Иран поддерживает установление безъядерной зоны на Ближнем Востоке, не пытался создавать атомную бомбу, не собирался нападать на Израиль или США — и все эксперты сходятся во мнении, что война не свергнет режим аятолл. Факты лежат на поверхности, но их трудно разглядеть сквозь пелену пропаганды.

Лилах Бен-Давид, 11.3.2026

Задача, которую я поставила перед собой в этой статье — показать, что оправдания для начала войны против Ирана являются ложными — крайне сложна. Не потому что трудно доказать этот тезис, а потому что спустя двенадцать дней после начала войны Трамп и Нетаньяху так и не предложили внятного и согласованного объяснения её целям.

Это не случайно. Одна из мощнейших тактик оправдания того, что оправдать невозможно, называется «moving the goalposts» (перенос ворот). Идея проста: футбольная команда, которая продолжает пропускать гол за голом, решает передвинуть ворота, вместо того чтобы научиться их защищать. В переносном смысле: когда одно оправдание войны недостаточно убедительно — всегда можно перейти к следующему.

В «Гардиан» составили хронику заявлений Трампа и его помощников. Они противоречивы и сбивают с толку: мы не повторим ошибку вторжения в Ирак, война «точечная, как лазер» и достигнет ограниченных целей за дни или месяцы — но это также полномасштабная война, которая завершится лишь безоговорочной капитуляцией и сменой режима, сколько бы времени это ни заняло; Израиль в любом случае собирался нанести удар, создав немедленную угрозу иранских ударов по американским базам, — но на самом деле Иран готовился напасть на США и без всякого нападения на него; иранский народ должен взять судьбу в свои руки, но следующего лидера выберет Трамп; прошлая война с Ираном была победой на поколения вперёд, — но на деле иранская угроза как никогда велика.

Нетаньяху, надо отдать ему должное, на фоне противоречивых заявлений Трампа выглядит последовательнее. В своём субботнем видеообращении он заявил, что «целей ещё очень много, и здесь их перечислять не стану», повторив при этом неизменные тезисы: иранский режим — злодейский и хочет нас уничтожить; скоро у него появятся атомные бомбы, а если нет — он всё равно первым ударит баллистическими ракетами. Назвать конкретные сроки войны Нетаньяху не стал, хотя его начальник генштаба сказал, что «это займёт ещё очень долгое время… и сколько бы ни заняло — столько и займёт».

Если же попытаться выжать из всей этой словесной шелухи суть аргументов в пользу войны, можно выделить три главных: Иран представляет непосредственную ядерную угрозу, и война призвана уничтожить его ядерную программу; даже без ядерной угрозы необходим превентивный удар для предотвращения немедленной опасности; и требуется смена режима — в «мягком» или «жёстком» варианте. В «мягком» варианте удары должны подорвать режим, чтобы иранский народ смог восстать. В «жёстком» — цель войны — свержение режима и безоговорочная капитуляция.

Ложь первая: Иран представляет ядерную угрозу для Израиля

После десятилетий запугиванием «иранской бомбой» тезис о том, что Иран является ядерной угрозой для Израиля, кажется многим в Израиле и на Западе очевидным. Но факты говорят об ином.

Первый факт: уже несколько десятилетий существует инициатива по созданию на всём Ближнем Востоке зоны, свободной от ядерного оружия (и оружия массового уничтожения в целом). Иран присоединился к ней вместе со многими странами арабского мира ещё в 2004 году — до того, как началась сага с «иранской бомбой» и была заключена ядерная сделка — и остаётся приверженцем этой инициативы по сей день. Главным препятствием является то, что Израиль — по иностранным данным, разумеется — располагает обширным ядерным арсеналом, само существование которого он отказывается признавать, не говоря уже о допуске к нему международных инспекторов в соответствии с Договором о нераспространении ядерного оружия.

Этот простой факт меняет всю картину вокруг вопроса об «иранской бомбе». Цель Израиля и США — отнюдь не ядерное разоружение, а ровно наоборот: Израиль хочет быть единственным ядерным держимордой на Ближнем Востоке. Требование не допустить Иран к ядерному оружию — центральное оправдание войны — есть крайнее лицемерие; однако западное и израильское общественное мнение приучено принимать этот абсурд как данность.

