Смотреть / Слушать / Читать

Ivory Joe Hunter — Pretty Mama Blues / 1948
Каждый год 22 июня британцы празднуют день «Виндраш» в ознаменование вклада, который карибские мигранты и их семьи внесли в развитие Великобритании. Эта дата сделала Британию страной рейверов, а Лондон — музыкальной столицей.

И тут мы переносимся в 40 е годы 20 века. Именно 22 июня 1948 года пассажирский лайнер Empire Windrush причалил в Тилбери, Эссекс. На его борту находилось около 500 выходцев из Вест-Индии. Многие из них были бывшими военнослужащими, которые помогали Британии во время Второй мировой войны. Они ехали, чтобы начать новую жизнь и помочь в восстановлении послевоенного Королевства. Никто не догадывался, что за музыкальная сокровищница вот-вот увидит свет и создаст музыкальную индустрию Великобритании такой, какой она является сегодня.

До 1970 подобные этому судну привозили мигрантов с Ямайки, Тринидада и Тобаго, Бермудских островов и других стран Карибского бассейна. Полмиллиона человек, совершивших это путешествие, стали известны как «поколение Виндраш», названное в честь того самого первого корабля, совершившего путешествие через Атлантику.
По мере того как поколение Windrush росло с 50 х годов и на протяжении последующих десятилетий мигранты и их потомки формировали мир британской музыки, как на андеграундной сцене, так и в чартах.

Но не сразу. Столкнувшись с жестокой дискриминацией и отчуждением от британского общества, многие приехавшие жили общинами и обращались к своей карибской культуре. Так они укрепляли чувство общности, сохраняли традиции. Гораздо позже то, что они привезли с собой, станет культурным импортом и мощной силой противостояния черной Британии против расизма. И я говорю про традицию саундсистем.

Большая часть стран Карибского бассейна находилась под колониальным владычеством Британии, люди жили очень плохо, радио слушали немногие владельцы приемников, что говорить о проигрывателях — это было непозволительной роскошью. Послушать музыку на концертах еще сложнее, они устраивались для элит или туристов. Поэтому простому жителю было абсолютно недоступно прослушивание музыки. И все в том же 1948 году энтузиасты от музыки придумывают новый способ донести музыку — переносная самодельная аппаратура в общественных местах, импровизированных танц залах и на углах улиц. Схема акустической системы такая — одна вертушка — один усилитель — один динамик. На Карибских островах существовала процветающая музыкальная сцена: джаз, ска, калипсо для знатоков, которые ездили в Штаты за пластинками ритм н блюза.
Местная музыка, например менто, почти не звучала. Во-первых, западная музыка считалась более приемлемой для властей, во-вторых, еще не было звукозаписывающих студий. Вспоминает селектор Монте Блейк:
«В те времена не было ямайской музыки. До начала 60 х мы играли латиноамериканскую музыку, например с Кубы, или меренге, ритм-энд-блюз, много кантри и вестерна, много медленных песен о любви. Даже Фрэнка Синатру и все такое».

Ángel Viloria — A lo Oscuro / 1952
Первое имя в нашей истории — это Хэдли Джонс, который разработал усилитель, разделяющий сигнал на три диапазона — низкие, средние, высокие частоты. Хэдли Джонс был награжден Золотой медалью Масгрейва за выдающиеся заслуги в области музыки. В 1947 Хедли Джонс собирает ручной усилитель, делает он это исключительно из корыстных побуждений как бизнесмен. Он искал способ усилить звуки пластинок, которые продавал в своем музыкальном магазине Bop City в Кингстоне. Он и представить не мог, что это изобретение станет толчком к появлению целого нового культурного феномена.
Как вообще воспроизводится звук? С носителя он отправляется на динамик через усилитель, магнит приводит в движение диффузор. Мы его видим в середине круга на колонках. Диффузор начинает двигаться, создавая колебания воздуха. Так вот Хэдли Джонс разделил колонки по частотам, настроив работу диффузоров каждой из них. И вот мы получаем конструкцию, в основании которой коробки с большими динамиками — сабвуферы, которые передают низкие частоты. Бас как основа музыки тут самая широкая часть инсталляции. А дальше по частотам выстраивается трехполосная система: выше средние частоты и на самом верху — верхние. Усилители в этой пирамиде — это отдельные коробки посередине, и конечно, микшер, в который приходит звук из любого источника. Собственно, музыка создается из воздуха, те самые вибрации, то есть колебания воздуха, воздействуют на нас физически. Это так называемая психоакустика саундсистем.

