radio.syg.ma


radio.syg.ma is a community platform for mixes, podcasts, live recordings and releases by independent musicians, sound artists and collectives
Create post
Центр имени Вс. Мейерхольда

Певица, учитель, перфекционистка, провокатор, богиня: композиторы о Наталии Пшеничниковой

Евгения Ульянкина 🔥

9 февраля 2019 года в Центре имени Вс. Мейерхольда прозвучит моноопера «Голос Зангези» на текст сверхповести поэта-футуриста Велимира Хлебникова. Ее автор Наталия Пшеничникова — композитор, певица, перформер, куратор, основательница театра голоса «Ла Гол» и организатор фестиваля «Альтернатива». Столько определений — а список все равно неполный: Наталия делает в поле новой музыки столько, что всего не перечесть. О том, кто такая Наталия Пшеничникова, каково с ней работать и почему она богиня, нам рассказали современные композиторы.

Фото из личного архива Наталии Пшеничниковой

Фото из личного архива Наталии Пшеничниковой

Владимир Тарнопольский

Композитор, художественный руководитель «Студии новой музыки»

Я познакомился с Наталией в самом конце 80-х годов, когда она не только блестяще выступала на концертах фестиваля «Альтернатива», но и была его организатором. Этот фестиваль был одной из самых интересных и провокативных музыкальных акций эпохи Перестройки, которая просто взбудоражила несколько сонный мир тогдашнего музыкантского сообщества и привела в современную музыку тех интеллектуалов-не-музыкантов, которым было тесно в уготованных для слушателей прокрустовых креслах обычных меломанов. Я думаю, Наталия могла бы сказать, что на следующее после окончания фестиваля утро она проснулась знаменитой.

Джон Кейдж и Наталия Пшеничникова в Москве, 1988

Джон Кейдж и Наталия Пшеничникова в Москве, 1988

Но это было только начало! Оказавшись в 90-х годах в Германии, Наталия стала одной из главных репрезентантов российской музыки в этой стране. Она исполняла едва ли не всех наших наиболее интересных композиторов разных поколений, при этом она инициировала и появление новых, написанных специально для нее сочинений. Конечно, далеко не только русская музыка составляет ее программы, она поет все — от Штокхаузена и Кейджа до работ молодых композиторов разных стран, но мне кажется, что в развитии русской новой музыки Наталья сыграла особую роль. Певица, флейтистка, перформер, куратор, учитель, перфекционистка, провокатор — все это Наталия Пшеничникова, все это проявление ее невероятно широкого, но при этом очень цельного артистического таланта.

Фото из личного архива Наталии Пшеничниковой

Фото из личного архива Наталии Пшеничниковой

Лично мне, как композитору, довелось лишь один раз работать с Наталией, но это была работа над одним из самых сложных моих сочинений — пьесой для голоса и ансамбля «Чевенгур» на тексты Андрея Платонова. Это сочинение многократно исполнялось в разных странах разными солистами, и по своему опыту я знаю, как долго и тяжело вокалистки «входят» в эту пьесу. Дело не только в том, что сама вокальная партия очень сложна, требуя от солистки и точного интервального интонирования, и ритмического попадания, и владения всеми новейшими и неоклассическими приемами пения. Главная трудность заключается в том, что сам характер голоса, которого требует это сочинение, очень сложно описать — это должен быть какой-то сложный микст классически-авангардного, и как бы не-академического, почти народного голоса.

Наш концерт должен был пройти в «Мекке» современной музыки — на знаменитых Дармштадтских курсах новой музыки, где я тогда преподавал и, куда в качестве ensemble-in-residence впервые был приглашен российский ансамбль «Студия новой музыки». На первых же репетициях с Наталией мне стало ясно, что это будет очень яркое, по-настоящему пассионарное исполнение. И действительно, концерт под управлением Владимира Горлинского прошел замечательно, и мне было бы просто неловко приводить здесь восторженные отзывы прессы об этом событии.

Наташенька, дорогая, большое тебе спасибо за все, что ты делаешь для всех нас, для композиторов, для слушателей и для нашей музыки! Я надеюсь, что у нас с тобой впереди много интересных совместных проектов!

