Donate
Society and Politics

О женской и гендерной истории

Bang Bang Education24/06/24 13:05525

Подписывайтесь на канал Bang Bang Education, чтобы следить за новыми материалами школы об искусстве, дизайне и технологиях.

На канале «Смех Медузы» выходит #визуальныйпонедельник — рубрика, где историк Элла Россман рассказывает о женской и гендерной истории на примерах художественных проектов. Мы собрали шесть плакатов и картин из этой рубрики и делимся ими в статье.

Позднесоветский плакат, содержание которого спустя 40 лет стало только актуальнее. Автор — Михаил Гетман, 1980 год. Если коротко, в отличие от современной России, СССР в 70-е и 80-е активно участвовал в международной дискуссии о правах женщин и, в частности, в мероприятиях Декады по правам женщин ООН (1975–1984) и Международного года женщин (1975). Советские делегатки даже пытались перехватить лидерство в этой области и участвовали в составлении ключевых международных документов о гендерном равноправии.

Несмотря на продолжающуюся холодную войну, в СССР не было современной российской идеологии огораживания и противостояния всему миру с его «гендерной идеологией». При этом положение женщин в самой стране было далеко от идеального.

Выставка «Речь плаката, 1890–1938», которая проходила в Музее декоративного искусства Праги, стала для меня еще одной возможностью глобализировать советскую женщину 1930-х (чего мне в целом очень не хватает в научном разговоре о ней). На выставке можно найти плакаты из Чехословакии, США, Германии, Франции и других западных государств и проследить, как кочуют из страны в страну визуальные тренды, художественные приемы — и, конечно же, женские репрезентации.

В качестве примера покажу чехословацкий плакат Ладислава Сутнара (1934 год), который рекламирует олимпиаду трудящихся. Если убрать чешские подписи, то плакат очень легко перепутать с советскими той же эпохи. А ведь это не социалистическая Чехословакия, а демократическая Первая республика, то есть речь идет не о глобальном социализме и его эстетике, а о влиянии и веяниях, которые распространяются поверх границ между режимами. И, в том числе, о глобальной эмансипации и новом взгляде на роль женщины в разных обществах. 

Побывала на потрясающей выставке Surrealism Beyond Borders в Тейт Модерн (серьезно, одна из самых крутых выставок, которые я видела в своей жизни, и по подбору вещей, и по концепции). Впервые увидела вживую любимых Леонору Каррингтон и Доротею Таннинг — и еще множество сюрреалистов и сюрреалисток со всего мира. Одной из идей выставки стала деколонизация и девестернизация сюрреализма, который был глобальным течением и для многих художников, например, из Мексики или Египта, стал одним из визуальных инструментов для разговора о коренном наследии. 

Что не перестает поражать меня в советской культуре детства (в том числе девической), так это полная легитимность (продвигаемая на государственном уровне!) участия детей и подростков в политике, включая уличную. Если вдуматься, это факт неожиданный, особенно сегодня, на фоне всех споров о допустимости участия несовершеннолетних в митингах.

В СССР такого вопроса не стояло: детям было место и на шествии, и много где еще. Конечно, речь шла о конкретной политике (монополизированной государством) и конкретных демонстрациях (организованных официальными ведомствами). И все же, при всех ограничениях, в истории не так много примеров схожей политизации детства, особенно если выйти за пределы соцблока. Открытка 1959 года, авторства А. А. Горпенко.

Плакат, который увидела в Имперском военном музее в Лондоне. Постер — часть большой серии, созданной между 1939 и 1945 годами, художник неизвестен.

Контекст. 1 сентября 1939 года — в день, когда Германия вторглась в Польшу, — в Великобритании началась самая массовая за всю ее историю эвакуация детей. В программе вместе с федеральными и локальными чиновниками участвовали тысячи школьных учителей, сотрудников железных дорог и волонтеров Женской добровольной службы. За несколько лет более трех с половиной миллионов детей (в большинстве своем без родителей) вывезли из крупных городов, подальше от военных целей, в сельские малонаселенные регионы — и расселили по приемным семьям.

Большая часть эвакуации проходила на фоне постоянных бомбардировок городов. Программа стала важной частью культуры памяти о войне в Британии (и вообще британской культуры). Например, в «Хрониках Нарнии» весь сюжет начинается с того, что родители отправляют четверых детей из Лондона в дом своего знакомого профессора — чтобы уберечь их от войны. В этом доме дети и обнаруживают дверь в волшебную страну.

Часто дети не приживались в приемных семьях, либо родители просто слишком волновались и забирали детей обратно в большие города, где им грозила опасность. Явление стало столь массовым, что Министерство здравоохранения запустило кампанию, призванную убедить взрослых не делать этого. Плакат, обращенный к матерям, как раз относится к этой кампании. 

По мотивам выставки о глобальной истории женщин в абстракционизме, которая проходила в Лондоне в Whitechapel Gallery. Выставка любопытная, ее кураторы деколонизируют и девестернизируют историю абстрактной живописи. Открытием выставки лично для меня стали работы Джанет Собель, американской художницы родом из Украины, которая, оказывается, придумала дриппинг до Джексона Поллока!

Собель создавала работы при помощи пипеток и других инструментов, разбрызгивая краску по холстам и экспериментируя с техниками. Именно ее картины увидел Поллок (что он сам признал гораздо позже) и, немного видоизменив подход, придумал свой авторский стиль. Очередной сюжет о скрытых женщинах в истории искусства. Работы самой Собель мне, кстати, нравятся куда больше, чем живопись Поллока, ее подход менее мегаломанский и нарциссичный, он более лиричный, тонкий, медитативный. На репродукции — картина Собель 1948 года, и мне кажется, это совершенно поразительная вещь.

Текст Эллы Россман
Редактура Вани Демидкина

Подписывайтесь на канал Bang Bang Education, чтобы следить за новыми материалами школы об искусстве, дизайне и технологиях.

Comment
Share

Building solidarity beyond borders. Everybody can contribute

Syg.ma is a community-run multilingual media platform and translocal archive.
Since 2014, researchers, artists, collectives, and cultural institutions have been publishing their work here

About