предпосылка для формирования ГУМ

Представленные ниже типы мировоззрения[8] необязательно следуют друг за другом строго линейно. Они сосуществуют и развиваются параллельно и необязательно в таком порядке.

1.         Мифологическое мировоззрение. На самых ранних стадиях развития общества формируется первый исторический тип — мифологическое мировоззрение, содержащее в своей основе миф (в пер. с греч. — предание, сказание) — вымышленный рассказ, плод народной фантазии. Мифология — универсальная, образно-символическая форма постижения и объяснения мира [56].

2.         Религиозное мировоззрение, как и мифология, является попыткой рационализации непостижимого, но отличается от мифологии верой в существование надприродных, сверхъестественных сил и их главенствующей роли в мироздании и жизни людей. В мифе человек не выделяет себя из природы, боги живут в естественном мире, общаются с людьми, а в религиях уже наблюдается деление мира на вещественный и потусторонний, чувственный и сверхчувственный. Ещё одно отличие религии от мифологии — в появлении внешней формы проявления религиозной веры — культа, как системы утвердившихся ритуалов, обрядов, догматов.

3.         Философское мировоззрение. Становление и развитие познания, качественные изменения в деятельности людей, окружающей действительности обусловили формирование третьего исторического типа мировоззрения — философского, которое отличается от мифологии и религии ориентацией на рациональное объяснение мира. На смену образу и символу приходит логос — разум. Философия (в пер. с лат. — любовь к мудрости) — теоретически сформулированное мировоззрение, система самых общих теоретических взглядов на мир, место человека в нём, это особый способ познания мира, опирающийся на достижения наук о природе, обществе, обладающее определённой мерой логической доказательности [57].

4.         Современное синергетическое мировоззрение. Современное же, синергетическое мировоззрение [58] является гармонией между философией и наукой, системным мышлением, теорией самоорганизации [6], глобальным гуманистическим подходом, мультидисциплинарностью и меж (транс)дисциплинарностью. Синергетика здесь — конкретный вектор развития, в то время как синергией обозначается более общий смысл гармонии взаимодополнения науки и философии. В вульгарном понимании наука воспринимается лишь как придаток, «дочь философии», и видится как следующий за философией этап познания, как бы отбрасывая «мать» в тень. Но в то же время нормативный статус «последнего в списке» мировоззрения остается исключительно за философией.

В силу постепенного отделения и укрепления научного мировоззрения [59] или сообщества формирующую Научную Картину Мира, а также их некоторых смелых и спекулятивных попыток противопоставления научного мировоззрения философскому, можно было бы выделить за ним новый исторический этап (очень сильно тем самым пренебрегая многим), при условии проведения условной демаркационной линии между дисциплинами, оставляя философии пространство вечных идей, а науке — роль прагматичного инструмента познания. Только признав их границу и автономию, мы можем говорить о подлинной синергии (не путать со смешением или эклектикой). Однако даже такая демаркация неизбежно останется внутренним вопросом самой философии, т. е. линия эта, так или иначе будет проведена внутри философии. Наука, являясь объективным и беспристрастным инструментом, для того, чтобы получить признание в качестве всеобщего мировоззрения, требует высокого уровня образовательной подготовки общества и формирования соответствующих когнитивных установок на протяжении нескольких поколений. Очевидно, что эти условные противоположности не существуют изолированно, а взаимно дополняют и обращаются друг к другу как неотъемлемые свойства человеческого познания и мышления. Они уже существуют: как научное, так и синергетическое мировоззрение (академически). Первое безусловно существует в той, или иной форме как в умах учёного сообщества, так и среди людей, пользующихся научным методом, но оно также неразрывно со вторым. Следовательно, новый «эволюционный», «качественный» этап было бы целесообразно и необходимо охарактеризовать не как научный и следующий за философией, позитивный, а как проявлено-эпистемологический, (в примирительном контексте) синергетический, отражающий интеграцию и взаимное обогащение философского и научного подходов.

В современной академической среде представление о «научном мировоззрении» как стадии, закономерно сменяющей философское, признаётся не научным фактом, а устаревшей спекулятивной схемой, восходящей к позитивизму Огюста Конта [60]. Эта телеологичная лестница была вытеснена пониманием того, что наука и философия работают в разных регистрах, а тезис сциентизма (наука — единственный источник знания) не может быть верифицирован научным методом и потому является внутренне противоречивой метафизической позицией [61] [62] [63]. Считать науку вершиной, которая сделала философию ненужной, в академической философии сейчас неприемлемо. Это рассматривается как категориальная ошибка и отказ от критического мышления.

