Create post
Prose

Ханс Юрген фон дер Вензе — Облака

Peter Rempel 
Облака из коллекции Ханса Юргена фон дер Вензе

Облака из коллекции Ханса Юргена фон дер Вензе

Облака — это строки, которые нам пишет воздух. Они читаются как цифры, тайные знаки и заклинания, иероглифы. Сонеты перисто-кучевых облаков. Волшебное письмо ветров.

Мимолётный воздух становится страной в облаках.

Облака — это искусство. Воздух формирует для нас слова и целые поэмы.

= Вода / Источник. Каждый источник — приближающееся облако.

(Облака — это тепловые губки. Дождь — катар воздуха. Облако — бесформенная капля, а именно капельный народ). Каждое облако — это флюгер.

Облака никогда не кончаются. От изменения форм к формам — всегда между.

Туман — это когда воздух потеет. Как форма, а точнее замысел: между напряжением и дисперсией.

Туман — отвергнутый любовник воздуха. (Прохладный воздух уже не поглощает пары земли; они становятся плотнее).

Мы живём в облаке — см. Зодиакальный свет

Рассматривать облака в зеркале, по которому ориентируются — красивее всего в полированном аквамарине — хороший (ручной) метод для определения их направления в центре города.

Уносясь на облаке — см. Гретри, «Земира и Азор» (французская опера)

По Джезуальдо, музыка — сочинённые облака

свет, огонь / земля, пейзаж / стихи [законченные]: облака, какими бывают облака над языком — стихотворение

Облака ускользают под покровом ночи.

[Если бы я мог обнять облако — у меня была бы Юнона! Umbram pro Junom].

Лаборатория ветров. Химическая кухня бури, дождя

Реторта грома.

— Каждое облако — это снежинка

— Гроза — это гений облака: она может гореть с рёвом…

Даже среди туч есть свои герои, и если одни — лишь арсеналы молний и грома, то в других гроза — гений просветления: она может говорить огненным языком, она может петь пламенем…

Облако — это тень. Нюанс: оттенок < nue.

Облако < nubēs (исп.). поэтому невыносим пейзаж в безоблачном небе без рельефа – всё ровное, на одном уровне, в форме на свету. «Хорошая погода» маленьких людей. С которыми мы сидим в одной комнате и дуемся.

Первые слова, которые Матильда говорит Данте, касаются облаков: «от волнений суши и моря, которые стремятся к теплу…»

Ничто станет ничем — подходит всему. Облака появляются без семян, райские растения.

Только облака делают гало заметным

Облака как волшебные коробочки. Трансформационные искусства стихий.

Воздух становится огненным и распыляется. Земля искупается водой — серая пыль возвращается чистейшим снегом — много веселых игр красочного света и грустных эпизодов тьмы…

Облака как цветы — цветущая и увядающая водяная пыль, их цвета и ароматы. Гвоздики, хризантемы, гладиолусы, георгины и барбарисы… Дождь — это пыльца облаков. Листва облаков, опадающие листья. [сентябрь].

Краски прилипают к цветам и облакам.

— Облака, медленно меняющиеся по мере движения, — мысли воздуха.

Облако — где оно рождается, где оно умирает?

лохматое — пророческое — лежащее как камень — демагогическое — ошеломляющее –

— облако размером с страну, апостольское облако

— облако колоколов

— могучее суровое барокко

— плоть воздуха, красноватая и мерцающая под серебряными вуалями.

облака витиеватой красоты, как линии на ониксе или на дамасской стали

— облако медленно поворачивалось на вершине горы, как флюгер на башне

— облачный лес

— солнечное облако

— зерно облаков

— облако, такое важное, большое, как если бы в нем были боги и богини с Меркурием — где они останавливаются, спускаются ли к кому?…

— шквал облаков

— листва облаков, падающая листва!

— громоздкое, как старый весельный пароход.

— Украшения для невесты-Земли!

— в облаках, где «стулья расставлены вокруг золотых столов».

— Небо было похоже на ледяное стекло: ещё теплый пузырь ненадолго погружают в холодную воду, «растягивают», отчего он покрывается многочисленными и неравномерными трещинами, словно кракелюр на китайских горшках.

— Сияющие облака, словно серебряные украшения на барочных алтарях

— А вечером — белые облака…

— Аль-Ашья, «Льялл»: «никакое удовольствие не отвлечёт меня от облака, что я безмолвно созерцаю»… [арабские иероглифы].