В 2015 году иранский режим уступил угрозам президента Обамы и подписал всеобъемлющую ядерную сделку, которая гарантирует Ирану право на ядерную программу в энергетических целях, но запрещает разработку ядерного оружия — под жёстким международным контролем. Горы докладов надзирающего органа — МАГАТЭ — и даже оценки американских спецслужб свидетельствуют: пока сделка действовала, Иран её соблюдал. Говоря проще, все, кроме Нетаньяху, признавали, что ядерная сделка работала.

Но успех сделки оставил Нетаньяху с серьёзной проблемой: он обесценил страшилки об оружии массового уничтожения в Иране — схожие с теми, что в своё время столь эффективно мобилизовали американскую общественную поддержку войны в Ираке. Непреклонное противодействие Нетаньяху сделке объяснялось не страхом перед «иранской бомбой», а опасением, что сделка не позволит ему ударить по Ирану.

Нетаньяху использовал первый срок Трампа в Белом доме, чтобы похоронить достигнутые соглашения. Единственной политикой Трампа в первом сроке было отменять всё сделанное Обамой — и в 2018 году он в одностороннем порядке вышел из ядерной сделки. Никаких доказательств нарушения соглашений Ираном он не представил. МАГАТЭ, Франция, Великобритания, Германия и Евросоюз — то есть практически весь Запад, кроме Трампа и Нетаньяху — раз за разом подчёркивали, что соглашения соблюдаются и они против их расторжения. Это не помогло.

После двухлетних попыток реанимировать соглашения — в ходе которых Иран всё ещё их соблюдал — в 2019 году он объявил о возобновлении обогащения урана выше согласованного предела в 3,67%. В 2020 году сделка была окончательно похоронена, и с тех пор США и Израиль саботировали все попытки к ней вернуться.

То, о чём молчит пропаганда, — это то, что Иран возобновил обогащение урана до очень высоких уровней, но бомбы не создал. Согласно многочисленным докладам и западным разведывательным оценкам — не моим, а официальным, — причина состояла в том, что иранцы хотели достичь состояния, когда они могут создать бомбу, но не делают этого. Хаменеи фигурирует в этих разведывательных оценках как последовательный противник фактического производства бомбы.

Американские эксперты, и даже Марко Рубио признаёт это, указывают: с прошлого июня нет никаких признаков попыток Ирана возобновить обогащение урана или извлечь обогащённый уран из-под руин реакторов для его использования.

Эти факты известны всем, кто не живёт на планете пропаганды Нетаньяху. Можно предположить, что выбор Ирана объясняется уроками, которые он извлёк из происходящего вокруг: Ирак Саддама Хусейна, не успевший создать ядерное оружие, был атакован и оккупирован, тогда как Северная Корея, разработавшая его, — нет. Лучший способ убедить Иран, что ему необходимо идти ва-банк и строить бомбу, — доказать ему, что Израиль и США не остановятся перед вторжением, оккупацией и сменой режима. Именно это они сейчас и делают.

Ложь вторая: удар по Ирану — превентивный

Повторяемое Трампом утверждение, что Иран вот-вот нападёт, противоречит всякой логике и очевидным интересам Ирана — и, как водится, не было подкреплено ни крупицей доказательств. Если этого недостаточно: по данным Reuters, на следующий день после начала войны состоялся закрытый брифинг для членов комитетов по национальной безопасности Сената и Палаты представителей. По словам осведомлённых источников, представители Пентагона на этом брифинге признали, что никаких разведданных, указывавших на намерение Ирана атаковать США, получено не было. Иными словами, советники по безопасности, работающие на Трампа, оказавшись в ситуации закрытого обсуждения, где лгать рискованно, сознались, что «превентивный удар» — это выдуманный предлог.

Трамп предпринял ещё одну отчаянную попытку посеять панику, когда заявил, что Иран разрабатывает межконтинентальные баллистические ракеты, способные вскоре достичь территории США, — однако его собственные эксперты снова его подвели. Другое американское разведывательное ведомство, РУМО, опубликовало в прошлом году оценку рисков применительно к системам ПРО: даже если иранцы сделают разработку ракет приоритетом, им понадобится на это десятилетие. Эксперты, недавно давшие интервью по этой теме, пояснили, что тегеранский режим сосредоточен на пополнении запасов баллистических ракет малой и средней дальности — тех самых, что сейчас запускаются по Израилю и американским базам в Персидском заливе.