Прежде чем переходить к структуре ГУМ на уровне отдельного человека, полезно явно развести три разные оптики, в которых ниже последовательно рассматривается понятие «мировоззрение»: историческую (типы мировоззрения, сменявшие друг друга в истории человечества — раздел 4, выше), онтогенетическую (уровни, через которые мировоззрение формируется в отдельном человеке — раздел 5) и синхронную/структурную (анатомия любого уже сформированного мировоззрения — раздел 6). Эти три оптики не дублируют, а взаимно дополняют друг друга — историческая отвечает на вопрос «откуда мы пришли», онтогенетическая — «как это происходит с человеком», структурная — «из чего это состоит сейчас». Условное соответствие между онтогенетическими уровнями и структурными компонентами:

Это соответствие не означает тождества: уровни восхождения описывают становление мировоззрения во времени, тогда как структурные компоненты описывают его устройство в любой произвольный момент.

5. Уровни восхождения по ГУМ для обычного человека

5.1 Мироощущение

·         Эмоционально-чувственное впечатление об окружающем, начальный «импринтинг» ценностей. Самые базовые и простые принципы. Мироощущение ГУМ здесь, как и в современном космополитическом мировоззрении начинается с Чувства Глобальной Сопричастности.

Уровень восхождения

(раздел 5)

Соответствующий структурный компонент

(раздел 6)

Мироощущение

Эмоционально-чувственный и волевой компонент

Мировосприятие

Практический + отчасти познавательный компонент

Миропонимание

Познавательный + ценностно-нормативный компонент

·         Эволюционно-психологический дуализм сотрудничества и соперничества, превращая «кооперацию-конкуренцию» в глобальную союзную логику, расширяя круг эмпатии «от племени до человеческой экосистемы в биосфере».

·         Единство в многообразии. Мы — один биологический вид, и да, с уникальными культурами, что было обусловлено нашими возможностями в разные исторические времена и выходящей отсюда изолированности и средовой обособленности. Как отмечал Ульрих Бек, космополитизм XXI века — это диалог, где различия обогащают, а не разделяют [34]. Также, можно сказать, что это первый уровень ГУМ, который приемлемо назвать современным космополитическим мировоззрением. Либо можно сказать так: современное космополитическое мировоззрение так или иначе, приведёт к ГУМ, потому что требует междисциплинарности (а это больше чем «κόσμος» и «πολιτική»). Мироощущение формирует понимание «Разностно-Общего».

Образное отражение мира через призму субъективных ощущений; формирование симпатии или антипатии к «другим».

5.2 Мировосприятие

·         Понимание социокультурной синергии: от скрытой латентной космополитизации (исторический обмен через миграции, торговлю и культурную диффузию) мы движемся к осознанному глобальному сознанию, через чувство сопричастности, основанное на диалоге культур.

·         Понимание необходимости в междисциплинарности [64] [65]. Решение глобальных проблем требует синтеза наук и философских векторов развития познания, и жизни в истории (например, развитие новой общей теории познания). Этика, экология, технологии — всё взаимосвязано. Современная этика, метаэтика уже стали «прикладной междисциплинарной практикой», объединяющей философию, социологию и множество других современных наук [66] [67]. Здесь, на этом уровне, космополитическое мировоззрение устремляется к более универсалистскому видению мира. Это более подробный слой ГУМ, для энтузиастов с более высоким уровнем вовлечения.

5.3 Миропонимание

·         Понимание в необходимости интеллектуальной интеграции (импринтинг) образов об устойчивой картине мира; включение междисциплинарных и этических знаний естественно-практическим путём.

·         Синергетическая гибкость: ГУМ не догма, а проверяемая междисциплинарная дисциплина, адаптирующаяся через научный подход (редукционизм, научный метод, практическая философия), философский рационализм, диалектическое мышление (холизм) и синергию дисциплин, синергетику, и сохраняя открытость новому опыту.

·         Глобальная ответственность за планету. Мы часть Земли, мы часть биосферы (и другой у нас нет), и пусть на многое мы не способны повлиять, мы можем попытаться исправить тот ущерб, который уже нанесли за последние 100 лет. Мы можем остановить экоцид и загрязнение, мы можем сделать наш дом (всю планету, не только биосферу) более пригодной для жизни и не допустить наше вымирание [68]. Мы — высокосоциальные существа, но наше преимущество не в том, что мы — «венец творения», а в нашей способности оперировать большими объёмами информации (и как во благо, так и во вред). Наше преимущество — это скорее наши способности в рамках вида и в рамках биосферы, и это наделяет нас не только самими преимуществами, но и ответственностью перед всей экосистемой [69]. Здесь, мы обретаем более системное и более полное понимание глобального универсального мировоззрения. Глубокий уровень вовлечённости, работа со всеми аспектами ГУМ.