— облако чёрно-пурпурное, словно астры или гайлардия

— россыпь звёзд, звёздный нимб…

— облака поднимались, словно в небе были приливы и отливы, они наплывали, как потоп.

— пурпурно-красный, который можно описать только по-китайски: [иероглиф] гань, написанный шёлковой нитью и сладостный.

— как стекло, преображающее свет, придает ему цвет лица и окрашивает в цвет слоновой кости

Сото: «Рог носорога прокалывает пасмурный день!» — значит: небо прикрывается, берёт в руки оружие

Что есть и останется совершенно неизученным, так это цвета облаков (см. Гёте). Они вдохновляют светом. Самый иррациональный процесс во всём видимом мире человека. Мерзость для мудрых, которые не удостаивают его даже насмешками. (см. толпа). Игра красок! Призовите богов к порядку!

Облака — странники. Они бы не бродили, если бы не были белыми пятнами на реках.

Облака — это последнее, что остаётся в жизни.

Облака из&nbsp;коллекции Ханса Юргена фон дер Вензе

Облака из коллекции Ханса Юргена фон дер Вензе

Облака занимают небосвод — как воинство, покорившее страну и подчинившее её себе.

На Фишланде в мае по утрам, над ирландским синим морем, я часто видел небо подобное литому колоколу, один только свет, ни одним облаком не «ограниченный» (по Жан-Полю), эти кучевые облака были везде, где предполагалась суша, вокруг, над Моэном, Фальстером, Фехмарном и затем вдоль нашего побережья. Казалось, что они отмечали эти границы, как привязанные воздушные шары, и несли там вахту…

В Южных морях, если вы хотите найти землю и людей, вы тоже направляетесь по облакам… Облака поднялись, как знамена, с островов, трепещущие, удерживаемые их воздушными столбами… Воздух парит над побережьем, как жаворонок…

Если наша душа — единственная, согреваемая среди других, остающихся холодными, мы тоже образуем облака над собой. Пафос, в котором мы даже исчезаем…

Огромные облака окаймляли глубокий котел океанической впадины, словно юношеские морщины. Балтийское море стало Южным морем, Фишланд — Эквадором.

Облака засеивают землю. Небо порождает через них землю, которая принимает через него. Каждое облако — это тень.

К затяжным (временам) засухи, с восточным ветром, под пустой далекой синевой: земля как будто забыта, она обесцвечивается, её черты становятся унылыми, бледными и как будто тусклыми: её супруг вдалеке и остаётся слишком долго там (где?)… С первым порывом ветра приходит весть от него, молодого гонца, бездыханного… и вот уже видно, как над краем земли поднимается первое облако, оно вырывается вперед, и во всем чувствуется трепет перед возвращением домой, в жилах земли раздается жужжание, она напрягается и дрожит…

Каждый дождь — объятие, облако — лужа.

Шествия облаков, их знамёна и балдахины.

Давний резерв облаков. Они собираются и выстраиваются.

По-арабски, облако «тащится». «…тащилось, как верблюд по песку» (Магани 'л'Адаб).

Замечательно то, что облака странствуют, поскольку они являются водой в высшей форме: потоками, реками, протекающими над нами… касаясь нас между одной далью и другой… Приход и уход: спектакль всех живых существ.

«Равный темперамент» облаков — они настроены, они всегда держат горизонт — они живут между линией насыщения и границей увядания — потому что они лежат на камертоне…

Кун Лунь юй: «Почести — лишь мимолетные облака для меня».

пар в этом храме — это верхний этаж или чердак земли.

Каждый закат и вид облачного неба — большее, чем все произведения изобразительного искусства.

Облака — это дым воды

Мудрость облаков в их безмолвии.

Какая благодать увядания — и в безнадежности без крика!

Облако связано с латинским vulcanus, от ˜volicanus — «летающий». Английское welkin — «небо». К плавильномк котлу догерманской эпохи относится wurzel uelg, т.е. «влажный». Древнеирландское faolc — «поток воды». Праславянское ˜volga — «влага». Только позднее появилось современное значение: облако, т.е. слишком влажный, увядающий воздух.

Так появляются самые мощные из всех облаков — у вулканов, состоящие из газов и паров, наполненные пеплом и камнями, они часто спускаются мягко и бесшумно, как огненные змеи, разрушая всё, как на Мартинике в 1903 г. Они идут быстро, полные вихрей, тромбов и протуберанцев в верхней части; когда они затем опускаются в долину или на пляж, они становятся ползучими и вялыми, но ужасно разбухают — переносимые ветром по морю в виде серой массы… Спускаясь, они «аккуратно» заполняют все щели на местности, расползаются на камнях и препятствиях, воссоединяются — оставляя после себя белый пепел. Словно змеи… 800 градусов тепла!!!

