Donate
Art

Свобода, сестринство, равенство — как создавался визуальный стиль «Эгалите»

politics.png03/09/23 15:211.5K🔥

Журнал Эгалите — независимое анархистское издание, открывшееся в Саратове в 2020 году. Я поговорил с основатель_ницами Сашей Мигурским и Сашей Пушной о том, как складывался визуальный стиль журнала, что значит ежедневная работа в самиздате, с какими трудностями приходится сталкиваться и что значит е‌galitе‌ сегодня.

Саша Пшёнкин

Итак, давайте начнём с простого: как появился ваш логотип, кто его придумал, и что за шрифт вы используете в нём?

Саша Мигурский: Логотип журнала был придуман нашей бывшей верстальщицей Вероникой Силантьевой во время работы над первым номерным выпуском. Подобное начертание названия можно встретить в титрах фильма «Невидимая жизнь Эвридики» (2019) бразильского квир-режиссера Карима Айнуза. Этот шрифт идеально сочетался с органистической поэтикой картины и тогда еще формировавшегося журнала. Время показало, что выбор был верный.

Кто следит за стилем и принимает решения?

Саша Пушная: Так вышло, что существующая на сегодняшний день редакция — это коллектив людей, который берётся за те задачи, которые интересны каждому из участников. Как-то весной 2020 года в жизнь эгалитян ворвались тексты французских анархо-индивидуалистов, отозвавшиеся в каждом из нас. Сейчас объясню: если вы создаете нечто осязаемое вместе, доверяете друг другу, невольно влияете на техники и почерк друг друга, то рано или поздно вы обнаружите, что процесс принятие решений становиться творчеством, а не чисто технической задачей с чётко распределенными обязанностями, которые часто ведут к слепому следованию формату. Наше главное негласное правило я бы выразила следующим образом: устаканился формат — наступает время ломать и ронять. Конечно, большую часть поточных задач по дизайну публикаций выполняю я, так как берегу своих коллегинь от этой необходимости вечно бороться с беспощадными алгоритмами интернета. А вот работа над вёрсткой, иллюстрациями, обложкой — это всегда труд совместный. Основа сложившегося стиля — доверие и постоянные вылазки на неизведанные нами ранее территории.

Саша Мигурский: Стиль вырабатывается совместно. Конечно, на ранних этапах работы собираются референсы, определяются визуальные ориентиры. Но как только появляются готовые тексты — первоначальные решения могут быть отвергнуты, пересмотрены или изобретены заново без оглядки на предыдущий визуальный опыт. Это делается для того, чтобы иллюстрации и вёрстка соответствовали характеру выпуска.

Мы долго учились делать всё сообща, чтобы не растворить в коллективных формах труда творческую автономию и индивидуальные стили всех участников. Например, такой сложный процесс как вёрстка — когда выполняется в одиночку — занимает много времени и сил. Сократить время вёрстки нам помогают совместные созвоны в ZOOM’е: за несколько сессий по 5-6 часов нам удаётся обдумать и решить, как статьи, рисунки и сопутствующие элементы будут расположены на страницах будущего номера. И благодаря общим усилиям вёрстка 100-страничного журнала оказывается закончена за 2-3 дня. Напротив, иллюстрирование статей остаётся делом индивидуальным. Последующий обмен рисунками помогает обнаружить точки соприкосновения, невыраженные ранее интуиции, — в символах, сюжетах, цветах, линиях — возникшие благодаря внимательному чтению материалов. Мы доверяем вкусу друг друга, учимся читать скрытые бессознательные послания в наших работах. Если однажды состоится выставка работ художниц и художников Эгалите, нам будет очень легко составить каталог и написать ко всем рисункам комментарии.

Иллюстрация из соцсетей Эгалите
Иллюстрация из соцсетей Эгалите

Для вас важно делать красивый дизайн?

Саша Пушная: (Отвечу за себя) Да. Зачем политическому действию отказывать в эстетике? Если в том, что вы делаете прямо сейчас нет красоты ваших желаний и стремлений, нет красоты мышления, нет красоты созерцания, то кому это вообще надо? Разве что бюрократам и политиканам. Опустим дискуссию об определении красоты в политическом дизайне. Мы утонем во множестве подходов. Одно знаю точно — для команды людей, занимающихся визуалом в Эгалите, важен баланс между рукотворным и техническим. Где-то на стыке возникает пространство воображения.