Собрать такую историю в одиночку довольно не просто, поэтому за саунд системой всегда стоит команда. Вот структура этого созвездия: box-manы выполняют тяжелую работу, все это таская и собирая, техник подключает и обслуживает, оператор звука поддерживает качество звука на протяжении всего выступления, в зависимости от пространства и добавляя случайные звуковые эффекты. Селектор отвечает за воспроизведение треков, следит за тем, чтобы звучали самые новые, самые востребованные пластинки. И наконец, MC (ди джей) — человек с микрофоном, который «подбадривает танцы» тостами между переходами. И это образует такую мини экономику, которая просуществует до 80 х годов как вполне себе конкурентная среда. Останется она с нами по сей день только в виде структуры и таких традиций как дабплейты, версии и так далее. Помните все эти срывания эмблем с винила, чтобы никто не узнал, что играет за трек? Всё это наследие саундсистемной культуры.

Clarence "Frogman" Henry — Ain’t got no home / 1956
Мы не будем останавливаться на Ямайке, потому что People Just Do Nothing это про Британию. Давайте поговорим о тех, кто эту культуру привил именно англичанам и каким образом.

Второе имя в нашей истории это Винсент Джордж Форбс, более известный как Дюк Вин. Как и многие представители его поколения, он понимал, что на Ямайке, с ее высоким уровнем безработицы и ограниченной промышленностью, шансы на улучшение положения невелики. И в 1954 безбилетником Дюк Вин прибывает в Англию на корабле из Кингстона. Дома он был звукооператором и селектором, но что самое главное — учеником Тома Вонга. А это на секундочку первый оператор саундсистемы The Great Sebastian. То есть Винсент учился у того, кто в то время был самым почитаемым звуковиком на острове. Между прочем, по счастливой случайности, когда помог Вонгу поменять шину на его автомобиле. Винсент прибывает в Британию в 1954, через шесть лет после «Виндраша» и через год на свои скромные заработки покупает 10-дюймовые колонки и сделанный на заказ усилитель. Он строит свою саундсистему по ямайскому образцу к 1955, которую окрестят «Дюк Вин» в честь Дюка Рида, крупнейшего звукорежиссера Ямайки того времени. Дюк это граф-герцог, Вин это сокращенно от Винсент. Сам он называет свою систему Tickler и начинает сдавать ее в аренду на блюзовые танцы. Это важная часть нашей истории.

Еженедельные вечеринки проводятся в подвалах домов выходцев из Западной Индии. История их возникновения теряется, отчасти потому, что они были небольшими домашними мероприятиями. Их ямайские старшие сестры были более публичными, поскольку проводились в основном в общественных местах, известных как лужайки под открытым небом. В Британии такие места были недоступны. Часто было слишком холодно и сыро для вечеринок на открытом воздухе. Кроме того, предрассудки, которые были распространены в Англии 1950-х, и открытая дискриминация означали, что цветные люди не могли использовать общественные места для проведения мероприятий. Чаще это были съемные квартиры в больших домах в пригородах рабочих кварталов, например в подвалах коммерческих и жилых домов в районе Рэйлтон-роуд. Характерно, что чем выше была плотность карибской иммиграции в районе, тем больше там было блюзовых вечеринок. В районах Юго-Восточного Лондона была такая относительно высокая плотность, в Брикстоне, расположенном на западной окраине, тоже.

Ska Town — Prince Buster / 1964
И это нечто большее, чем просто развлечение. Блюз пати предлагали социальную среду, которую трудно было найти за пределами сообщества. Было очень мало клубов, в которые чернокожим разрешалось ходить, это не так, как сегодня, когда вы можете зайти в любой бар. Тогда на входе висела табличка: «No Dogs, No Blacks, No Irish». Поэтому поколение Виндраш создали свою собственную среду. В обмен на тарелку еды, напитки и музыку они платили за вход на эти регулярные вечеринки, это позволяло покрыть расходы на аренду. Блюз Пати были открыты всю ночь.

«Это была необходимость, нам нужно было иметь такие общественные места, чтобы собираться, рассказывать друг другу свои истории, делиться опытом, а также чувствовать себя в безопасности», — вспоминает Верселл «Скрэтч» Гордон, гитарист группы «Ebony Rockers».