На побережье, в высоких облаках дрейфуют бескрылые насекомые, похищаемые ветром, падают устало на море и образуют «прибрежную кайму». Это исследовал француз Берланд. — также мух, мотыльков, жуков, стрекоз

При наблюдении с самых больших высот облака, вероятно, будут выглядеть параллельными полосами, подобно морским волнам с их белыми шапками — образованиями шириной в километр и длиной в сотни километров, как это уже показывают нам маленькие овечки. Даже самые мимолетные вещи связаны правилами и порядком. С таких высот мы увидим и будем видеть регулярный полет пассатов, изображенных так же, как на схемах наших атласов, увидим, где горят воздушные океаны.

На самоанском языке вождей, языке, на котором говорят о вождях (особый вежливый язык в ряду других обычных), «ао» означает «облако», так же как и высочество и титул, фактически «тень», потому что вождь покрывает свою голову «сиапо», циновкой из коры, как нимбом, тогда он полностью окутан. Поэтому «ао» также называют головой вождя. Титул окружает его, как облако, как нимб.

Бушующее море — это атака, а море облаков — это бегство!

Пейзаж с&nbsp;облаками авторства Ханса Юргена фон дер Вензе

Пейзаж с облаками авторства Ханса Юргена фон дер Вензе

Облако возникает в результате союза инь и ян.

Символ дракона в Китае, с громовой колесницей, дарующей дождь — изначально это крокодил Дяо, южнокитайский. Эркес: картина мира Хуайнаньцзе. Дракон относится к Ян

Облако по-китайски — юнь. «Облачный дождь» = половой акт. «Облачное колесо» = бродяга. «Облачный воробей» = жаворонок. «Облачный камень» = мрамор.

Облако — символ счастья. Оно устремляет взор ввысь, на Парнас, дом высоких предков, место пребывания богов и джиннов; на него они спускаются.

Чем красочнее, тем удачливее.

Чинг юнь = «голубое небо», означает «утомленный миром идеалист, благородный человек, персона с положением», также название священника

Облако в качестве орнамента, как в первобытные времена: «переплетенная полоса облаков» — часто также горизонтальная основа, как в природе, где облака блуждают, как секвенции на basso continuo.

Облака в музыке:

1. Ода Глюка по Клопштоку «Ранние могилы»: «Вот он остался. Облака лишь уплывали» — строка, словно рождённая самой природой, которую больше не с чем сравнить в искусстве: «образ», взятый из природы и преобразованный или преображённый в музыку, как «вещь», выражающая и определяющая себя через «слово», что ей совершенно едино.

2. Д'Инди: музыка — изображения природы

3. Франц 30.6: «К облакам» — по Ленау…

4. Моцарт, медленная часть концерта для кларнета ля-мажор

Облачность английской поэзии (например, Шелли) и Жан-Поля

Следует видеть не отдельные облака, а широким взглядом окидывать всё движение видимого открытого неба, поток облаков, именно саму волну, движущую и поднимающую облака, формирующую их…

Потренируйтесь давать своим глазам такую дальновидность, такое понимание. Вот как мы должны жить. Ведь все заблуждения происходят от того, что люди уставились друг на друга.

Небо — это поток.

Часто золотисто-жёлтый выглядит как Tropaeolum, настурция < tropaion, греч. – трофей! Флаг победы после битвы облаков и воды!

Грузовые суда воды или боевые корабли, оснащенные молниями

как под кожей

— раздувание, перекатывание облаков

— уходящий аккорд облаков — как будто земля сбрасывает свою кожу, как змея. Чистый матовый и омоложенный синий… как в «Распятии» Тинторетто

— Облака, которые, как огромное стадо, движутся низко, устойчиво и непоколебимо, со множеством чешуек или перьев. Их суетливая спешка, толкает или гонит вперед

— облака — вуаль перед лицом неба, чьи одни лишь голубые глаза остаются свободными.

Шекспир, «Буря»:

«Триумф ли ночи, позор ли дня,

Что тьма хоронит лик земли,

Когда живой свет его целовать призван?»

см. incanus — «весь серый».