6. Структурные компоненты мировоззрения

Если описанные выше «Уровни восхождения» отражают динамику формирования ГУМ в сознании человека (от эмоции к интеллекту), то в статичной анатомии уже сформированного мировоззрения можно выделить четыре структурных компонента:

1.            Познавательный компонент. Базируется на обобщенных знаниях и представляет собой целостную картину мира, обобщающую результаты индивидуального и общественного познания. В знаниях представлены важнейшие универсалии или категории культуры, формирующие целостный образ реальности (время, закон, судьба, гармония, благо и др.). Благодаря наличию в структуре мировоззрения знаний, всякое мировоззрение реализует функции миропонимания и интерпретации смыслообразующих связей и отношений реальности. Для М. Хайдеггера мировоззрение связано с наукой, с образованием «картины мира» — «конструктом опредмечивающего представления». Наука, и свою очередь, связана с особым типом мышления — калькулирующим. Тогда как философия опирается на осмысляющее мышление [70].

2.         Ценностно-нормативный компонент. Включает в себя ценности, идеалы, убеждения, верования, нормы и т. д. Ценности в мировоззрении выполняют нормативно-регулирующие функции. Одно из главных назначений мировоззрения состоит не только в том, чтобы человек опирался на знания, но и в том, чтобы он мог руководствоваться определёнными общественными регуляторами. Ценность — это то, что обладает положительной социальной значимостью для людей. В систему ценностей человека входят представления о добре и зле, счастье, цели и смысле жизни. Ценности выступают в виде идеалов как образов желаемого будущего (абсолютные ценности) и норм как образов должного, регулирующих повседневную жизнь (моральные, религиозные, правовые и т. д. нормы).

3.         Практический компонент. Мировоззрение — это не просто обобщение знаний, ценности, убеждения, установки, а реальная готовность человека к определённому типу поведения в конкретных обстоятельствах. Без практической составляющей — умений, навыков, программ деятельности — мировоззрение носило бы крайне отвлечённый характер. Здесь необходимо сформулировать базовые и простые принципы жизни (ценности) в ГУМ, для массового употребления как для самого простого бытового уровня, для самого простого понимания мировоззрения и ориентировании в познании.

4.         Эмоционально-чувственный и волевой компонент, который в структуре мировоззрения определяет личностно-субъективный фон восприятия человеком окружающей действительности и своего места в социальном и природном мире. Эмоции и чувства придают мировоззрению характер мироощущения, наполняют его личностным смыслом и значением. Для реализации знаний, ценностей, программ деятельности в практических поступках необходима чувственно-эмоциональная их окраска. Только это обеспечит их волевое освоение, превращение в личные взгляды, убеждения, верования, а также приведёт к выработке определённой установки на готовность поступать в соответствии с ними.

Все эти компоненты ГУМ требуют дальнейшего исследования и углубления, для более целостного понимания работы с ними. Эти и другие исследования в рамках ГУМ будут прописаны в рамках экосистемы глобальных универсалистов как исследовательские статьи (далее именуемые в подзаголовках как «Пересмотр»).

7. Источники с формированием мировоззрения. Источники импринтинга

1.                Низовое, децентрализованное сообщество (семья, локальные низовые инициативы, так называемые «ойкосы»[9]) — первичные ценностные установки, импринтинг через естественное осуществление потребностей, с заботой о локальных экосистемах.

2.                Широкая сеть сообществ (Полисы как сети ойкосов, инициативные сети, на основе локальной кооперации, так и основанные на базовых универсальных образовательных программах как в классическом формате образования, так и подачу через СМИ, НКО, блоги и прочие инициативы) — распространение ГУМ через программы мирного образования.

3.                Государственные или прочие экспериментальные институты управления или образовательные, аналитические инициативы в рамках децентрализованных низовых сетей, как коллоквиумы (управленческие или исследовательские инициативы, законы, международное право, консенсус, конвенции) — закрепление ГУМ в правоприменении (ВДПЧ, подобные инициативы, экологические соглашения и т. п.).

