Звонкий, радостный смех, не замешанный на красках горького опыта суровой жизни, вдруг смолк. Такая перемена сразу насторожила меня — ну, оно и неудивительно. В моём мозге, очерствевшем за годы жизни, всегда проигрываются только негативные сценарии.

Так, под столом? Нет.

В шкафу? Пусто.

За шторой? Ну конечно. Так нелепо может спрятаться только чистое сознание, не ведающее, что мир уже начал пожирать его.

Раздвигаю шторы. Там, у тёплой батареи, стоит Ангел. Настоящий Ангел из света, только без крыльев. Может, это особая раса ангелов? Я не знаю. От его улыбки невозможно оторваться. Он резко закрывает ладонями лицо — так часто делают дети, — и я всё равно вижу его улыбку сквозь пальцы из света.

Я бы вечно смотрел на него, греясь в лучах любви, но меня начинает тянуть назад. Скрюченные, холодные пальцы выворачивают меня через звук будильника. Я всё ещё чувствую тепло, но оно уже ускользает.

Зябко. Самое главное в этом искусственном холоде — не пускать в поток своих мыслей проблемы, накопившиеся годами. Сорок восемь лет прожить — и нихера не понять, как и для чего мы живём. Это цена выхода за пределы инстинктов.

Три года назад я освоил удивительную профессию сварщика. Маска скрывает лицо, как раньше шторы скрывали Ангела. Вчера я случайно услышал, как один человек с добрыми глазами сказал о людях этой профессии: «Жизнь за маской».

И вдруг я подумал: может, все те, кто идёт работать сварщиком, просто не хотят, чтобы их нашли. Или помнят, как когда-то играли в прятки с Ангелом.