Саша Мигурский: Оскар Уайльд, которого считали эстетическим (и этическим, чего уж там) террористом своего времени, верил, что красота — единственное явление в мире, которое не поддается подсчёту и капитализации. В условиях позднего капитализма вряд ли можно серьёзно относится к подобным наивным суждениям, особенно, если вы заядлый марксист. Тем не менее красота, понимаемая платонически (как соотношение между эйдосом, вещью и идеей вещи), всё ещё преследует нас и заставляет поражаться самым, казалось бы, странным вещам. Для меня радикальная политика сегодня заключается в определении границ, поиске стыков между мирами и выходе за пределы дозволенного системой. Часто радикальные политические решения многие считают бессмысленными и глупыми, слишком опасными и недостаточно зрелыми. Прямое действие или уход в лес, пацифизм или пропаганда делом, консенсус или индивидуальная борьба — всё это, с точки зрения эстетики, может быть красивым, цельным, возвышенным, но непрактичным для «реальной политики». Красота рождается в соответствии внутреннего и внешнего. Без этого соответствия мы вряд ли когда-то получим ответственную политику на любом уровне. А раз красота требует принципов, то быть ей верным значит преследовать радикальные цели и добиваться их соответствующими средствами.

Какова роль эстетики в вашей повседневной жизни?

Саша Пушная: Даже в комнату в общежитии для беженцев из Украины покупала цветы. Когда ты перманентно детерминируешь своё существование экономической необходимостью и живёшь на гроши, то самым большим богатством оказываются твои собственные таланты и взгляд, способные раскрасить даже самую неприглядную действительность. Я выросла в одном из самых красивых городов, в которых схлестнулись самые передовые идеи своего времени и бесконечная потребность в прекрасном, будь это красота искусственной или природной материи.

Саша Мигурский: Эстетическому (точнее сказать, художественному, деятельному) восприятию реальности меня учит Саша. Самостоятельно я бы вряд ли смог понять такой образ жизни. Я выходец из семьи рабочего класса, живший долгое время в деревне и перенявший от этой среды любовь к простоте, функциональности и удобству. Мой самый главный источник вдохновения — природа во всей её хтонической и интеллектуальной самости. Но даже близость к природе не всегда обостряет чувства. Современному человеку, заложнику культуры, нужно в быту сталкиваться с чем-то более сложным, не в техническом, а в эстетическом плане, чтобы войти в интенсивный контакт с мирами живых и неживых существ. Без привычки бесцельно «залипать» на красивые вещи, учиться понимать материю в её феноменальности, мы многое теряем и вместо этого привыкаем мыслить инструментально, не участливо. Ответственное участие в бытие материального мира — это творчество, формирующее понимание того, как вещи и люди зависят друг от друга, как овеществлённый труд превращается в социальные отношения, создавая тела и смыслы. Именно так понимали эстетику пролетарские художники и ремесленники, участвовавшие в работе Первого Интернационала и Парижской Коммуны. Даже мой опыт показывает, как далеки сегодняшние представление пролетариата от представлений тех, кто боролся за социальную эмансипацию и равенство больше 150 лет назад и был лишен большинства материальных благ, которыми обладаем мы.

Я постоянно размышляю над этим. И пока я трачу время, там, где бы мы с Сашей не оказались, появляются красивые скатерти, вазы, ветки мяты… И пространства перестают быть чужими.


Низовая самоорганизация (апрель 2020)

В нулевом выпуске Эгалите, кажется, нет обложки и иллюстраций. С Низовой самоорганизации журнал начинает обретать стиль. Вы помните что-нибудь о том времени? Как создавалась обложка?

Саша Пушная: В нулевом выпуске были и обложка и даже какие-то изображения. Существуют даже счастливчики, у которых есть нулевой в печатном виде, но это прям эксклюзив, так как печатался он за деньги редактора чуть ли не штучно.