Часть III. Задачи и потребности ГУМ

8. Задачи и потребности ГУМ

Прежде чем переходить к конкретным направлениям ниже, важно зафиксировать их статус: перечисленные далее направления (ресурсно-ориентированная экономика, биоэтика, полицентрическое управление и др.) — не догма и не закрытый список ГУМ, а текущий, открытый к пересмотру набор институциональных гипотез о том, какие решения наилучшим образом следуют из принятых в разделах 3.10 ценностных аксиом при сегодняшнем уровне знания. Этот список подлежит ровно тому же критерию проверки реальностью и пересмотру через коллоквиумы (раздел 7), что и любое другое положение ГУМ — в противном случае сама ГУМ рисковала бы незаметно превратиться в ту самую идеологию, от которой она методологически отгораживается (раздел 3.5).

Все задачи и важные потребности людей, живущих в ценностях ГУМ и взаимодействующих друг с другом в рамках экосистем ГУМ, должны требовать участия или привлекать экспертов в своей области к участию в междисциплинарных коллоквиумах (в образовательных, аналитических инициативах в рамках децентрализованной низовой сети), собраниях, советах, для их решения. То есть основным способом решения задач и потребностей ГУМ является прямое участие экспертов как из научного сообщества, так и из философского, как среди экспертов, так и среди людей, прошедших подготовку в рамках курса (ов) по ГУМ. (Да, по ГУМ необходимо разработать простой и базовый, универсальный образовательный курс, или по уровням глубины).

По ГУМ необходимо проработать более подробно «основные компоненты структуры» (см. раздел 6), для всех уровней.

ГУМ подразумевает вынужденный пересмотр всех имеющихся институциональных форм, образования, политики, экономики, всего, что касается деятельности человека, его природы и мироустройства. Это открытый процесс, в котором могут принять участие специалисты из разных областей (глубокий уровень), а также все остальные заинтересованные люди (массовый, бытовой уровень). Это необходимо для сохранения нас как вида, и сохранения остальных экосистем. Поощряется использование любых рабочих методов в пересмотре, любых полезных методологий.

Глобальное Универсальное Мировоззрение (ГУМ) — это вызов, создание среды для самопознания и саморазвития, основанной на научно-философском понимании фундаментальных законов природы человека и его среды, где:

Цель — не навязать готовую систему верований или определённых конкретных установок, а сформировать внутреннюю мотивацию к исследованию мира и себя, которые естественным образом приведут к пониманию важности синергии науки и философии.

Метод — погружение в компоненты реальности (наука, философия, логика) через интерактивные опыты, проекты и диалог, а не через догмы и авторитеты.

Принцип — все идеологии и взгляды сводятся к одному критерию: способствуют ли они глубокому пониманию и проверяются научно, философски и логически.

Роль «мема» — мы не отвергаем вирусные механизмы распространения идей, но способствуем мотивации любознательности.

Реализация — через образовательную экосистему, где каждый человек (родитель, учитель, коллега) выступает проводником импульса к познанию, а не идеологической дозы или «кнута».

Задача ГУМ — создать динамичную экосистему мышления, которая взрастит навык задавать вопросы и проверять ответы, делая процесс познания естественным и интуитивным, а также, позволит импринтировать в людей необходимые знания естественным, практическим путём.

ГУМ объединяет все типы человеческого познания, будь то философия, религия, логика или наука. Всё это — эволюция нашего познания.

Тезисы, заложенные в концепции ГУМ, подтверждаются современными исследованиями в области эволюционной биологии, социологии, философии, и правах человека.

·         Низовая самоорганизация — создание децентрализованных сетей как инициатив в рамках деятельности и задач ГУМ.

·         Образование — создание бесплатного, доступного глобального образования (программы, курса), начиная с универсальной базовой программы, которую разрабатывает ЮНЕСКО [71], но трансформированной в соответствии с ценностями ГУМ, которая закрепляется на наднациональном уровне как необходимый минимум, с общей теорией познания, развитием критического мышления и т. д.). Это требует как локальной, так и международной огласки.

·         Биоэтика — мотивация для популяризации, популяризация разработки этических стандартов для продления жизни, ЭКО, генетического редактирования и нейротехнологий с индивидуализацией поддержки и без дискриминационных шкал оценки. Формирование институтов по изучению улучшения человека как вида. Фокус на осознание биодетерминизма и на улучшение себя и выход из биодетерминизма настолько, насколько это возможно, но без усиления неравенства [72].

·         Ресурсно-ориентированная экономика — популяризация рационального использования ресурсов, популяризация научных инноваций в разработку экономических систем поддерживающих ЦУР. Общее финансирование НИОКР, как на национальном, так и на международном уровне. Учёт экологических и социальных издержек, радикальное перераспределение благ и новые индикаторы благополучия.