Эти домашние вечеринки также назывались shebeens (шибины). В общем, такое внутреннее, общинное облегчение, форма культурной преемственности во внешне враждебном пространстве.

«Самое важное в звуковых системах — это то, что они давали нам силы в нашем сообществе», — сказал владелец звуковой системы Soul II Soul Джази Би. «Звуковая система кормила нас, будь мы плотниками или продавцами». Фотограф Деннис Моррис, запечатлевший шибины, вспоминает: «Фишка блюзовых танцев в том, что там всегда было очень темно. У вас был один светильник над диджеем, а в центре комнаты горел красный свет. Худшее, что вы могли сделать, — это наступить кому-то на ногу».

И вот Дюк Вин отдавал свою саундсистему на такие блюз пати, а также установил ее в Лэдброк Гроув на западе Лондона (район Ноттинг-хилл). Там же вскоре установит свою саундсистему другой наш герой — Уилберт Огастус Кэмпбелл, известный как Каунт Сакл. Прозвище Сосунок досталось ему от матери, потому что, когда она пыталась отучить его от груди в младенчестве, он отказался принимать молоко из бутылочки. В истинно ямайской манере Дюк Вин и Каунт Сакл вступают в схватки. Ставят свои системы друг напротив друга и соревнуются. В 1956 Кэмпбелл выигрывает свой первый поединок в Ламбет Таун Холле у Винсента Форбса. Кемпбелл позже будет работать в Roaring Twenties, подвальном заведении на Карнаби-стрит. Уставший от регулярных полицейских рейдов, когда чернокожие посетители клуба подвергались жестокому обращению, он откроет свой собственный Q Club в подвале недалеко от жд станции Паддингтон. Там, кстати, молодой Элтон Джон будет постоянным сотрудником, получая зарплату за регулярные часовые выступления.

Действительно, в те времена быть чернокожим в Британии было опасно. Когда афро-карибская иммиграция стала очевидно заметна, участились случаи жестоких нападений. Например, банда белых подростков из рабочего класса, известная как «парни Тедди». И с 29 августа по 5 сентября 1958 произошла настоящая трагедия. Поводом стало нападение на белую шведку Маджбрит Моррисон, которая спорила со своим мужем-ямайцем Раймондом Моррисоном на станции метро Latimer Road. Позже этой же ночью начались нападения на дома. В первую ночь беспорядков Кемпбелл играл на вечеринке на одной из улиц рядом с Лэдброк-Гроув, когда дом подожгли зажигательной бомбой. Полиции пришлось выводить участников вечеринки в безопасное место, в то время как разъяренная толпа стояла на улице и кричала: «Убейте ниггеров! Отправьте их обратно домой!». Во время суда были вынесены жесткие приговоры подросткам (5 лет лишения свободы и штрафы).

Царило страшное напряжение между полицией и афро-карибской общиной, которая утверждала, что полиция не помогала в моменты нападений. И действительно в 2002, когда будут обнародованы документы, выяснится, что старшие офицеры полиции вообще уверяли министра внутренних дел Рэба Батлера, что за беспорядками нет расовой подоплеки.

«Перед лицом ненависти белых расистов» 30 января 1959 в ратуше Сент-Панкраса активистка тринидадка Клаудия Джонс организовала карнавал в честь карибской культуры, тот самый, который скоро станет знаменитым карнавалом Ноттинг-Хилла. Но трагедии продолжаются — в мае 1959 убивают Келсо Кокрейна на перекрестке Голборн-роуд и Саутэм-стрит. Его похоронная процессия по Лэдброк-Гроув до кладбища соберет 1200 человек.

На дворе шестидесятые, культура саундсистем набирает обороты, рождая спрос на записи. Конечно, предприниматели воспользуются этим. В 1959 Крис Блэквелл, Грэм Гудолл и Лесли Конг основывают Island Records на Ямайке, в 1962 компания переезжает в Англию. Вообще Крис Блэквелл из Лондона, но в детстве жил на Ямайке. В 1955 вернувшись на Ямайку, работал ассистентом губернатора и как-то он услышал джазовый ансамбль слепого пианиста Лэнса Хейварда и решил его записать. Так появился первый релиз лейбла. Дистрибьютором у Криса был Ли Гопталь. Вместо они открыли розничный магазин Musicland в Уиллесден-Грин. Отец Ли Гопталя приехал в Британию на том самом первом судне «Виндраш» в 1948 году, сам Ли переехал в Британию в 1952 году. Ли Гопталь создаст в 1968 лейбл Trojan вместе с Крисом. Троянским звуком вообще называли систему Дюка Рида на Ямайке, именно на таком грузовике ее перевозили.

