Donate

Георгий Победоносец

Vachegin Danil24/05/18 12:091K🔥
У меня есть друг — Костян. Мы с ним в одной школе учились.
У меня есть друг — Костян. Мы с ним в одной школе учились.

Это старое доброе драматургическое полотно является одним из краеугольных камней парадигмы существования как Человека-метамодерна в частности, так и всей природы времени вокруг. На днях я выяснил, что многие молодые адепты, прости господи, метамодерна даже не подозревают о существовании этого догматического текста. Поэтому, максимально кратко, пересказываю его здесь:

У меня есть друг — Костян. Мы с ним в одной школе учились. Только после девятого класса я пошел в техникум, а он в философско-богословскую гимназию. Потом он уехал к отцу в Германию, потом контрактником в Дагестан, потом приехал в Питер и работал водителем на скорой помощи. И мы с ним обычно раз в полгода так видимся на улице, типа, — О, привет — привет. А он всегда был такой, — пацанчик-пацанчик. Меня чуть ниже ростом.

И вот, как-то мы с ним встречаемся на Невском проспекте. Он ещё одет как-то так…солидно как-то. Говорит мне:

— О, привет. Пойдём кофе попьем!

Мы заходим в кинотеатр художественный, сидим там, кофе пьем, и он спрашивает:

— Слушай, друг, ты же продюсер.

— Да, я продюсер. Давай рассказывай, что у тебя там?

— Я тут вписался в такую тему. Ты знаешь про греческую церковь, которая была у нас тут на райончике?

Ну конечно знаю, — на месте БКЗ Октябрьского стояла греческая церковь. Появилась она в 61-м году. Когда была Крымская война, первая осада Севастополя и так далее… Мы в Греции подняли восстание против Османской империи. Ну греки думали тогда, что мы их освободим, а мы их не освободили и турки-османы могли всех этих лидеров восстания замочить. И греки эти сказали Александру Второму, что, мол, батька твой нас спровоцировал на восстание, а теперь мы не знаем, что нам делать — можно мы приедем в Петербург? Александр Второй сказал, — ну, мол, приезжайте. Выделил им место, где жить.

Собственно, почему сейчас у нас есть Греческий проспект, десять Рождественских улиц, теперь они Советские. Там жила греческая община, и теперь, кстати, живёт, фрагментарно. И в 61-м году построили деревянную, кажется, церковь, а потом, когда мы освободили в 76-77 Балканские страны, там уже построили каменную церковь. Церковь была маленькая, с византийским куполом, не с круглым русским, а таким — сферическим. Она даже не нарушала высотный регламент и была одной высоты с соседней больницей Раухфуса. Она была настолько маленькая, что её в 20-е годы даже не взорвали. Службы в ней шли вплоть до 1938 года. Во Вторую Мировую войну её побомбили, потом восстанавливать не стали, а в 1964 году снесли, чтобы построить в 67-м БКЗ Октябрьский.

— Кость, ну что ты мне всё это рассказываешь, я это всё и так знаю. Мы ж с одного райончика…

— Да подожди, ты! Я сейчас работаю с этой греческой общиной по поводу восстановления этой церкви.

— Вы БКЗ сносить будете что ли?

— Нет, конечно. У греческой общины есть идея построить эту церковь прямо на парковке! Прямо перед БКЗ.

Ты понимаешь какое это нарушение перспективы! Церковь, а потом БКЗ! Тем более, что нам всем парковаться негде будет. Мы же там все паркуемся. Дворы то маленькие, а машин теперь у нас всех много. Это вообще единственная парковка в центре города.

— Подожди, подожди, подожди ты со своей парковкой в центре города… Я веду этот проект по поводу связей с общественностью.

— Костя, я с религией не работаю!

— Да подожди, ты! Я просто… в этом деле новичок, но я понимаю, что можно там всем газетам проплатить и так далее, но это не сработает! У нас люди не верят газетам. А мне хочется, чтобы было… такое вот… сочувствие, что ли… среди жителей нашего района… мы же здесь выросли. Чтобы эти 15-20 тысяч человек, которые живут вокруг этой церкви просто знали, что эта церковь была, что она… неважно будет она восстановлена или не будет… чтобы было такое соучастие…

На самом деле он прав абсолютно и меня эта идея… Да, в принципе, Костя, ты прав, но… я не знаю как это сделать…

— Да я тоже не знаю… Я создал группу в контакте, но за три месяца туда вступило 17 человек…

— Ну понятное дело. На хрен кому это надо… Но всё равно, Костя, я с религией не работаю!

— Ну если будут идеи, то позвони…

— Да, да, хорошо…

Я хожу и думаю, что делать… штука-то такая… задача-то интересная, но я с религией не работаю… Я не работаю с религией и научной фантастикой… Мне и так хватает всех этих… сказок!

Ладно, допустим… Представим так, что я работаю с религией! Ну как я работаю с религией… Я никогда не работал с религией! Ну потому что… Я не знаю как это… Работать с религией. Я слишком по-востоковедчески к этому отношусь… И с другой стороны я не работаю с научной фантастикой… Ну клин-клином вышибают… Соответственно, если я не работаю с религией и с научной фантастикой, значит — я должен работать с религией, методами научной фантастики!

Вот тупо! Какой мой самый любимый фильм детства из области научной фантастики?