Нетаньяху утверждает, что иранский режим призывает к уничтожению Израиля, и его баллистический арсенал представляет для него угрозу, — а значит, нанесение удара по нему оправдано. Но тот, кто хочет свести войны к необходимому минимуму, обязан отстаивать мировой порядок, не позволяющий любому правителю развязывать войну по своей прихоти. Печальная реальность такова: в мире существуют государства, являющиеся заклятыми врагами. У многих из них есть арсеналы, способные при желании нанести друг другу серьёзный ущерб: Индия и Пакистан, Китай и Япония, Южная и Северная Корея. Но сам по себе факт наличия острой вражды и военной угрозы недостаточен для оправдания войны.

Ведь точно такая же логика могла бы служить оправданием для Ирана и всего Ближнего Востока развязать войну против Израиля: Израиль не скрывает своих попыток свергнуть иранский режим, а призывы «смерть арабам» не остаются в сфере риторики — Израиль десятилетиями методично уничтожает Палестину, особенно интенсивно в последние два с половиной года.

Ложь третья: смена власти — реалистичная цель

Стремления иранского народа к свободе, демократии и суверенитету справедливы. Если ещё оставались сомнения в том, что режим аятолл должен пасть, январская резня окончательно доказала, что у иранского народа и Исламской Республики нет общего будущего.

Но нельзя смешивать борьбу иранского народа за демократию с циничной военной пропагандой, стремящейся эту борьбу себе присвоить. Требование Трампа самому выбирать следующего лидера Ирана, одновременно призывая народ взять судьбу в свои руки, выглядит карикатурой. Как написала Орли Ной: «Это было бы комично, если бы на кону не стояли жизни стольких людей».

Исследователи и западные спецслужбы сомневаются, что война способна привести к внутренней революции в Иране. Джонатан Таубер, исполнительный директор компании FilterLabs, изучающей общественное мнение посредством анализа социальных сетей, сообщил «Нью-Йорк таймс», что результаты компании свидетельствуют: война породила в Иране классический эффект «сплочения вокруг флага» — как это бывало в других странах, подвергавшихся нападению иностранных сил, — а потому «Вашингтон и Иерусалим не должны ожидать немедленного восстания».

В той же статье цитируется эксперт Пентагона, указавший на ещё один очевидный момент: призыв к смене режима — это по определению экзистенциальная угроза для иранского руководства, которая лишь усилит его стремление подавлять оппозицию. Другие эксперты указывают, что в данный момент оппозиция разобщена и ослаблена. Война, конечно, не единственная причина этого, но она явно не снижает раскол в рядах протестующих. Эксперты по Ирану сообщают, что нет никаких существенных признаков массового восстания в Иране или раскола внутри режима и армии, способных привести к установлению нового режима.

Жёсткий вариант: свержение режима силой

Особняком от «мягкого» и «жёсткого» варианта смены режима стоит фантазия о том, что несколько сотен курдских бойцов, сосредоточенных на границе между иракским и иранским Курдистаном, вторгнутся в Иран и свергнут режим. Мысль о том, что даже 50 000 курдских бойцов при поддержке израильско-американских бомбардировок смогут оккупировать весь Иран и свергнуть режим — нелепа и оторвана от реальности. В лучшем случае им удастся захватить части иранского Курдистана. Трамп и Нетаньяху обещают им поддержку, однако послужной список союзников, которых они «кидали» в прошлом, не свидетельствует об особой надёжности этих двух партнёров.

Что касается «жёсткого» сценария силовой смены власти в Иране, похоже, даже Трамп не представляет её как подлинную цель. Уже сейчас его война не слишком популярна в США, даже среди его собственных сторонников, предпочитающих сосредоточиться на внутренних проблемах. Нетаньяху, со своей стороны, слишком расчётлив, чтобы декларировать столь грандиозную цель — даже если на страницах «Исраэль а-Йом» уже торжествуют по поводу силового свержения режима как свершившегося факта.

Тем не менее никто из апологетов войны (за исключением, пожалуй, «Исраэль а-Йом») всерьёз не утверждает, что режим можно свергнуть без масштабного наземного вторжения. «Вашингтон пост» на прошлой неделе опубликовал секретный доклад Национального совета по разведке США, установившего, что война — даже затяжная, но без широкого наземного вторжения — не свергнет режим.