·         Экология — климатическая ответственность, восстановление экосистем, минимизация ущерба от климатических катастроф, сохранение биоразнообразия и устойчивое сельское хозяйство.

·         Полицентрическое глобальное/локальное управление — формирование многоуровневой системы управления безопасностью, ядерным разоружением и транснациональными рисками (пандемии, климат, киберугрозы). ГУМ категорически отвергает утопию жесткого, иерархичного «мирового правительства». ГУМ должна быть воплощением самоорганизации и самообразования преимущественно с низов, но институциональная форма не отрицается. ГУМ должно быть интеллектуальным, социальным, универсально-гражданским ответом на политику, превышающую полномочия элитаризма, этатизма как искажающих сам термин «политика» и его содержание как «социальное управление». ГУМ рассматривает синтезированное понимание политики в рамках «пересмотра» — (синтез) понимание явления природы политики, в особенности через призму биологии поведения человека и синергии науки и философии. Но вопросы прогрессивного политического устройства остаются вопросом и задачей дальнейших исследований в рамках пересмотра. Опираясь на институциональный дизайн и теорию коллективного действия (в духе Э. Остром) [73], ГУМ постулирует необходимость полицентрического (или иного принципиально нового способа) управления. Это воплощение самоорганизации «снизу» (через коммуны, децентрализованные сети и гражданские ассамблеи), которое дополняет, а при необходимости корректирует государственные институты. ГУМ рассматривает такое управление как синтезированное понимание явления природы политики, свободное от искажений авторитаризма и элитаризма.

·         Пост-национальный консенсус (по Ю. Хабермасу). Одной из ключевых целей ГУМ является практическая реализация идей Юргена Хабермаса о «пост-национальной констелляции» [74]. В условиях, когда национальные государства теряют монополию на решение глобальных проблем, ГУМ стремится к формированию транснациональной солидарности. Космополитизм в этом ключе понимается не как стирание культур, а как создание процедурных условий для коммуникативного консенсуса. Это означает построение таких институциональных и дискурсивных площадок, где представители разных культур подчиняются не силе оружия или капитала, а исключительно «принуждению лучшего аргумента», вырабатывая общие правила общежития в обществе риска.

Синтез: каждый из перечисленных элементов взаимодополняет другой. Образование формирует носителей ГУМ; теория познания даёт методологию; биоэтика направляет технологии; экономика обеспечивает справедливость; экология — физическую основу выживания; «коллективный мозг» [23] — аккумуляцию опыта[10]; управление — институциональную платформу, которая может быть как централизованной, так и децентрализованной, здесь — поле дискурса.

ГУМ как мировоззрение в рамках «течений», «движений», современных космополитов, универсалистов, гуманистов, глобальных универсалистов или просто людей как жителей планеты, не желающих по каким-то причинам быть причисленными к тому или иному течению, которые хотят объединить мир и жить в гармонии — необязательно официально регистрировать децентрализованные сети как организацию, потому что это наше неотчуждаемое право и даже биологическая потребность, как следствие эволюции — познавать свою суть, право на образование и самовыражение (ВДПЧ). Самое важное что необходимо понимать, это в первую очередь низовое и интеллектуальное, кооперативное комьюнити. А для этого права нам не нужно чьё-либо одобрение.

9. Практическое применение: ГУМ как методология познания и действия

Мировоззрение, не подкреплённое строгим аналитическим и институциональным аппаратом, рискует остаться абстрактной декларацией. Поэтому закономерным развитием концепции ГУМ является её перевод из описательного формата в практический — в форму прикладной исследовательской методологии.

В работе «Глобальное универсальное мировоззрение (ГУМ) как методология познания и действия в условиях общества риска. МКГУ Cosmopolis, Henri Obscur, Max Gael Martin. Версия 0.1 (26.06.2026)» [55] ГУМ структурируется как операциональная система. Она включает в себя архитектуру из 20 методологических принципов (включая кибернетическую модель жизнеспособной системы VSM, теорию хаоса, диалектический монизм и партисипаторный форсайт). Методология ГУМ разграничивает применение теорий по четырём уровням: онтологическому, нормативному, эпистемологическому и практическому, избегая риска эклектики. Если базовая концепция ГУМ (описанная в данной статье) отвечает на вопросы «Что это такое?» и «Ради чего мы действуем?», то ГУМ как методология даёт инструментальный ответ на вопрос «Как именно исследовать мир и управлять изменениями в условиях глобальной неопределённости?».