устар. lenticularis — напоминает снежные щиты в снежной геологии: плоские линзовидные рыхлые сугробы, образующиеся на подветренной стороне в безветренные дни непогоды; верхние слои поддерживаются слабо и вклиниваются в сторону склона, отчего легко соскальзывают; таким образом, они очень способны к движению или растяжению — так же, как облако готово к таянию.

Плоское облако — облачный пласт

Мир как базилика. Из–за кучевых облаков небо превращается в колонну…

— Облака летели, как перелётные птицы, цепочкой. Но одно выпрыгнуло.

Даже среди облаков есть те, кто танцует в одиночку…

— Предки воздуха — короли, потому что они такие же солнечные.

— небо летом; рай для облаков. лебединый белый, благородный белый (эдельвейс)…

— летнее облако — наивысшее состояние воздуха. Ничьей душе не стать такой горделивой, как ветер…

«Воздушные замки» — башни в стиле Чён-Лу: «морские змеи + небоскрёбы».

На Маркизских островах — валуны богини облаков Хины Ооихату: «острая скала», мать прекрасного юноши Ната, прославленного в сагах — «О молниях (камней)».

Лёгкие кучевые облака Рафаэля, эффлоресценция тепла — в воздухе, нарисованная: и безымянно сладкое небо навеки в моей памяти.

Элиза Кутц-Кретчмер: Сафва в Восточной Африке. 1926.

«Манья, острые лучи. Когда облака на небе расстилаются, как тропинки, люди говорят: «Куда бы ни пошли облака, вождь и его войско идут сражаться, ибо смотрите туда, это путь врага!» Но лучи облаков — лишь притча…

В действительности враг движется не там наверху, а здесь, внизу, и это отбрасывает лучи вверх, как знак, который все знают: «Вот пути врага. Ведь на земле мы их не видим».»

Чего не хватает: морфологии облаков, особенно перистых — их оперения, но летящих не верхушкой, а краем, их вихрей и течений, их образований, похожих на ледяные цветы — по этим моделям и аналогиям их определяют и интерпретируют. Различают их.

Перистые облака опускаются вниз, как первый намек на бороду на лице мальчика (словно ручка создаётся из гусиного пера). Их тонкие бархатистые волоски, ворс, велюр, волосистость, почти лохматость

«А вечером белые облака — тонкие полоски меха» Тарафа

(мы принимаем всё белое за мех).

Облако как брусок мыла

Перистые облака — семена ветра. Речитатив, за которым следуют арии бури.

Они поднимаются, как звери, хватающие, сосущие, как длинные тянущиеся руки, когти смерти — наистрашнейшие, призрачные… Но кто их видит и понимает, кто ещё боится их и способен ещё страдать?…

— Летние нити эфира

Они же самые быстрые! Борзые = собаки ветра. Меркурий!

Перисто-слоистые облака — это только предисловие. Они лишь закладывают основу для новой картины, ведь каждая погода — это новая выставка картин… Это органный пункт ре, на котором может начаться новая симфония бури. Брукнер.

Усталый, плачущий свет… тусклое, умирающее сияние… солнце, глаз умирающего.

Тусклый свет. Без тени — без выражения. Чистый и пустой.

Свет становится тяжелым.

— в лучах и полосах, движущиеся перисто-слоистые облака полосами и промежутками голубого цвета делают небо драгоценным камнем

— разновидность кристаллической грязи или газового песка

Цветение снега — рококо облаков.

— Облака как шерсть. Эти маленькие облака поднимают нам настроение, потому что они словно согревают нас.

— Облачное оперение.

— зыбкое небо, орошаемое волнами уже не слышимых высоких колоколов, разделённое и рассыпающееся.

— маленькие облака; тающие на голубых холодных плитах мира как снег.

— словно женские и моральные облака. У атмосферы тоже есть своя культура.

— Разрыв облаков с синевой «из чистых облаков неожиданная синева» — у Малларме в Литературной симфонии II [«Размышления»]: «La nue livide (свинцовое облако) avec une trouée bleue de la prière» — символ благочестивого доверия.

По-китайски, перисто-слоистые облака, вероятно — юнь: «солнце + воинство» = нимб;

Туманная дымка; головокружение, обморок.

Перистые облака в стремлении. Будто у них есть запах. Ведомые, как перелётные птицы; бессознательно, с чувством направления, они стремятся на родину. «Направляясь, текут навстречу», Лао-цзы

Дрейфующие льдины распадаются и разделяются словно овечьи облака — как если бы на вершине атмосферы всегда находилась полярная область. Куски дрейфующего льда так и группируются, сталкиваются, разрываются, конденсируются, образуя слой.