Кирилл Широков

Композитор, импровизатор, поэт и пианист

Я узнал о Наталии Пшеничниковой, наверное, в 2003 или в 2004 году, когда начал прицельно интересоваться новой композиторской музыкой и тем, как она живет здесь и сейчас. К тому моменту Наталия уже была голосом русской (и не только) композиторской музыки. Мы познакомились в 2011 или в 2012, когда я стал активным участником этого контекста.

Наше основное взаимодействие выстраивается вокруг театра голоса «Ла Гол». Для них я написал одну большую пьесу, одну (анти)оперу и музыку к одному спектаклю. «Ла Гол» сделали оупенэйр перформанс с рядом моих композиций в Никола-Ленивце. Сотрудничество с Наташей всегда легкое и интересное, при этом глубокое, сложное и технически насыщенное. Наташа чувствует композиторское предложение очень точно и прицельно работает с музыкантами над реализацией деталей, которые есть в партитуре или вложены под ее поверхность. Словом, такая работа — мечта композитора, воплощенная в реальность.

Опера «Марево», постановка группы «ПровМыза», композиторы Марк Булошников и Кирилл Широков

Опера «Марево», постановка группы «ПровМыза», композиторы Марк Булошников и Кирилл Широков

В репертуаре Наташи есть мои пьесы для голоса, а также пьеса Александры Филоненко, написанная на мой поэтический текст. Так вышло, что на ее исполнениях моей музыки у меня не получалось присутствовать, но, зная ее метод работы и широчайший диапазон голосовых возможностей, я нисколько не сомневаюсь в высоком качестве результатов.

Наташа — композитор, и для меня как для автора ряда партитур, которые могут быть как цельными, отдельными музыкальными вещами (концертными или околоинсталляционными), так и своего рода модулями в заново собираемой композиции, интересно работать с Наташей над созданием концертных и перформативных программ с моей музыкой. В этом случае коллаборация оказывается еще более глубокой, чем взаимодействие между куратором ансамбля и композитором: мы ищем форму целого, возможности контрапунктирования разных сочинений, способы их реализации, возможные границы интерпретации.

Наталия Пшеничникова с художником Германом Виноградовым (наверху) и поэтом Дмитрием Александровичем Приговым (слева)

Наталия Пшеничникова с художником Германом Виноградовым (наверху) и поэтом Дмитрием Александровичем Приговым (слева)

Владимир Раннев

Композитор и музыковед

Как познакомился с Наталией — не помню. В каких-то гостях. Давно, лет 12 назад. Все знали ее как одну из лучших и самую востребованную отечественную певицу, специализирующуюся на современном репертуаре, а также героя альтернативной музыкальной сцены — перформера, флейтистку, композитора. В чем я убедился и на опыте последующей совместной с Наталией работы.

У нас с ней было много проектов: и на «Платформе», и моя опера «Два акта», и несколько моих вокальных сочинений, которые Наталия неоднократно исполняла, и поездки по разным странам и российским городам.

Она не только все умеет, но и все понимает. То есть вооружена не только технически как исполнитель, но и эстетически как думающий современный человек. Ну и чертовски талантлива, конечно.

Сергей Невский

Композитор

Фото из личного архива Наталии Пшеничниковой

Фото из личного архива Наталии Пшеничниковой

Я впервые увидел Наталию Пшеничникову на сцене Московского дома композиторов в серии перформансов Ивана Соколова, в ноябре, кажется, 1991 года. Они с Соколовым катались на двух роялях по сцене, изображая корабли в океане, гудели друг другу, а потом Соколов перетащил Наташу на свой рояль, спас таким образом от кораблекрушения. Еще Наташа бродила по сцене с большой куклой и пела что-то вроде «погода хорошая. ой… ля-ля!», забиралась на стремянку и импровизировала голосом и на флейте. Примерно в те же времена, по рассказам Наташи, она на той же сцене играла на флейте голая, сидя в рояле в платье из старых газет, аккомпанируя себе босой ногой на басовых струнах. Я видел фотографии этого перформанса, который, говорят, вызвал большое оживление среди композиторского начальства, но оригинал не видел. О том, чтобы с ней познакомиться, не было и речи: она была богиня и руководитель самого модного в те времена фестиваля «Альтернатива», а я был студентом колледжа.