Список литературы

1. Allen F. Repko, Rick Szostak, "Interdisciplinary Research". — SAGE Publications (2017), Inc, Part I About Interdisciplinary Studies and Disciplines. — 62;

2. Бек Ульрих. Космополитическое мировоззрение. Издательство. — Центр исследований постиндустриального общества, 2008;

3. Биологический детерминизм: de Melo-Martín, Inmaculada (2002) When is Biology Destiny? Biological Determinism and Social Responsibility. [Preprint]; Sociobiology: The New Synthesis, Altruism // International Encyclopedia Of The Social & Behavioral Sciences — Vol. A-B

4. «Верхум», Георгий Васильев // Издательство CORPUS (ООО «Издательство АСТ»), 2026

5. Инициатива снизу (grassroots politics): Encyclopedia of American Government and Civics // Michael A. Genovese and Lori Cox Han

6. Яркова, Е. Н. Механизмы самоорганизации общества и культуры: от прошлого к будущему. ГЛАВА XV. — Тюмень: Издательство Тюменского государственного университета, 2012;

7. Carlo Rovelli. Physics Needs Philosophy. Philosophy Needs Physics. –Springer Science+Business Media, LLC, part of Springer Nature (2018);

8. Омельянович, Л. А. Глобализация: взаимосвязи и взаимозависимости / Л. А. Омельянович, Г. Е. Долматова // Экономика, предпринимательство и право. — 2016. — Т. 6, № 4. — С. 331-340. — DOI 10.18334/epp.6.4.36843

9. Всеобщая декларация прав человека (ВДПЧ): https://www.un.org/ru/documents/decl_conv/declarations/declhr.shtml

10. А. В. Марков. Эволюция кооперации и альтруизма: от бактерий до человека. Расширенная версия доклада Александра Маркова на IV Международной конференции «Биология: от молекулы до биосферы» 15 января 2009 г., Харьков.

11. Martin A. Nowak, Five Rules for the Evolution of Cooperation. — Science 314, 1560 (2006);

12. Елена Викторовна Викторова. Социальный импринтинг и импрессинг как объекты социально-гуманитарного познания (теоретико-методологические основания и перспективные направления). — Научная статья УДК 304.2 https://doi.org/10.24158/fik.2024.8.4 — Пензенский государственный университет, Пенза, Россия (2024).

13. Cosmopolitanism in Stoic philosophy: https://www.britannica.com/topic/cosmopolitanismphilosophy

14. Cosmopolitanism // Stanford Encyclopedia of Philosophy. First published Sat Feb 23, 2002; substantive revision Thu Oct 17, 2019 https://plato.stanford.edu/entries/cosmopolitanism/

15. Межуев В. М. Свобода как культурная ценность. Вестник ВГИК. 2011; 3(4(10)): 74-81.

16. Культурная диффузия: Культурология. XX век. Энциклопедия. Т.1. — СПб.: Университетская книга; OOO «Алетейя», 1998

17. Two Key Steps in the Evolution of Human Cooperation. The Interdependence Hypothesis. Michael Tomasello, Alicia P. Melis, Claudio Tennie, Emily Wyman, and Esther Herrmann https://www.journals.uchicago.edu/doi/10.1086/668207

18. Sapolsky, R. M. (2017). Behave: The Biology of Humans at Our Best and Worst. Penguin Press.

19. Metaethics: HARRY J. GENSLER, Moral Philosophy // Routledge Contemporary Readings in Philosophy, Ethics: Contemporary Readings

20. Hume, D. (1739). A Treatise of Human Nature.

21. Moore, G. E. (1903). Principia Ethica. Cambridge University Press.

22. Принцип конкурентного исключения: The Competitive Exclusion Principle // Garrett Hardin // Science, New Series, Vol. 131, No. 3409 (Apr. 29, 1960), pp. 1292-1297; Gause, G. F. (1934). The Struggle for Existence. Baltimore: Williams & Wilkins.

23. Henrich, J. (2015). The Secret of Our Success: How Culture Is Driving Human Evolution. Princeton University Press.

24. Cooperation and Competition. Were Primary Driving Forces for Biological Evolution https://pubmed.ncbi.nlm.nih.gov/39999802/

25. Stephen Battersby. News Feature: Can humankind escape the tragedy of the commons? — Grassroots Guidance. https://pmc.ncbi.nlm.nih.gov/articles/PMC5224396/

26. Science and Creationism: A View from the National Academy of Sciences. — National Academy of Sciences (US) Washington (DC): National Academies Press (US); 1999.