Даже в маловероятном и катастрофическом сценарии масштабного наземного вторжения в Иран никто не гарантирует падения режима. Иран — огромная страна по территории и населению. Талибан в несравнимо худших условиях сумел изнурить США и вернуться к власти в Афганистане. Лучшее, на что США могут рассчитывать, — это иракский сценарий: распад страны в нескончаемую войну милиций, в которой Америка увязнет на годы. Это не считая угрозы того, что подобное вторжение может вынудить вмешаться Китай и Россию, с риском превратить конфликт в Третью мировую войну.

Вечная война или план левых

Если ни одна из заявленных целей войны не выдерживает серьёзной проверки, возникает вопрос: каковы истинные цели Нетаньяху и Трампа?

Что касается Трампа, наиболее реалистичная оценка, на мой взгляд, такова: война отражает его нарциссическую мегаломанию. Трамп искренне верит, что является чемпионом мира по переговорам и способен использовать военную силу как рычаг давления для достижения желаемого. Так было с военными угрозами в адрес западного союзника, Дании, — и так было в более успешном случае с венесуэльской авантюрой: похищение президента и его замена удобными для США фигурами из числа самих правителей. Судя по всему, Трамп надеялся, что Иран станет чем-то вроде повторного показа той авантюры, а чрезмерная самонадеянность заставила его проигнорировать даже советы собственных спецслужб — предупреждавших заранее, что убийство Хаменеи приведёт к замене его не менее радикальными фигурами, что, похоже, и происходит с назначением сына Хаменеи.

Что касается Нетаньяху, ключевой вопрос: почему именно сейчас. Ведь он пытается втянуть США в войну с Ираном уже как минимум полтора десятилетия, а бесконечные войны помогают ему справляться с хронической непопулярностью. Ответ, по всей видимости, прост: «потому что сейчас он может». Он использует уникальное стечение обстоятельств: с одной стороны, Трамп готов присоединиться к катастрофической авантюре; с другой — союзники Ирана на Ближнем Востоке («Хезболла», хуситы, ХАМАС) ослаблены Израилем и США, а в случае Сирии — уже прекратили существование; с третьей — Китай не заинтересован во вмешательстве, пока нет реальной угрозы вторжения со сменой режима, а Путин слишком занят Украиной, так что даже сильнейшие союзники Ирана сейчас не могут или не хотят вступаться за него.

Однако против Нетаньяху, Трампа и нового глобального правого фронта, их поддерживающего — от Моди в Индии до Милея в Аргентине — необходим левый фронт, основанный не только на отрицании их действий, но и на альтернативном плане действий. Такой план должен ставить целью заключение новой ядерной сделки — справедливой и соответствующей Договору о нераспространении ядерного оружия. Это означает продвижение к зоне, свободной от ядерного оружия, на всём Ближнем Востоке.

Левые должны поддерживать иранских борцов за свободу, оказывая им всю возможную помощь. Но нельзя поддерживать попытки заменить исламскую диктатуру диктатурой под руководством Пехлеви. Левые должны пользоваться исторической памятью и извлекать из неё уроки: шах — не демократическая надежда, и западные державы исторически не были заинтересованы в демократии в Иране. Необходимо с глубоким подозрением относиться к лидерам-поджигателям войны, сеющим панику с помощью лжи об оружии массового уничтожения в качестве оправдания империалистических авантюр.

Левые также обязаны настаивать: международное право распространяется на всех. Не только враги Запада, как Россия, должны нести ответственность за неспровоцированную агрессию; и не только африканские и сербские военные преступники должны быть преданы суду. Трамп и Нетаньяху совершили тяжкое преступление, развязав эту войну, а Нетаньяху разыскивается Международным уголовным судом по обвинению в военных преступлениях.

И наконец, левые должны вновь и вновь настаивать: единственное реальное решение израильско-палестинского конфликта — два демократических государства. Весь арабский мир готов к нормализации отношений с Израилем в обмен на урегулирование конфликта и создание палестинского государства — даже если режим аятолл, Израиль и США выступают против этого. Единственный способ изолировать сторонников бесконечной войны и религиозных фанатиков — лишить их кислорода: бесконечные войны и вечные конфликты.

Текст публикуется в сокращении. Оригинал статьи здесь