Познакомились мы осенью 1995 года в Берлине, кажется, при посредничестве композитора Саши Филоненко, а в 1997 я написал для нее первую вещь «Die Musi hat Schlaf» для поющей басовой флейты и рояля, которую она немедленно исполнила и взяла в серьезный гастрольный проект вместе с сочинениями Коллинза, Шнебеля и Аблингера. Наташа не знает, что это первое исполнение случайно обеспечило мне два года безбедного существования: в то время я подавал на очень труднодоступную аспирантскую стипендию Берлинского Сената для деятелей искусства. В перерыве между заседаниями жюри, состоящее в основном из художников, в полном составе явилось на Наташин сольный концерт, где она, среди прочего, играла и мою пьесу, посмотрело перформанс и, как полагается, потеряло дар речи.

С Сергеем Невским

С Сергеем Невским

Я написал для Наташи в общей сложности 8 сочинений, некоторые из которых были совершенно знаковыми в моей карьере. Это, например, «Песня» для голоса соло 1999 года, которую она исполнила около 20 раз, или «J'étais d’accord» (2000) для голоса, ансамбля и электроники, впервые сыгранная на сцене Берлинского и Венского Концертхауза, мультимедийный перформанс «Вторжение» на тексты Хармони Корина и Кирилла Медведева, который я реализовал в подвале Берлинской Staatsoper в апреле 2003 года. Потом были Blick aus der Entfernung для голоса и ансамбля, исполненный Теодором Курентзисом и ансамблем Klangforum в Большом Зале Филармонии на первом фестивале «Территория» в 2006 году, партия Кьяры в опере «Франциск» (Большой Театр, 2012) и большая вещь для голоса и органа на тексты Пазолини, написанная для освящения нового соборного органа в Касселе в 2017 году. Разумеется, энергия и понимание музыки, присущие Наташе, сообщают любому композитору, который с ней работает, дополнительный азарт; он понимает, что лучшее в его музыке будет приумножено, а недостатки скрыты. Я бы добавил еще ощущение надежности, знание того, что сценическое присутствие Наташи и интенсивность ее исполнения — почти что гарантия успеха.

Опера Сергея Невского «Франциск»

Опера Сергея Невского «Франциск»

Наташу выделяют опыт и щедрость. Она дала импульс к карьере огромного количества композиторов — от Валентина Сильвестрова, которого она рекомендовала лейблу ECM, до Кирилла Широкова и Марка Булошникова, в чьей опере «Марево» она выступала в 2011 году. Именно Наташа показала в апреле 2005 года записи мои и Дмитрия Курляндского молодому греческому дирижеру Теодору Курентзису, что, в общем, предопределило вектор развития русской музыки на 10 лет. Если быть кратким, Наташа изобрела и сформировала на русском музыкальном пространстве огромное количество вещей, которые теперь нам кажутся естественными, но без нее не были бы возможными, либо случились значительно позже. Первые масштабные исполнения Кейджа и Фелдмана в Москве, совместные выступления с поэтами, новые форматы звучания и новые пространства — это все она. От огромного количества русских (и не только) музыкантов ее отличает мужество, интерес к новому и способность к постоянному расширению кругозора. Пока другие ее коллеги ждут, когда же наконец появится Настоящий Русский Композитор, Сравнимый с Великими Прошлого, которого они могли бы сыграть, не теряя величия, она просто берет и открывает их одного за другим, почти ничего не требуя взамен. И за это мы ей бесконечно благодарны.


Подготовка текста: Софа Кругликова, Евгения Ульянкина

Благодарим всех героев материала за участие в опросе и помощь в подготовке текста и иллюстраций.

Подпишитесь на наш канал в Telegram, чтобы читать лучшие материалы платформы и быть в курсе всего, что происходит на сигме.

Author