27. Held, D. Cosmopolitanism: Ideals and Realities (2010), Preface;

28. Edwards, M. Civil Society. — This third edition by Polity Press (2014);

29. Телеология: «Новая философская энциклопедия»: в 4 т. — М.: Мысль, 2010.

30. Теология: Новая философская энциклопедия (в 4 т., М.: Мысль, 2010).

31. Общечеловеческие ценности: «Этика: Энциклопедический словарь» / Под ред. Р. Г. Апресяна и А. А. Гусейнова. — М.: Гардарики, 2001; Глобалистика: Энциклопедия. — М.: Радуга, 2003.

32. Global Interconnectedness // Sustainability Directory (14.11.25) https://sustainabilitydirectory.com/term/global-interconnectedness (см. также [33])

33. Reysen, S., & Katzarska-Miller, I. (2013). A model of global citizenship: Antecedents and outcomes. International Journal of Psychology, 48(5), 858–870.

34. Бек У. Космополитическое общество и его враги.

35. Идеология // Новая философская энциклопедия: В 4 т. / Ин-т философии РАН. — М.: Мысль, 2010; Antoine Destutt de Tracy // Élémens d’idéologie, 1801–1815

36. Научный метод: Stanford Encyclopedia of Philosophy // «Scientific Method»

37. Редукционизм: Новая философская энциклопедия (в 4 т., М.: Мысль, 2010).

38. Холизм: Holism and Nonseparability in Physics // Stanford Encyclopedia of Philosophy

39. Картезианство: Новая философская энциклопедия (в 4 томах, 2001) КАРТЕЗИАНСТВО

40. Дальмайр Ф. «Космополитизм: в поисках космоса». // Полис. Политические исследования. 2012. № 5. С. 59–76.

41. Санженаков А.А. «Проблема морального прогресса и стоический космополитизм» // Этическая мысль. 2021. Т. 21. № 1. С. 59–70. DOI: 10.21146/2074-4870-2021-21-1-59-70.

42. Наталья Олеговна Белоусова // Критика всеобщего как разумного в философии Франкфуртской школы // Научная статья УДК 130.2:130.122 https://doi.org/10.24158/fik.2024.7.7

43. Katrine Smiet — Rethinking or delinking? Said and Mignolo on humanism and the question of the human https://doi.org/10.1080/13688790.2022.2030595  

44. Edward W. Said // CULTURE AND IMPERIALISM // Originally publiohed: New York: Knopf, 1993. ISBN 0-679-75054-1

45. Холон: Koestler A. The Ghost in the Machine. — London: Hutchinson, 1967.

46. Ризома: Делёз Ж., Гваттари Ф. Тысяча плато: Капитализм и шизофрения. — М.: УФактория, 2010

47. Векторная вакцина: Plotkin’s Vaccines / Ed. S. A. Plotkin et al. — 8th ed. — Elsevier, 2023. — «Viral Vector Vaccines».

48. Ричард Докинз. Эгоистичный ген / пер. с англ. Н. Фоминой. — Москва: АСТ: CORPUS, 2013.

49. Э́ЙДОС // Большая российская энциклопедия 2004–2017

50. Гегель, Георг Вильгельм Фридрих. //Философия права.

51. Карл Маркс // «Капитал» (т. 1, ГЕНЕЗИС ПРОМЫШЛЕННОГО КАПИТАЛИСТА).

52. Foot, P. (2001). Natural Goodness. Oxford: Clarendon Press.

53. Jonas, H. (1979/1984). The Imperative of Responsibility: In Search of an Ethics for the Technological Age. University of Chicago Press.

54. Korsgaard, C. M. (1996/2009). The Sources of Normativity / Self-Constitution: Agency, Identity, and Integrity. Cambridge / Oxford University Press.

55. Глобальное универсальное мировоззрение (ГУМ) как методология познания и действия в условиях общества риска // МКГУ Cosmopolis, Henri Obscur, Max Gael Martin. Версия 0.1 (26.06.2026).

56. Философия: Учебное пособие / А. И. Зеленков и др.; под ред. А. С. Лаптёнка. Минск, 2022. — стр. 11-13.

57. Л. И. Кемалова. Философия. Учебное пособие. — стр. 9-10.

58. Философия: Учебное пособие / А. И. Зеленков и др.; под ред. А. С. Лаптёнка. Минск, 2022. — стр. 143-145.