Louisa Marks — Caught You in a Lie / 1981 ранний хит в стиле lovers rock продюсера Ллойда Коксона.

Вернемся к операторам саундсистем. Ллойд Блекфорд (Коксон) переехал в Лондон в 1962 году. Однажды вечером, когда Дюк Рид устраивал танцы, кто-то напал на Ллойда, когда он вышел на улицу. Он отбивался, не понимая, что это был полицейский в штатском. Через несколько минут дом окружили полицейские с собаками, а Ллойда доставили в полицейский участок Тутинг-Бек, где ему предъявили обвинение в хранении опасного оружия — ножа длиной в фут, которого он никогда раньше не видел. Дюк Рида не дал показаний, и в результате Ллойд был приговорен к шести месяцам тюремного заключения.
«Я сказал себе, что не собираюсь выходить из этой борьбы и снова играть для этого человека. Я собираюсь выйти и создать свой собственный звук. На Ямайке было два больших звука — Дюк Рид и Коксон, и я сказал, что назову свой звук Sir Coxsone и буду соперничать с ним».

Коксон — фамилия одного из ведущих ямайских продюсеров Клемента «Коксона». Sir Coxsone были одной из первых саунд-систем, играющих регги в Вест-Энде. Они выступали в клубе «Фламинго» в Сохо, но именно их резиденции на Карнаби-стрит принесли им известность. Граф Сакл проложил им дорогу в Roaring Twenties, где они играли соул и регги. Позднее это же помещение было переименовано в Colombo’s, и Коксон продолжал выступать там на протяжении семидесятых. Даже Боб Марли заглядывал туда, когда бывал в Лондоне, и написал трек Kinky Reggae о ночном походе в Colombo’s после того, как ему едва удалось избежать полицейской облавы. «Я думаю, что мог бы присоединиться к веселью, но мне пришлось убегать».

Bob Marley & The Wailers -Kinky Reggae / 1973
На юго-западе Лондона оператором саундсистем был Граф Бенджи Count Benji, на севере — Граф Шелли и Фэтмен Fatman.

Эфраим Баррет, он же Граф Шелли, переехал с Ямайки в Суиндон в Великобритании в 1962, а затем вместе со своим звуком перебрался в Северный Лондон. В начале 1970-х он был диджеем-резидентом клуба Four Aces в Далстоне на востоке Лондона. В 1972 году он создал лейбл Count Shelly, а в 1975 основал Third World Records, на котором выпускал музыку в стиле roots и lovers ямайского происхождения. Позже граф Шелли открыл Super Power Records в Бруклине, а в нулевых уехал назад на Ямайку и открыл ресторан.
Кеннет Гордон, более известный как Fatman, ушел в декабре 2024 года. Фэтмен, переехавший из района Уотерхаус в Кингстоне в Великобританию в 1962 году, основал лейблы KG Imperial и Fat Man, управлял Fatman HiFi, известной звуковой системой, расположенной в Тоттенхэме в Северном Лондоне. Изначально Кеннет отвечал за селекцию в Sir Fanso The Tropical Downbeat. Но когда сэр Фансо вернулся на Ямайку, Фэтмен решил основать свою систему. В 1974 он назвал ее Wild Bells, затем переименовал его в Imperial Downbeat и в конце концов стал Fatman Hifi. Он финансировал новый саунд, работая на двух работах. К 1977 Фэтмен открыл магазин на Вест Грин Роуд в Тоттенхэме. В 1979 Fatman Hifi получил звание лучшей звуковой системы на церемонии Black Echoes British Reggae Awards. Он работал с King Tubby и Bunny Lee и вывел их музыку на британский рынок.