Как ты думаешь, — какой мой самый любимый фильм детства?

А? Ну как ты думаешь?

Ну подумай?

НАЗАД В БУДУЩЕЕ!

В чем основной конфликт в «Назад в будущее»?

Нарушение пространственно-временного континуума.

Значит, если я найду нарушение пространственно-временного континуума, то я смогу решить эту задачу с этой церковью… И научусь работать с религией.

Я исследовал всю историю этой церкви за последние 10 лет. С тех пор как активизировалась эта греческая колония. Новостные сводки, там, что-то ещё… И я нашел…

Я нашел это самое нарушение пространственно-временного континуума…

Причем мы все знаем нарушение этого пространственно-временного континуума. Оно произошло 4 года назад… Знаешь что это было?

ДМИТРИЙ МЕДВЕДЕВ ЧАС ОТМЕНИЛ!
ДМИТРИЙ МЕДВЕДЕВ ЧАС ОТМЕНИЛ!
ДМИТРИЙ МЕДВЕДЕВ ЧАС ОТМЕНИЛ!

Он отменил час! Вообще непонятно с чего он отменил этот час. Просто взял и отменил. И соответственно, из–за отмены этого часа, получилась какая-то альтернативная реальность! И вот в этой вот альтернативной реальности, на площади с парковкой, где собираются все эти коммунисты на митинги, ветераны, чтобы там выехать на Невский проспект… Парады…

В этой альтернативной вселенной, где этот час не был отменен, что-то произошло, что-то страшное… теракт — не теракт, взрыв газопровода, не знаю что ещё… метеорит упал… Собственно, это не важно. Важно, что что-то произошло. Погибло много народу. И естественно, по русской традиции на этом месте построили храм. И вот в этой альтернативной реальности уже три года перед БКЗ стоит маленькая византийская церковь…

Переносимся в наше время:

Сидит Бог на небе. Смотрит Он на всю эту ситуацию вокруг себя и думает:

А Путин-то Прав!

Ну реально, — Путин — Прав! Надо бы ему помочь! За Веру, за Царя, за Отечество… Как лучше всего помочь-то? Надо послать ангела! Не ему, конечно, а его народу. Надо послать ангела, чтобы он материализовался и сказал народу, что Путин Прав! Просто! Тупо! Путин Прав! И всё! И всё вообще будет… Как надо!

Какого ангела? Конечно Георгия Победоносца! Его же все там знают! И народ уверует в Путина, а значит и в Православие, а значит и в Меня, т.е. в Бога! Путин утвердит своё «Самодержавие, Православие, Народность»… и всё будет… чётко!

А куда послать?

Православие же пришло на Русь с Византии, с Греции, а Путин родился в Ленинграде! Значит его надо послать в маленькую византийскую церковь, которая стоит в центре этого мистического языческо-массонского города. Надо, чтобы Георгий Победоносец там материализовался и просто сказал: «Путин Прав!»

И всё!

И посылает Он этого ангела, но проблем-то у Бога много… И Арабская Весна, и президент — негр, и много ещё чего… И в этой всей суматохе он забыл про тот час, который отменил Дмитрий Медведев… И Он не знает, что эта маленькая греческая церковь, находиться в той, другой альтернативной вселенной.

Но Георгий Победоносец уже отправился на Землю! Он через портал проходит и… зависает над этой парковкой! Ангел же должен проявиться только в этой церкви! Никак иначе! Он не может материализоваться!

Он не может сказать: «Путин Прав!» Потому что церкви-то нет! А вернуться обратно Он может только сказав: «Путин Прав!»

И висит Он так, не видим, не слышим… Но Он есть! Он есть над этой парковкой!

И… что Он делает?

Что может сделать Георгий Победоносец в таком случае?

В социальной сети «В Контакте» появляется аккаунт: «Георгий Каппадокийский». Это же его настоящее имя. Аккаунт сканирует людей, которые живут тут на райончике… И спрашивает у всех… А где церковь?

Где церковь? Какая церковь?

Здесь должна стоять церковь! Греческая церковь! Этого! Святого! Дмитрия Солунского! Византийская! Где я должен как раз материализоваться! Ты вообще кто? Я? Я Георгий Каппадокийский! Я в Каппадокии родился! В Византии! Напротив Херсонеса, если через Черное море плыть! Я святой! Святой Георгий! А почему у тебя нет аватарки? Я не знаю! Я вообще не знаю как я выгляжу! Меня по приказу императора Диолектана убили в третьем веке нашей эры под Константинополем! Я мученик! Я святой мученик! Я Святой Георгий! Я должен был тупо прийти и сказать вам, что «Путин Прав»! Но я не могу материализоваться! Церкви нет!

И я понял, что где-то из 15 тысяч человек, которые живут в нашем райончике, человек сто-то поведутся! Вот представь себе… Они берут айфон… Вот так вот… Выходят на парковку… И начинают общаться с Георгием Победоносцем!

Вот так вот стоят… И общаются!

////

Вот так вот стоят… И общаются!
Вот так вот стоят… И общаются!

Author

Миша Карасев
George Nekrasov
Comment
Share

Building solidarity beyond borders. Everybody can contribute

Syg.ma is a community-run multilingual media platform and translocal archive.
Since 2014, researchers, artists, collectives, and cultural institutions have been publishing their work here

About