59. Боев А.Е. — Научное мировоззрение и философия (про статью В. И. Вернадского «О научном мировоззрении») https://masters.donntu.ru/2009/eltf/boyev/library/tez2.htm

60. Огюст Конт // «Курс позитивной философии», 1830–1842

61. Карл Поппер, «Логика научного исследования», 1934, и его критика индуктивизма.

62. Хилари Патнэм, «Разум, истина и история», 1981, глава о самоопровержении сциентизма

63. «Scientism» в Стэнфордская философская энциклопедия, 2019.

64. Interdisciplinarity Practicing Interdisciplinarity // SHARACHCHANDRA LÉLÉ AND RICHARD B. NORGAARD

65. Transdisciplinarity: Nicolescu B. Manifesto of Transdisciplinarity. — SUNY Press, 2002.

66. Н. Л. Полякова. ГЛОБАЛЬНАЯ СОЦИОЛОГИЯ. ОСНОВНЫЕ ИССЛЕДОВАТЕЛЬСКИЕ СТРАТЕГИИ. Часть I. Универсалистский подход.

67. Contemporary ethics: Routledge Contemporary Readings in Philosophy, Ethics: Contemporary Readings

68. We must reject ego-nomics to prevent human extinction. By David Korten, member of The Club of Rome. https://www.clubofrome.org/blog-post/korten-ego-nomics-extinction/

69. Scientists' warning to humanity for long-term planetary thinking on biodiversity and humankind preservation, a cosmic perspective: https://pmc.ncbi.nlm.nih.gov/articles/PMC10880066/

70. Некрасова Н.А., Некрасов С. И. // МИРОВОЗЗРЕНИЕ КАК ОБЪЕКТ ФИЛОСОФСКОЙ РЕФЛЕКСИИ

71. UNESCO declares environmental education must be a core curriculum component by 2025. https://www.unesco.org/en/articles/unesco-declares-environmental-education-must-be-corecurriculum-component-2025

72. Трансгуманизм: More M., Vita‑More N. (eds.). The Transhumanist Reader: Classical and Contemporary Essays. — Wiley‑Blackwell, 2013.

73. Ostrom, E. (1990). Governing the Commons: The Evolution of Institutions for Collective Action. Cambridge University Press.

74. Jurgen Habermas // The Postnational Constellation // Political Essays

Примечания:

[1] Не путать со «смешением».

[2] Строго говоря, речь идёт о двух разных, хотя и родственных, нарушениях.

[3] Главная идея статьи Stephen Battersby [25]. «News Feature: Can humankind escape the tragedy of the commons? — Grassroots Guidance» в том, что с помощью теории игр можно спроектировать новые институты (вроде «климатического клуба»), которые изменят стимулы для стран, превратив разрушительную «дилемму заключённого» в конструктивную «координационную игру». Ключевой элемент здесь — создание стимулов для сотрудничества и санкций за отказ от него, чтобы сделать кооперацию наиболее выгодной стратегией для каждого участника.

[4] Т.е. наследует мысль и анализ У. Бека.

[5] Именно поэтому мы, как сообщество считаем, что СКМ не должен быть идеологией.

[6] «Насилие — повивальная бабка истории» (Маркс). Из сочинения «Капитал» (т. 1, гл. ГЕНЕЗИС ПРОМЫШЛЕННОГО КАПИТАЛИСТА) Карла Маркса (1818—1883). В оригинале: Насилие — повивальная бабка каждого старого общества, беременного новым.

[7] Философия истории как практическая философия правомерно выводит должное не из внешнего эмпирического факта — что было бы тоже натуралистической ошибкой, — а из самого факта нашего существования как существ конечных, природных и неотделимых от истории: из этой экзистенциальной фактичности, имманентной сущему, этически прочитывается не навязанная извне норма, а само требование быть — осуществлять свою конечную свободу, длить распознанный смысл и хранить историчность как неустранимый способ человеческого бытия-в-долженствовании.

[8] Представленные здесь линейно, данные мировоззрения необязательно следуют друг за другом именно так. Они сосуществуют и развиваются параллельно и необязательно в таком порядке.

[9] (Жилище, дом, имущество, хозяйство). В данном контексте имеется в виду частная инициатива.

[10] Сложные изобретения (от приготовления маниоки, убирающей яд, до квантовой механики) не под силу создать одному уму. Это результат того, что поколения передают, комбинируют и совершенствуют идеи, создавая «коллективный мозг», который умнее любого индивида. Тут сходство с идеей «верхумов» Г. Васильева.