Augustus Pablo — King Tubbys Meets Rockers Uptown / 1976
Важным центром развития саундсистемной культуры были магазины пластинок, они же места встреч. Так Дюк Вин покупает винил в Западном Лондоне у Дэдди Пэкингса в Peckings Record Shop. Как и многие другие, Джордж Прайс, он же мистер Пекингс, в мае 1960 отправился из Кингстона в Лондон. С собой он привез музыку лейбла Studio One Records сэра Коксона Додда, без сомнения, одного из самых влиятельных регги-лейблов всех времен. Пекингс был промоутером саундсистемы Коксона Додда. Магазин открылся в 1974 на Askew Road и работает до сих пор, благодаря сыновьям Пекингса. Кемпбелл, он же Граф Сакл, заказывал винил в Randy’s Record Shop в Галлатине, штат Теннесси. Randy’s Record Shop c 1946 до 1991 был крупнейшей в мире компанией по продаже пластинок по почте. Они высылали ему последние диски с лейблов Sun, Chess и Modern/RPM. Также присылали пластинки с Ямайки.

Первое поколение вест-индских мигрантов, посещавших блюзовые танцы, было приобщено к новейшим ритм-энд-блюзовым записям из США, а также к ска и рокстеди. Шляпы-трилби, костюмы и туфли-броги были в моде, а ром — главным наркотиком. Они не обязательно любили музыку регги и неухоженные локоны. Они усердно работали над ассимиляцией, смирились с Империей. Второе поколение было более независимо, они слушали регги, а на смену чистому внешнему виду пришло нечто растрепанное, они отращивали и укладывали свои кудри, украшали себя растафарианскими цветами: красным, золотым и зеленым. Это был вызов для старших и дома не всегда поддерживалось, поэтому следующим поколениям приходилось сражаться на два фронта.

Еще одним оператором саундсистем был Невилл Чародей Neville The Enchanter. Но самой могущественной считалась все еще система Дюка Вина, она пользовалась огромным спросом по всему Лондону.
Как вспоминал Бовелл: «Я слышал, как он говорил, что на самом деле это была даже не звуковая система, а радиограмма! Сейчас за такое вас бы просто согнали со сцены. Но в те дни десяти ваттный усилитель был большой удачей! А потом это росло, росло и росло, пока у моего поколения не появились такие саундсистемы, как у Кинга Табби». Дюк Вин продолжал диджеить до конца своей жизни, выступая в клубах Marquee Club, Flamingo, Brixton Town Hall, Ram Jam Club, Roaring Twenties и Stoke Newington Hall.

Matumbi — Man in Me / 1976 — версия песни Боба Дилана «Man in Me», самый продаваемый регги-сингл в Великобритании 1978. Позже группу запишет легенда Джон Пил, ведущий BBC1.

Саундсистемы были не только ямайскими, к такому стилю жизни тяготели и другие карибские иммигранты в Лондоне. Деннис Бовелл, барбадосец, переехал в Лондон в 1965 в возрасте 12 лет. Система его отца была современна системам графа Бенджи, Коксона, Дюка Вина. Она называлась Tropical Soundmaster. Отец был известен как обладатель большой коллекции пластинок.

«Я сразу же попал в культуру саундсистем, потому что у моего отца был усилитель и пара коробок, а в те времена это была саундсистема. Если у вас был 50-ваттный усилитель и четыре или пять колонок, достаточно, чтобы поставить по одной в каждой комнате на вечеринке, и достаточно проводов, чтобы их протянуть, — это была саундсистема. Мой папа был водителем автобуса и знал много водителей, а мама была медсестрой и знала много медсестер. Так что водители и медсестры приезжали отовсюду».

Бовелл занялся системами после окончания школы, когда друг, услышавший записанные им дабплейты его группы Matumbi, пригласил их на свою систему, Sufferah’s. Чтобы заслужить доверие, регги-группа должна была быть прикреплена к саундсистеме. На концертах системы имели приоритет над группами, а не наоборот. К середине 70-х годов у него была резиденция в клубе Metro в Лэдброк-Гроув.

«Я использовал саундсистемы, чтобы расширить представление о своей музыке. Присоединившись к системе под названием Sufferah’s Hi-Fi, мы играли песни Matumbi, пока люди не узнавали их и не хотели обладать ими». Система Sufferah состояла из четырех 600-ваттных усилителей и 40 18-дюймовых колонок, конечной целью была не громкость, а качество вибрации. Само название Sufferah — абсолютно не традиционное для ямайских саундсистем, а композиции британцев на саундсистеме вообще вызывало предубеждение, поэтому Бовелл пошел на небольшую хитрость.