Я помню всё до мельчайших подробностей о времени «Низовой». К созданию журнала подключилась чуть ли ни в последний момент. Тогда возможность сделать обложку первого выпуска совпала с желанием личного освобождения. В феврале 2020 года были вынесены приговоры по делу «Сети». Моя частная жизнь столкнулась тогда с трудностями, требовавшими чисто анархистского жеста. На горизонте еще замаячил ковидный карантин. Так что глаз, сеть, разбитые стекла, красные антропоморфные человечки, чувство тотальности слежки — я вам дала почти все ключики к первой обложке. Как создавалась? Руки, карандаш koh-i-noor 5B, акварель «Невская палитра» — всё просто. Мы тогда решили, что традиционный для левых «злой дизайн» не работает. Нужны были акварель и легкость.

Та самая обложка эксклюзивного Нулевого выпуска
Та самая обложка эксклюзивного Нулевого выпуска

Саша Мигурский: Обложку для «Нулевого номера» сделал наш хороший друг Илья Вязбук — разработчик игр, марксистский активист и теоретик. Несмотря на то, что она совсем не похожа по стилю на последующие обложки, в ней уже есть что-то техно-сюрреалистическое, тревожное, беспокойное, что, нет-нет, да и вновь вырвется наружу. Еще иллюстрации Ильи можно увидеть в «Социализме и религии» в интервью Александра Шубина.


Социализм и религия (июль 2020)

Простите, снова спрошу, как появилась обложка?

Саша Мигурский: Обложку второго номера сделала Вероника Силантьева. Мы много обсуждали с ней, что можно нарисовать и пришли к тому, что образ рыб в воде хорошо отражает идею номера. Мы хотели порвать с христианской иконографией, потому выбрали японских карпов. Они, как известно, довольно сильные существа, способные плыть против течения в горных реках и водопадах. У японцев карп является символом воли к духовной победе. Карпы на обложке образуют союз волевых существ. Как это соотносится с социализмом и религией — решайте сами.

Начиная с «Социализма и религии» в Эгалите появляются чёрно-красные коллажи. Спустя три года, что вы думаете об этой эстетике?

Саша Пушная: Большая часть коллажей создавалась мной буквально на телефоне. Понимаете, это же магия, когда появляются какие-то решения, которые ты принимаешь, исходя из необходимости, возможностей, сроков и твоих эстетических взглядов, а в конечном счёте получается то, что в здравом рассудке ты никогда бы ни сделала. Чёрно-красную эстетику можно ругать, но открою вам секрет: именно из этого первого номера с коллажами читатели начали брать референсы для татуировок.

Саша Мигурский: Отвечу на этот вопрос анекдотом (прошлое всегда смотрит на нас с нескрываемой иронией). Многие визуальные решения были в тот период детерминированы возможными затратами на печать; а нам не хотелось делать чёрно-белый журнал. Почему-то мы тогда решили, что добавление одного цвета в общую палитру — это выход. Мы ведь не полный набор цветов используем, верно? Видимо, наши печатники, очень тепло принявшие журнал, решили пойти на поводу у молодых безумцев — и не взвинтили цену. Так журнал стал чёрно-красным. А потом мы устали от такой цветовой схемы. Она больше не отвечает ни духу, ни задачам, которые с началом войны встали перед нами.

Иллюстрации из выпуска «Социализм и религия»
Иллюстрации из выпуска «Социализм и религия»

Преодолевая капитализм (февраль, 2021)

На первых страницах «Преодолевая капитализм» появляются акварельные рисунки Саши Пушной. Здесь хочется услышать её комментарий/отношение к акварели, чернилам и хенд-мэйду.

Саша Пушная: Исполняю желание! Вы же все видели pinterest? Вот от этого чувства вездесущего digital и бесконечно повторяемых мотивов позволяют избавиться блуждания карандашом, пером или кистью по бумаге. Кажется, что техника и soft освобождают нас от множества проблем, но, на мой взгляд, это ловушка. К тому же, как уже было сказано выше, иллюстрируя журнал, мы стараемся вплетать образы в текст, а некоторые тексты настолько самодостаточны, что рисунок начинает скорее выполнять роль комментария. Как некоторая выжимка-чувство из прочтения и внимания к ходу мысли автора рисунок начинает обретать новую фактуру и перестает быть просто декоративным элементом.