Фауст V: «…бесформенно широкий и громоздкий / он покоится на востоке, как далёкие ледяные горы, / и отражает ослепительно быстротечных дней великий смысл».

Перистые облака поднимаются во время шторма, как корабли викингов в море: Wierbaum = Wedderbom = “Wäirboom”

Перистые облака выделяют иней на самых высоких вершинах, некоторые из них не несут снегов. Лёд (в том виде, в котором мы знаем его по айсбергам на море) — так называют цепи глубинных индейцев, Минья Горгкар. Также у святых. Эти самые высокие вершины лежат над краем облаков, которые приносят осадки. Итак, снова айсберги над облаками = граница воды!

Птицы в&nbsp;облаках из&nbsp;коллекции Ханса Юргена фон дер Вензе

Птицы в облаках из коллекции Ханса Юргена фон дер Вензе

Облака, если смотреть справа, — это горы воздуха. На облаках также есть водоразделы. В облаке воздух становится землей или континентом («сплочённость»).

Облако — это воплощение «выветривания», которое также является осадком.

(И горы, и облачные горы создаются водой, осаждаются морем — и снова поглощаются воздухом).

Формирование гор.

Облака — это отражения земной поверхности. Высоко над Лорхом я увидел, как Рейн снова течет в облаках, которые разверзлись над его извилистым руслом.

Воздух — это элемент, имитирующий Землю. Наверное, можно узнать тайны образования гор из облаков. Ведь эти тектонические воздушные горы образуются в результате изменений в слоях. Облака — это свёрнутый воздух.

Облака — это корки воздуха, разбивающиеся на комки, которые сдвигаются друг относительно друга, как лёд.

Эти складки — скульптуры, сформированные невидимыми гигантскими руками. У них есть ещё сёдла и впадины; на перевернутые складки выдавливаются средние бёдра, заставляя бока облака рваться и скручиваться…

На нимбах кучевых облаков можно увидеть, как облачная ткань сворачивается в целые пачки складок, как более молодые складки пересекаются со старшими и отталкивают их, как они снова складываются в мелкие складки и, наконец, вспыхивают и рассыпаются, как невидимый барьер.

Облака напоминают Швейцарские Альпы, такие же далёкие, без корней, а светящиеся вершины холмов сидят на своих глыбах, как инопланетные утёсы.

Они напоминают мифы про деревню Бруннен, как и многие пики в Швейцарии, на самом деле являющуюся обломком гор северной Италии, которые поднялись, сложились, унеслись на север и приземлились там на более древний массив, чем Итальянские Альпы.

Можно также увидеть, как Альпы опираются на возвышенность перистых облаков, которую они расстилают перед собой. Как и у наших Альп, у перистых облаков высокая плоская передняя часть.

В Ассаме, между Гималаями и Бирмой, облака ловятся, как в ловушку, в мешок.

Или они видятся прижатыми к жёсткому столу слоистых облаков, как Судеты вокруг старого Богемского массива.

Многоголосые кучевые кажутся совсем юными на фоне монотонно несущихся слоистых облаков, которые всегда лишь шелуха, плоскость, изношенная складка. Гребни, похоже, были отпилены.

Как и многие псевдо-равнины, они также могут быть производным климатической зоны, которая постоянно колеблется между влажностью и засухой.

В слоистых облаках складка снова становится линией горизонта.

— Небо, покрытое зелено-голубыми сланцами облаков.

Слоистые облака в своём прямолинейном налёте выглядят как девонский, тёмный франконский лес, как Арденны. Разноцветные облака — их грифели.

Глубокие клубящиеся облака — это линии беспокойства. Воздух морщится от гнева, кожа земли стареет…

Горы — это (хроники воды) окаменевшие моря. Все наши горы когда-то пролетали над нами в виде облаков.

Поэтому облака выглядят как горы воздуха. Они представляют там то, чем однажды станут в камне. Призрачный образ.

Облака — это горы.

На равнинах люди всегда считают, что облака над ними выше, чем где-либо.

Языковые корни ˜nebu. Туман — нимфа — имбер — названия рек.

Туман как танцор — Рошер у Пана, словарь братьев Гримм. «Танец тумана»

Натиск утреннего тумана — Гретри, Элизабет

Облако волн — берег, борозды волн и следы ряби.

Когда я вижу их, кажется, что я нахожусь на дне воздушного моря, а выше — берег эфира.