«Нас обвиняли в том, что мы не можем играть регги как ямайцы, и я решил опровергнуть это. Я сделал 7-дюймовые тиражи, не размещая никакой информации о том, кто на записи». Бовелл представил релизы Matumbi так, будто они были напечатаны за границей.

Динкинг — это практика вырезания большого отверстия в центре 7-дюймовой пластинки, как на ямайских изданиях, по которому люди отличали импортные пластинки от тех, что были отпечатаны в Англии. Отборщики не смогли заметить разницу, что вынудило их признать, что британское регги может быть так же хорошо, как и его ямайский родитель.

Junior Byles — Beat Down Babylon / 1972
Бовелл оказался в тюрьме за призывы против полиции, которые он не делал, решив не сдавать реального виновника и получив наказание вместо него. Выпустили Бовелла прямо к карнавалу в Ноттинг-Хилле 1976 года.

Обсуждая расизм и пренебрежение к поколению Виндраш, нельзя не вспомнить как в 70-х полиция Лондона возрождает Закон о бродяжничестве 1824 года. Любой человек мог быть арестован только за то, что он выглядит так, будто собирается совершить преступление. Это стало синонимом преследования чернокожих.
Профессор Пол Гилрой отмечал, что «полиция пыталась контролировать, где люди могут находиться в городе. Законы применялись очень неравномерно и по своему усмотрению, чтобы криминализировать поколение, ограничить его одними районами города и исключить из других».

Помните карнавал 1959 года активистки Клаудии Джонс в ответ на расовые нападения? Джонс основала газету The West Indian Gazette для карибских общин Лондона. В ней рассказывалось о местных и глобальных событиях, поддерживался черный бизнес, проводились кампании по борьбе с апартеидом и обсуждалось растущее влияние растафари на Ямайке. «Газета» подвергалась нападениям, в том числе офис была измазан фекалиями.

Одним из сооснователей карнавала в Ноттинг-Хилле считается небезызвестный Дюк Вин. Он был первым, кто на похожем карнавале в 1973 году представил саундсистему. Ноттинг-Хиллский карнавал это реальный институт.
«Я наблюдал за тем, как это событие выросло с 60 человек максимум до того, чем оно является сейчас», вспоминает Бовелл.

Воинственное настроение нашло свое отражение в музыке. Трек Джуниора Байлза «Beat Down Babylon» был лишь одним из целого ряда жестких песен регги, которые сформировали то, что Гилрой называет «золотым веком воинственного регги», кульминация которого пришлась на 1976 год, когда на карнавале в Ноттинг-Хилле вспыхнули беспорядки. Гилрой вспоминает о напряженном лете, предшествовавшем беспорядкам, которое было подогрето палящей жарой, бунтами против апартеида в Соуэто и «бурным» поражением сборной Вест-Индии по крикету от Англии. Он описывает новую напряженность в обстановке на карнавале, когда саунд системы доминировали над более традиционными карнавальными представлениями, такими как оркестры тин-пана.

Papa Levi — Mi God Mi King / 1984
В 80-е годы многие молодые исполнители воспитывались под влиянием Бовелла, Шака и Саксона. Наконец, спустя поколение после начала их творчества, британские системы стали создавать свои собственные стили. Saxon Studio International начала свою деятельность в Льюишеме, Южный Лондон, в 1976 году. Звук стал известен в начале 80-х благодаря стилю "fast chat", который был заложен его диджеем Питером Кингом. Среди других саксонских МС были Типпа Айри, Смайли Калча, Ашер Сенатор, Папа Леви, Папа Полковник, Папа Расти и Папа Сэнди, каждый из которых развивал этот стиль и выпускал пластинки, некоторые (например, Смайли и Типпа) достигли Топ-40 в национальном чарте Великобритании. Их фронтмен Типпа Айри, как и Бовелл до него, был сыном звукорежиссера. Привлекая внимание Неда Фрэнсиса и Денниса Роу, он получил предложение присоединиться к их саундсистеме Saxon, расширив состав, в который уже входили Питер Кинг, Smiley Culture, Maxi Priest и Papa Levi.