Когда создавались второй и третий выпуски, я постоянно находилась в состоянии перемещения. В таких условиях оказалось, что нет ничего лучше, чем брошенные в рюкзак ручки, чернила, перья, карандаши, пара кистей и всё та же акварель. Бумагу иногда приходилось тащить из запасов сестры. Кстати, её рисунки тоже есть в «Преодолевая капитализм». Однажды мы шли с ней из магазина, и Маруся разложила мне подробную политэкономию шоколада Milka, поэтому иллюстраторы чаще всего в Эгалите дотошные и подкованные. А ещё на момент работы над этим выпуском к нам присоединилась Звеня. С ней мы нашли почти полное взаимопонимание и началось наше сотворчество, не отменяющее ни индивидуального видения друг друга, ни вложенных в работу интеллектуальных чувств и эмоциональных сил.

Я верю, что традиционную иллюстрацию ничего не убьёт, не обесценит. Как и печатные книги, журналы и даже плакаты. В защиту традиционного рисования могу ещё добавить — опыт блэкаута и беженства доказывают не просто жизнеспособность олдскульного подхода к творчеству, но и некоторую необходимость в нём.

Создание иллюстрации к выпуску «Преодолевая капитализм»
Создание иллюстрации к выпуску «Преодолевая капитализм»
Иллюстрации Саши Пушной из выпуска «Преодолевая капитализм»
Иллюстрации Саши Пушной из выпуска «Преодолевая капитализм»

А кто рисовал эти минималистичные рисунки?

Иллюстрации Саши Пушной из выпуска «Преодолевая капитализм»
Иллюстрации Саши Пушной из выпуска «Преодолевая капитализм»

Саша Пушная: Я. Мы очень долго складывали этот номер. Надо было экстренно рисовать очень много иллюстраций. Иногда нам приходится заниматься самоэксплуатацией, и тогда вы получаете целый журнал, в котором порядка 60 ваших каракулей. Это ли ни чудо?

Мне до сих пор обложка «Преодолевая капитализм» кажется лучшей у Эгалите. А какая ваша любимая?

Саша Мигурский: Трудно ответить на этот вопрос. С каждой связано множество ассоциаций, каждая отражает уникальные решения художниц, в чём-то они отражают дух времени — интеллектуальную жизнь молодых постсоветских социалистов, столь бурно расцветшую в сети и в небольших кружках в начале двадцатых годов. Мне до сих пор кажется, что обложки Эгалите вызывают те же эмоции, что и обложки комиксов — их хочется коллекционировать, ими любуешься, изучаешь снова и снова, как письма с одними инициалами, благодаря чему они образуют код. Знаем ли мы от чего он? Нет. Война прервала линию развития. Сейчас Эгалите сильно изменился. Куда дальше приведут нас поиски ответов на тревожащие и разрывающие на части вопросы — трудно предположить. Ещё одна загадка. Ещё одна игра.

Саша Пушная: К слову, обложки — это самая трудная часть работы над визуальным кодом журнала. Сначала вы думаете, что серийность важна, потом всех участников команды накрывает хтоническая апатия и вы выпускаете чёрный выпуск о боли, рискуя быть похожими на moloko plus. Плевать! Нам было больно, тяжело, мы тогда много говорили о том, что грядет конфликт, поэтому принимается решение делать тёмную обложку. У меня нет любимых обложек, я влюблена в процесс создания каждого выпуска. Это со временем оказывается самым дорогим и важным, а не ожидания читателей.


Болевой порог (август-октябрь 2021)

Расскажите, какие чувства вы испытываете к этому выпуску?

Саша Пушная: «Болевой порог» создавался в патологически болезненных обстоятельствах. Боль не абстрактна, а вполне материальна, поэтому отдельным тропом стали фотографии Звени. По сей день считаю, что в этом выпуске мы многое предвидели, потому что создавался он почти интуитивно. В нём мы критиковали коллективизм толпы и воспели сообщество, способное быть достаточно эмпатичным, чтобы понять, что без взаимопомощи мы просто не выживем. Добро пожаловать в 2023 год! Уверяю, что многие из наших ментальных ран носят чисто социальный характер, поэтому «Болевой» стал одним из самых прозорливых.