Облако — первый земной предмет, который небесный свет встречает под эфиром, на котором он преломляется и показывает нам свою силу, позволяет себя увидеть. Облака — это приснившаяся, временная, предполагаемая или надземная земля.

Вуаль на её лице. Земля как Изида.

В Дуале (Камерун) дети считают, что ярко светящиеся кучевые облака — это бекон и жир, верят богу Лобе в том, что небо снова спустится на землю, радуются, что он приносит им подарки, и ведут себя буйно…

Магия облаков: греческий священник прикоснулся дубовой веткой к сухому источнику, и как только поднялся туман, тот превратился в облако и осел.

Облака были первыми веществами огненной земли.

Наши океаны сегодня — это низвергшиеся облака.

Почему люди не кланяются красивым облакам? Почему ставят памятники только несчастьям и генералам? Отчего не кометам, закатам, северным сияниям и понтийским азалиям?

Больше взаимодействовать с природой — исполнять ее желания, удивлять ее, советоваться с ней, шептаться, беспокоиться о ней…

Море становится слаще, поднимаясь к небу.

Проходя через воду, воздух становится колесом для черпака. Каждый родник — это будущее облако.

Ткацкие станки из родников. Они спешат, как челноки, они оплетают море.

Мы рождаемся из ритма, из дуновения и волны: кости и вены — это наши бури облаков и следы ряби.

Стихи — это облака над языком.

Стихи — это знаки в небесах.

«…Ибо поэт чувствует: лес становится облаком, и в лес превращается облако — звезды становятся цветами, а цветы рассыпаются и становятся звездами в небесном сне» (Бхарата-юддха).

Облака — это мимика неба.

Кучевые — благородные, бравурные.

Слоистые — жесткий и принципиальный, степенный и закрытый.

Перисто-слоистые — это тревожная растрепанность, растерянная и расхлябанная, маска воров и трубадуров, мигающая, как бы скрытая во всех списках. Мир становится безмолвным, как город, захваченный врагом. Мы становимся пленниками, как будто находимся в незнакомой комнате.

Перисто-кучевые — женственные, смеющиеся с ямочками, милые и полные желаний.

Перистые — всезнающие и резкие, полные стремления в даль и строгости, всецело в напряжении и остроумии, как выверенное сознание тонкой руки.

Облака — груды мусора в воздухе.

Облака — миграции капель. Дождь — захват земли. Целые племена капель разбиваются о мое окно.

Когда облако смелеет, идёт дождь. (Он преодолевает сопротивление тёплого воздуха, который хочет растворить).

Облако — универсальный символ того, что руины — это всегда процесс разрушения, а не его результат.

Слоистые облака — это песчаная отмель или грязевая полоса воздуха. Таинственно-волнующая, тихая — театральная куртина: пауза в погоде, мы ждем нового акта в игре воздуха; за дырой призрачная деятельность, шепот теней…

Слоистые облака — это прибежище: в их изломанной седине спят нерожденные цвета, спряталась и отдыхает роющая буря, спрятался тысячефутовый дождь.

Перистые — кометы среди облаков: восстание! Они делают воздух подвижным. Воздух собирается, поёт песни, идёт на войну, чтобы пасть. Каждая буря — это воздушная битва.

Воздух становится напряженным, заряженным, как пушка. Каждый шторм — это взрыв. Воздух взрывается, вспыхивает, стреляет. Катается по земле. Массовое убийство.

Радуга — это флаг после битвы между Небом и Землёй.

Перисто-слоистые облака — это своего рода кристаллическая грязь, туф неба. Солнце закрыло свои веки. Воздух превращается в болото.

Возникает большая подозрительность. Мир становится печальным, но очень ясным — как будто просыпаешься слишком глубоко. Гость вошёл — разворот, земля отчуждается от нас, он забирает её с собой…

Перисто-слоистые облака — это гипноз.

(Штраус, «Альпийская симфония», партитура, страница 36: сочинённое предательство).

Nobiscum purpura — с нами рождается рассвет! Мы — самое раннее серебристое мерцающее облако над каньонами ночи. О смерть, мы стали твоей смертью!

Опыт должен быть в почёте у растений, ибо он может только манить их, но не искать.

Только движение приносит опыт: животный град проносятся над нами как ужас, облака поглощают землю.

Облака — это пена на волнах ветра.


Перевод — Петер Ремпель

Subscribe to our channel in Telegram to read the best materials of the platform and be aware of everything that happens on syg.ma

Author