В 1984 году песня Леви «Mi God Mi King» заняла первое место в ямайских чартах, став первой британской регги-записью, которой удалось это сделать. Стиль «fast chat» был подхвачен как на Ямайке, так и в Великобритании, где он стал доминирующим. Британское регги быстро развивалось: Smiley Culture выпустил два британских хита, в том числе глоссарий ямайского/лондонского сленга «Cockney Translation».

Типпа рассказывает о появлении fast chat: «Я думаю, это были танцы в Брокли, и Питер Кинг начал болтать — он ускорил темп, и место сошло с ума. Все говорили: «Это что-то новенькое, это свежо». Диджеи с Ямайки были более спокойными, и мы решили, что это может быть нашим стилем». Saxon были популярны в 80-х. Типпа говорит: «Мы повернули все так, что люди на Карибах стали следить за тем, что происходит здесь. Такого еще не было. Это было особенное время, когда многие знаменитые артисты с Ямайки пересказывали наши тексты. Я ходил на такие шоу, как Reggae Sunsplash, и видел, как Yellowman на самом деле поет наши песни. Это было захватывающе».

Ital Rockers — Ital’s Anthem / 1990
К 80-м годам саунд системы звучали по всей стране, и практически каждый крупный город мог похвастаться горсткой команд. В Манчестере — Megatone, Ноттингеме — Top Notch, Дерби — First Class, Рединге — Resident, Ковентри — Mackabee и Бирмингеме -Quaker City, и, конечно, в Лондоне была самая высокая концентрация. Fatman Hifi работал в Тоттенхэме, Coxsone проводил еженедельную резиденцию в Далстоне, King Tubby’s играл в Брикстоне.

«Это была черная культура, а потом, в 90-х, она начала распространяться. Теперь это массово, теперь это по всему миру. Мы пробудили в людях любовь и эту культуру саунд-систем», — сказал Iration журналу DJ Mag. Никто не мог предположить, что в середине 80-х годов он сделает такую карьеру. «Я был просто молодым человеком, наблюдавшим за старшими», — делится Iration на лидском наречии. «Я покупал музыку в Лидсе, Манчестере, Лондоне — в те времена нужно было ехать на машине, ехать на поезде, ехать в автобусе, встречаться с кем-то, чтобы получить музыку». Поощряемый старейшинами к созданию собственного звучания, Ирейшн вместе с Сэмом Мэйсоном организовал группу Ital Rockers, которая играла рокстеди, любвеобильный рок, хип-хоп, соул, даб, хаус — и выпустила такие классические записи, как «Ital’s Anthem» и «One Day».

Iration Steppas — сугубо дабовый коллектив — появился на свет в конце 80-х и проводил знаменитые вечера SubDub в Вест-индийском общественном центре Лидса. «Все, кто есть сейчас — Мала, Скрим, Бенга, Хатча — все они были представлены на SubDub».

Но когда на сцену вышел джангл, даб с трудом выдержал конкуренцию. Iration, Aba Shanti-I и Jah Shaka поддерживали флаг даба, в то время как многие другие покинули сцену. Однако не только появление нового жанра ослабило звуковое племя. Пресечение DIY-вечеринок и рейвов на открытом воздухе вынуждало посетителей идти в клубы, а эти заведения отказывались от заказа звука в пользу установленных PA-систем.

«Мы больше не могли брать с собой на концерты большие double boxes. Людям не нужна была команда из шести диджеев и звуковая система. Это становилось коммерческим. Первые саунд системы имели скромное происхождение — оборудование передавалось от одного члена семьи к другому или медленно собиралось из купленных или одолженных материалов. Дискотеки, они практически вытеснили звуковые системы».

И тут к месту цитата кажется Бовелла: «Чем выше частота звука, тем больнее он бьет и тем больше вероятность того, что он убьет вас или уничтожит слух! Много высоких частот в сочетании с алкоголем или наркотиками порождают гнев, «и это причиняет много горя молодым людям, потому что они злятся, не зная почему». Бас — основа и его не было бы без саунд систем.

Лично для меня ключевым в этой истории является комьюнити. Как сказал управляющий системой Shock Зеферин Сент: «Незнаю, достаточно ли об этом говорят, но это братство, оно становится твоей второй семьей. Вы спорите, вы обнимаетесь, вы любите. Это работает так же, как и любая другая семья, потому что вы проводите друг с другом так много времени, и в музыкальном плане растете друг с другом».

Алина Гуткина, май 2025, PJDN