Саша Мигурский: «Болевой порог» стал для нас во всех смыслах переломным. Казалось, что Эгалите не выберется: распался первоначальный состав, были потеряны политические ориентиры, усиливались конфликты с другими левыми группами. Разрушительное время как будто бы требовало большей радикальности, а мы встречали только соглашательство и буквоедство. Чувство изоляции, одиночества и невидимых границ диктовало тему. Мы пытались понять, как психологические расстройства стали важным фактором политики. Существующие в левой среде объяснения не устраивали нас — в них ясно присутствовал культ травмы. Но резко сепарироваться от не устраивающей нас левой сцены было гораздо сложнее, чем казалось. Этот процесс завершился только сейчас. Важно, что мы решили больше не скрывать своего анархизма — и это нам помогло найти ответы на волновавшие вопросы. Не на все, отнюдь, но на многие. Поменялся стиль, поменялись акценты, были поставлены новые задачи. А потом началась война — и нам пришлось заново собирать себя в новых условиях, еще тяжелее, чем раньше, но с опытом чуда коллективного творчества за плечами.

Звенислава Альпидовская о съёмке, которая стала лицом «Болевого порога».
Звенислава Альпидовская о съёмке, которая стала лицом «Болевого порога».

В этом выпуске вы обновили вёрстку, шрифты, стали использовать фотографии как акцент, Звеня и Саша отточили свои стили в рисунке. Кажется, что всё совпало, и это было очень удачное время для журнала. Кто-то руководил этой удачей? Или всё произошло само собой.

Саша Пушная: Удачей можно его назвать, наблюдая со стороны уже результат. На самом же деле, он был одним из самых проблемных в истории коллектива. Выходом стало принятое решение ни в чём себя не ограничивать. Я тогда настаивала, что журналу не хватает чувственности, что многие проблемы не могут быть препарированы языком одной лишь левой критики. Попробуйте рассказать о том, что у вас саднит прямо сейчас языком передовой теории и вы получите бездушную нелепицу.

Иллюстрации Звениславы Альпидовской к выпуску «Болевой порог»
Иллюстрации Звениславы Альпидовской к выпуску «Болевой порог»

Как в тот момент вы распределяли роли? Расскажите о вкладе Саши Роговой, Наташи Васильевой.

Саша Пушная: Проще простого. Ты встречаешь на просторах интернета кого-то очень талантливого или этот удивительный талантливый человек пишет тебе сам. А дальше каждый выбирает себе текст по нраву. Одно из ключевых правил — не работать с тем, что тебе не нравится, не близко. Так познакомились и с Сашей Роговой, за творчеством которой следим по сей день.

Наташа Васильева присоединилась к нам ещё на этапе вёрстки «Преодолевая капитализм», она появилась как волшебный помощник, а во время работы случилась любовь. Когда ты видишь, как работает человек, как он принимает решения в короткие сроки, как мыслит, чем живёт, тогда не остается ничего, кроме возникновения абсолютного доверия. Именно возникшее доверие позволило дать зелёный свет любым Наташиным экспериментам в выборе новых шрифтов, распределения текста, сносок и прочего. Будучи очень скромным человеком, она таит в себе такое количество творческого, яростного и радикального, что трудно устоять. Порой я втихаря захожу на страничку-кладовку её рисунков и могу на несколько часов там утонуть. То же касается и Звени, и Саши Роговой.

Иллюстрации Саши Роговой к выпуску «Болевой порог»
Иллюстрации Саши Роговой к выпуску «Болевой порог»

Человек после общества (январь, 2022)

Какая идея стояла за оформлением этой книги?

Саша Пушная: Всё просто, как и всегда: у вас есть всё та же «Невская палитра» и пару обрывков хорошей акварельной бумаги — бинго! Вы можете сделать обложку, подобную этой, если в дороге найдете стол или пол, на которых можно рисовать. Хотелось вернуть нас всех к свежести первых преимущественно белых выпусков Эгалите. Тексты анархо-индивидуалистов Франции представляют собой, помимо прочего, еще и интереснейший срез рефлексии над происходящими трансформациями общества на сломе эпох. Эти цветные треугольники, многогранники мне напоминают разбитые витражи. Переход к модерну, который звучит почти так же, как звон стекла, разбивающегося взрывной волной.


Революционные письма (январь, 2023)

Поделитесь впечатлениями от ручной сборки журнала.

Саша Пушная: Кровь, порезы, мозоли и сломанные иглы. Это лучшее, что я делала руками за всю свою жизнь. Когда сшиваешь каждый экземпляр, думаешь о конкретном читателе, который будет держать его в руках. Так сокращается расстояние. Эдакое неотчуждённое производство. Невольно задумываешься о временах мануфактур. Главное, чтобы следующим нашим решением не стал ручной набор текста. Кстати, оттенок ленты для лиссе выбирался в бегах по тбилисским закромам в переходах. Обратите внимание, что этот черный отливает нужным холодным синим, перекликаясь со «Strawberry thief» Уильяма Морриса. Крадите украденное!

«Strawberry thief» Уильяма Морриса
«Strawberry thief» Уильяма Морриса

Саша Мигурский: Ручная сборка — очень сложное занятие, особенно когда вы хотите добиться относительно хорошего качества книги или журнала. Требуется высокая концентрация, нужно оттачивать умения сшивать, резать, клеить, чтобы минимизировать ошибки. Мы посмотрели огромное количество обучающих видео, долго подбирали бумагу, пытались понять, что делать с обложкой, много-много экспериментировали, пока не добились приблизительно того, чего хотелось. На этапе конструирования было много слез и скепсиса, но результат оправдал себя.

Осталось ли у вас желание продолжать эксперименты в этой области?

Саша Пушная: Однозначно! Я уже смотрю, как делать открытый корешок.

Саша Мигурский: Пока не кончится война, Эгалите будет делаться вручную. Для нас это очень важно. Мы хотим ещё сильнее сблизиться с читателями, подарить тем, кто нуждается в словах поддержки не только тексты, но и часть своего труда и внимания. Этот труд так мал по сравнению с тем, который ждёт нас в дальнейшем, когда настанет время разбираться с чудовищными последствиями войны, что и не хочется его проблематизировать. К следующему номеру мы постараемся придумать как сделать крепче обложку, возможно, освоим пару новых переплётов… Или пошлём всё к чёрту и переизобретём всю конструкцию заново!

Революционные письма
Революционные письма

Я не знаком с этим выпуском подробно. Кто работал над его визуалом?

Саша Пушная: Надо было написать и затребовать с нас электронную версию под честное пионерское! Наверное, «Революционные письма» с точки зрения количества людей, вовлечённых в создание визуала, пока самый разнообразный. В нём можно найти иллюстрации даже одного из авторов и нового соредактора Никиты Белобородова, Zhurk вообще рисовала, будучи в Индии, и нам понадобилось почти два дня, чтобы дождаться просто загрузки файлов с её иллюстрациями. А за оформление интервью с Джоном Зерзаном взялась замечательная художница Маруся Белоусова, подарившая нам антропоморфиев, которые сняли галстуки и отдались вихрю примитивизма. Звеня как всегда добавила необходимого нового фотоэкспрессионизма, ну, а меня поглотило изобретение и освоение сборки журнала, так что была как всегда банальна — акварель, графика и вырезание голов умных мужиков типа Линча и Жижека с последующей порчей маркером.

Иллюстрации из выпуска Революционные письма
Иллюстрации из выпуска Революционные письма

ЭГАЛИТÉ FASHION (февраль, 2023)

Почему о моде на отдельном канале?

Саша Пушная: Александр, ну, вы же не первый день занимаетесь дизайном для политических низовых инициатив! Представляете, сколько пришлось бы объяснять, почему о моде, дизайне и прочей нечисти стоит писать и говорить. К тому же мне все ещё хочется сохранить некоторую интимность этого начинания, пока начитываю кучу литературы, прежде чем сделать из этого что-то посерьёзней. В том числе время от времени читаю и откровенный шлак из мира гламура, а не только Барта. Мне интересно, что такое современный язык топ-менеджеров мира моды и каким именно образом он маскирует идеологию. Основной канал Эгалите решила же не засорять рассказами о кепке Ленина, рукавах Крупской и блумерсах одной суфражистки.

** ** **

Лекции на Траве, Прожектор…Что ещё у вас в планах? Поделитесь эмоциями от эмиграции. Поменялась ли ваша эстетика в новом месте?

Саша Мигурский: …вы ещё про лекторий Умвельт не знаете (в таком виде Лекции на траве жили под крышей арт-пространства Punji прошлой осенью)! Сейчас мы в большей степени занимаемся печатными делами. Хотим запустить несколько книжных серий, доделать новый журнал Туве, до конца года справиться со следующим Эгалите… Важно продолжать политическую работу, беречь любимых и близких, иначе эмиграция теряет всякий смысл.

Травма войны постоянно догоняет, вводит в состояние растерянности, неуверенности и отчаяния. Долгие периоды времени тратятся на элементарную регенерацию. А заботиться о себе крайне трудно, поскольку жизнь в эмиграции вынуждает двигаться еще быстрее, чем раньше. Многие приехавшие выгорают и просто влачат бесцельное существование, подтачивающее психику и волю. В работе мы спасаемся, надеясь через неё обрести больше инструментов, с помощью которых можно будет активнее участвовать в общественных инициативах, помогающих пострадавшим от войны. Кроме того, разнообразие проектов помогло нам создать сообщество людей ищущих ответов на насущные политические вопросы. Большая часть из них — вовсе не радикалы. Быть среди неравнодушных и деятельных — это уже огромная удача. Как показали грузинские протесты, люди, даже оставаясь в оборонительной позиции, все ещё способны удивлять.

Саша Пушная: В планах свержение режима и киноиздание. Честно сказать, я совсем не справляюсь и не могу осознать, что мой дом уничтожают. И смиряться с этим не собираюсь. Периодически на страничках моих соцсетей вы можете наблюдать гневные потоки ярости. Особенно разочаровал очередной раскол раскола. Сидя в бомбоубежище, получила текст коллективного заявления российских левых с предложением что-то добавить. Знаете, в такие моменты многое переосмысляешь. Но застыть в ужасе сейчас в равной степени преступно, так как наше недеяние и отсутствие развития только утверждает тотальность мертвенного. Тем, кто возможно будет читать это интервью, хочу напомнить, что ярость тоже даёт энергию, достаточно только включиться в созидающее ненасильственное для себя сейчас коллективное сотворчество.

Это не первая эмиграция в моей жизни. И боюсь, что не последняя. В дороге твой взгляд становиться острее, социальное наше положение и глобальный капитализм начинаешь воспринимать как унифицирующую смертоносную гадюку. И тогда голую жизнь из трудов Агамбена начинаешь примерять как повседневное облачение, пока не приходит осознание, что это теперь твоя кожа.

Эстетическое чувство тоже может вести тебя по жизни, когда оно произрастает из подлинного проживания, и тогда неважно, где ты оказался. Важно бороться за свою целостность, потому что именно потерянными и сбитыми с толку мы представляем собой самую лучшую жертву для тех, кто мыслит только ракетами и пошлостью. Пространство способно влиять на нас, но что это за либертарий, который не пытается утверждать обратного? Доверяй чувству, не сдавайся, а между одним и другим не забывай про карандаши в твоей котомке.

Афиши Эгалите
Афиши Эгалите

Кем вы вдохновляетесь?

Саша Мигурский: Американский радикальный самиздат постоянно вдохновляет меня: CrimethInc, Anarchy: A Journal of Desire Armed, Green Anarchy, The Reservoir и многие другие журналы… На Революционные письма огромное влияние оказал зин Агора кооператива Компост.

Приятно видеть, что самоорганизованные коллективы возвращаются к самиздату в условиях, когда только медийная видимость создает социальный капитал. Опять же, принципиальность резонирует с объективными опасностями — и часто самодельные издание начинают поражать своей технической изобретательностью и интеллектуальным содержанием. Зины — это изящная маскировка перед лицом массовой слежки. Её, вместе с положениями дзен и искусством ухода за инструментами самозащиты, следует освоить каждому, кто продолжает агитировать вести повстанческую борьбу за лучший мир.

Саша Пушная: Банка мелатонина, дети и цветы, которые всегда будут лучше пуль.

18.06.23

politics.png в телеграме

Author

Nikita Voloshin
Эгалите
Comment
Share

Building solidarity beyond borders. Everybody can contribute

Syg.ma is a community-run multilingual media platform and translocal archive.
Since 2014, researchers, artists, collectives, and cultural institutions have been publishing their work here

About